СМЕРШ в Тегеране - Анатолий Терещенко

Кто из них больше нравился Сталину?

На этот вопрос, возникший в разговоре сам по себе, он ответил Молотову так:

«Хм, кто нравится? Странный вопрос задают. Они оба — империалисты! Вот вам и мой ответ».

Сталин поселился в особняке на территории посольства. Его кабинет находился на втором этаже. Здесь же располагались спальня, ванная, комната для охраны. На первом этаже — небольшой узел связи во главе с начальником оперативного управления ГШ генералом Штеменко, который имел прямую связь с Антоновым. Сталин часто приходил сюда и по «вертушке» интересовался ходом событий и, в частности, боевыми операциями на Украине.

Сейчас в этом особняке размещена резиденция российского посла.

Сюда же на территорию нашего посольства из соображений личной безопасности с великим удовольствием переселился и Рузвельт. Ему был отведен тоже отдельный, даже больший по размерам дом, чем у хозяина, — как-никак все же гость!

В добавление ко всему, более шести часов проболтался в воздухе на своей «Священной корове» президент Рузвельт при перелете из Каира, где встречался с Черчиллем и Чан Кайши…

* * *

Нужно отметить, что на конференции между Рузвельтом и Сталиным установились теплые, доверительные и неформально дружеские отношения, которые, несомненно, повлияли на исход ее работы.

Как писал Г.А.Хидоятов в работе «Дипломатия XX век»:

«Сам факт остановки Рузвельта в здании советского посольства был, видимо, им запрограммирован. Ему хотелось иметь возможность встречаться со Сталиным в неформальной обстановке и без Черчилля. Такая встреча состоялась в первый же день конференции, 28 ноября по прибытию американского президента в советское посольство. Сталин, на правах хозяина, пришел на его виллу с визитом вежливости.

Черчилль с великой досадой узнал, что Сталин опередил его. Он хотел договориться с Рузвельтом еще до первого пленарного заседания о едином подходе к проблеме второго фронта. Рузвельт, прежде всего, хотел видеть Сталина и только в присутствии двух переводчиков. Президент имел все основания, пишет Гарриман, подозревать, что Черчилль будет оказывать на него давление поддержать его план захвата Родоса и открытия Дарданелл, даже если это приведет к отсрочке второго фронта.

Черчилль явно пытался отсрочить, а может и вовсе отказаться от высадки союзных войск на севере Франции…»

За время проведения Тегеранской конференции Сталин и Рузвельт встречались несколько раз и в неформальной обстановке. Вот как вспоминал об этих встречах Рузвельт и его впечатлениях о советском руководителе словами своего сына Эллиота:

«…У него густой низкий голос, он говорит не спеша, кажется очень уверенным в себе, нетороплив — в общем, производит сильное впечатление…

Мы говорили с ним все, что приходило на ум…

Этот человек умеет действовать, у него всегда цель перед глазами. Работать с ним одно удовольствие. Никаких околичностей. Он излагает вопрос, который хочет обсудить, и никуда не отклоняется…»

Черчилль прибыл в свое представительство — оно находилось через дорогу напротив советского посольства. Он вспоминал по этому поводу так:

«Я был не в восторге от того, как была организована встреча по моем прибытии на самолете в Тегеран. Английский посланник встретил меня на своей машине, и мы отправились с аэродрома в нашу дипломатическую миссию. По пути нашего следования в город на протяжении почти трех миль через каждые пятьдесят ярдов были расставлены персидские конные патрули.

Таким образом, каждый злоумышленник мог знать, какая важная особа приезжает и каким путем она проследует. Не было никакой защиты на случай, если бы нашлись два-три решительных человека, вооруженных пистолетами или бомбой.

Американская служба безопасности более умно обеспечивала защиту президента. Президентская машина проследовала в сопровождении усиленного эскорта бронемашин. В то же время самолет президента приземлился в неизвестном месте и президент отправился без всякой охраны в американскую миссию по улицам и переулкам, где его никто не ждал».

1 декабря 1943 года в зале заседаний посольства СССР У.Черчилль вручил И.В.Сталину сувенир — почетный меч от короля Великобритании Георга VI защитникам Сталинграда, выкованный опытными английскими оружейниками. На церемонии был организован караул из солдат и офицеров советских, английских и американских войск.

Передавал меч представитель английской армии, принимал подарок офицер Красной армии. Клинок меча украшала надпись: «Подарок короля Георга VI людям со стальными сердцами».

Во время церемонии с передачей меча Уинстон Черчилль вдруг высказался так, что его слова несколько смутили советского руководителя:

«Маршал Сталин может быть поставлен в ряд с крупнейшими фигурами русской истории и заслуживает звания «Сталин Великий»

«Дядюшка Джо» сконфуженно посмотрел на хитреца, улыбнулся совсем не щедро, пригладил правой рукой усы, и умно ответил:

«Легко быть героем, если имеешь дело с такими людьми, как русские!»

Вопросы, поднимаемые на Тегеранской конференции, были животрепещущими. Инициатива бесед полностью находилась в руках советского лидера. Практически он получил желаемые ответы на все вызовы тяжелого военного времени.

Вопросы на Тегеранской конференции решались и решились достаточно быстро:

— установлен точный срок открытия союзниками второго фронта во Франции,

— обсуждались вопросы о предоставлении независимости Ирану,

— положено начало решения польского вопроса,

— определились со сроками подключения СССР к войне с Японией, — только после разгрома фашистской Германии,

— были намечены контуры послевоенного устройства мира,

— достигнуто единство взглядов по вопросам обеспечения международной безопасности и прочного мира.

* * *

Итоги 1943 года оказали ошеломляющее воздействие как на нашего главного противника гитлеровскую Германию, так и на наших союзников в лице США и Великобритании. Разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом, победа советских войск на Курской дуге, форсирование Днепра и освобождение столицы советской Украины Киева — эти события заставили союзников стремительно менять стратегию дальнейшего использования, а если правильнее — применения своих войск в войне. Дивизии Красной армии упорно двигались на Запад.

К марту 1943 года на Восточном фронте уже нашли свою гибель 112 фашистских дивизий. Кроме того, воспользовавшись наступательным прорывом Советской армии, англо-американские войска высадились в Северной Африке и начали теснить германоитальянский Африканский корпус фельдмаршала Эрвина Ромеля — «лиса пустыни».

Конечно, потери в огненных сражениях у нас были колоссальные. Таких потерь доселе не видела никакая армия в мире. В незримых боях Абвер и гестапо нанесли разведывательным органам НКВД и НКО СССР тоже серьезный урон.