По обе стороны фронта. Неизвестные факты Великой Отечественной войны - Игорь Прокопенко

Однажды ребята из команды, где работал Дмитрий Гридасов, нашли странный шар и уже пытались его разобрать. Скорее интуитивно Дмитрий приказал мальчишкам немедленно разбежаться и толкнул шар в окоп. «Как рванет! Я в пыли, в грязи. Не слышу ничего, глянул на рукав – вата, брюки исчирканы, ботинки полны крови, с рук течет кровь, и сам не пойму, меня оглушило. Если бы я пошатнулся немножко вправо, на два-три сантиметра, то меня бы разрубило всего», – рассказывает Дмитрий Гридасов.

Необычная мина, которая едва не убила Дмитрия, была изготовлена из бетона, в нем металлическая шрапнель, а в середине – тротиловые шашки. На крутых склонах немецкая пехота сталкивала ее навстречу наступающему противнику. Выдергивалась чека, и через 10–12 секунд следовал взрыв.

Дмитрий Гридасов в истории с бетонной миной отделался ранением. Но в той обстановке случалось, что и легкое ранение приводило к смерти. Осенью 1944-го, когда уничтожали снаряды, осколок попал одному юноше в ногу. Парня доставили в прифронтовой военный госпиталь. Начальник госпиталя, опытный хирург, сделал мальчишке операцию.

Вспоминает Михаил Горяйнов: «Мы в окно пластмассовое смотрим, как его кромсают. Ну, недолго кромсал, выходит оттуда. А мы подошли, слушаем, что он говорит. «Этот малый еще повоюет, он здоровый». На нашего Кольку, значит».

В декабре 1944-го госпиталь двинулся вслед за наступающими войсками. А десяток раненых мальчишек, в том числе и двоюродного брата Михаила Горяйнова, отправили в районную больницу – по сути, на верную смерть. Ведь там остались лишь две медсестры. Ни медикаментов, ни перевязочных материалов, ни продуктов питания. Раненых мальчишек положили на солому. Узнав, в каких условиях содержится брат, Михаил Горяйнов решил забрать его домой: «Я часа в четыре побег к нему бегом. Прибегаю. Сестры увидели, ну, женщины, и заплакали. Я говорю – что вы? «Не успел ты тридцать минут. Ждал он тебя. Не дождался».

После нацистской оккупации в области находили множество немецких складов с боеприпасами. Один из них обнаружили на окраине Курска. Любая неосторожность, и этот арсенал мог взлететь на воздух. Виктор Себелев был одним из четырех 15-летних подростков, которые помогали офицеру-саперу и двум солдатам-водителям вывозить и уничтожать эти боеприпасы.

Снаряды доставляли за несколько километров от Курска и взрывали на дне глубокого оврага. Тоже, к слову, дело опасное.

Виктор Себелев вспоминает: «На «ЗИСах» штук по 15 этих снарядов возили, сидела на этих снарядах команда погрузочная. Спускали на веревке. Принимал снаряды сам офицер и два солдата. Спустили, уложили их, бикфордов шнур к ним, пеньковый фитиль. «Мальчики, разбегайтесь!» Они в укрытие. Пеньковый фитиль, чтобы убежать, горит три минуты».

В общей сложности эта небольшая группа уничтожила несколько тысяч снарядов.

Из отчета Курского областного управления ОСОАВИАХИМа о проделанной работе по разминированию в 1944–1945 годах: «Всего обнаружено и уничтожено мин и различных взрывоопасных единиц в количестве 2 465 378 штук».

Несмотря на все утраты, трудности и опасности, мальчишки-минеры оставались мальчишками. Время от времени играли… в войну. Вот только вместо деревянных пистолетов или винтовок пользовались самым настоящим оружием и боеприпасами. Так было гораздо интереснее.

Рассказывает Алексей Мазуров: «Я их 19 штук разминировал, да еще нашкодил с другом. Тол зажгли и по деревне 19 штук поставили, дым сделали. Не видно было, кто где живет. Ну, родители, конечно, хорошенько звездуна дали, вот такие дела были».

Кто организовал дымовую завесу, в селе не сомневались. Знали, что на такие «шалости» способны лишь ребята, которые обезвреживают мины и снаряды.

В ту пору, наверное, не нашлось бы мальчишки, который не знал, что находится внутри снарядов, мин и бомб. Тротил для пацанов – вещь незаменимая. Хорошо горит, можно рыбу глушить в реке. Не было секретом и то, как извлечь его из металлической оболочки: «Можно отверткой прямо в отверстие его вытаскивать отсюда. Уже она наполовину безопасна. А потом приступаешь к головной части. Выкручивалась головка. Дальше капсюль основной, когда она летит, ударяется и сразу взрывается. Его выкручиваешь, и тогда она безопасна», – вспоминает Алексей Мазуров.

Смертоносными предметами были нашпигованы не только поля и леса. Не меньше их было и в городах. После многомесячных боев Курск был буквально напичкан снарядами, бомбами, минами. Оно и понятно – город бомбили несколько месяцев. А в начале июня 1943 года он подвергся одному из самых страшных за всю войну авианалетов. 22 часа подряд 900 немецких самолетов сбрасывали бомбы на Курск.

Вспоминает Виктор Себелев: «На вокзале все ближайшие дома были эвакуированы. Там много снарядов было. Они так бомбили, по 500 самолетов налетало на вокзал, очень сильно бомбили».

В здании областной администрации в Курске весной 1943 года располагались позиции немецких артиллеристов и минометчиков. Место удобное – простреливается вся восточная часть города. Выбить немцев отсюда было совсем нелегко.

В одном из зданий был устроен склад боеприпасов для минометной батареи. Армейские саперы обезвреживали его долго. Туда же – на склад – втихаря наведывались и местные мальчишки. Добром это кончиться не могло.

Один из трагических случаев произошел в начале 1944 года во дворе старенького дома, где жили приятели Василия Гуляева. Во дворике стоял деревянный сарай. В нем они и собирались. Хвастались военными трофеями. Однажды притащили гранату… Кто-то нечаянно потянул за чеку, и прогремел взрыв.

Рассказывает Василий Гуляев: «Когда я прибежал… Там этот сарай, он без потолка, балки какие-то, ну, там все забрызгано. Кошка идет и как-то так брезгливо лапой… момент этот мне в память забился. Приехала «Скорая помощь». Этого Женечку увезли в военный госпиталь. Дня три он там пробыл и скончался».

По счастливой случайности Васю Гуляева за несколько минут до взрыва родители позвали домой. Повезло…

Весной 1944 года команды по разминированию начали работать и в Курске. В конце года 15-летний Василий Гуляев пришел в областное управление ОСОАВИАХИМа. Он и еще шестеро подростков во главе с сержантом-сапером начали собирать мины и снаряды на улицах города. Часто отбирали их у местных ребят. Василий Гуляев в свои 15 лет уже не раз видел, чем заканчивались для таких же, как он, пацанов игры с боеприпасами. Да и проще ему было в отличие от взрослых, выведать у мальчишек их тайны: «Одно дело, когда старший сержант разговаривает с ними. А другое дело, когда мы берем за шкирку: «Ну-ка давай, показывай, где там натаскали снаряды!» По-свойски они раньше скажут».

Однажды их командир-сержант чуть было не пострадал из-за изобретательной «практичности» своего малолетнего войска. Саперная команда на окраине города нашла несколько мин. Ребятам предстояло нести их на склад. Сержант решил отлучиться по своим делам и встретить команду на месте. На том и порешили. Но мальчишкам тащить на себе тяжелые смертоносные железяки вовсе не хотелось. И тут они увидели трамвай.