Иоанн Павел II: Поляк на Святом престоле - Вадим Волобуев

Молитва в разрушенном православном храме была полезна и для улучшения отношений с «церковью-сестрой». За три дня до этого, 4 мая, Иоанн Павел II в очередной раз покаялся в грехах католиков, теперь уже перед православными. Это произошло в резиденции афинского митрополита, где понтифик попросил прощения за Четвертый крестовый поход, закончившийся разгромом Константинополя. «Как же можем мы не увидеть в этом тайну беззакония (2 Фес. 2: 7), засевшую в сердце человеческом? Лишь Бог вправе судить, а потому отдаем тяжелое бремя прошлого Его бесконечному милосердию…»[1362] Когда наместник святого Петра замолчал, архиепископ Христодул захлопал в ладоши. Красноречивый жест! Глава греческого духовенства принадлежал к числу наиболее рьяных ревнителей старины и критиков Запада: годом раньше он протестовал против удаления графы «вероисповедание» из удостоверений личности, а до того осуждал действия НАТО на Балканах. Доставалось от него и властям за их курс в рамках Североатлантического альянса. Впрочем, и на этот раз архиерей не удержался от шпилек по адресу Ватикана: в ответной речи он назвал существование униатских церквей препятствием на пути диалога, и выразил сожаление, что Святой престол не встал на защиту интересов Греции в кипрском вопросе[1363].

В тот же день на Ареопаге оба иерарха подписали совместную декларацию, в которой отметили, что социальный и научный прогресс в мире, к сожалению, не сопровождается таким же прогрессом в области уважения ценности жизни, а укрепление европейской солидарности привело в ряде стран к отказу от религиозных корней, что грозит утратой национального самосознания и духовного наследия. Также декларация осудила религиозные насилие, прозелитизм и фанатизм[1364]. Вставка о прозелитизме, несомненно, появилась по настоянию греческой стороны, озабоченной католическим наступлением в православной среде. «Лед тронулся», — прокомментировала событие местная пресса[1365].

* * *

Проблема униатов и взаимоотношений с православием в полный рост встала перед наместником святого Петра уже через месяц, когда он прибыл на Украину. Острый обмен мнениями на эту тему между Ватиканом, Киевом и Москвой начался еще в январе 2001 года, когда связанное с Конгрегацией евангелизации народов итальянское агентство новостей «Фидес» передало сообщение из неназванных источников в патриархии, что русский епископат выступает решительно против визита и что следует ждать обращения киевского митрополита Владимира к Святому престолу с соответствующим письмом. Через неделю такое письмо было готово. В нем украинский синод, ссылаясь на неурегулированные отношения с греко-католиками, просил римского папу отложить поездку, а если она все же состоится, то не встречаться с представителями неканонических ветвей местного православия (то есть не подчинявшихся Московскому патриархату). Войтыла два месяца размышлял над ответом. Лишь в конце марта кардинал Роберто Туччи привез митрополиту Владимиру ответное послание, в котором Иоанн Павел II подтверждал свое решение приехать на Украину, апеллируя к приглашению президента Леонида Кучмы и католических епископов. Тогда еще через месяц патриарх Алексий II в интервью самому популярному католическому изданию Италии еженедельнику «Фамилия Кристиана» (органу левых хадеков) перечислил все претензии своей организации к Ватикану и заметил, что российские власти требуют от него, патриарха, согласия на паломничество понтифика в Россию. В следующем номере московский корреспондент журнала подробно обговорил содержание письма митрополита Владимира и повторил всю аргументацию против приезда римского папы. Кроме того, в самой Украине, как и в Греции, православные активисты вышли на улицы с протестом против визита римского папы. Их процессии ежедневно ходили под окнами киевской нунциатуры, молясь о недопущении наместника святого Петра на украинскую землю[1366]. Короче говоря, повторялась ситуация, знакомая Иоанну Павлу II по Грузии, Греции и той же России: государственные мужи звали его к себе, а православные иерархи выступали категорически против[1367].