Зачем убили Джона Кеннеди. Правда, которую важно знать - Джеймс Дуглас

Для чего же Кеннеди встретился с группой миротворцев, призывавших к «всеобщему и полному разоружению»?

Квакеры весьма разумно и благожелательно использовали позицию Джона Кеннеди по рассматриваемому вопросу, а также его слова. В своем выступлении в ООН с призывом к началу мирной гонки, обращенном к Советскому Союзу, он описал процесс и цель этой гонки: «шаг за шагом, этап за этапом прийти к общему и полному разоружению»{1729}.

Квакеры знали о том, что за пять дней до произнесенной Кеннеди речи в ООН его представитель по вопросу разоружения Джон Макклой[76] и представитель Хрущева Валериан Зорин[77] подписали соглашение, в котором в общих чертах была обрисована «программа всеобщего и полного разоружения»{1730}. Соглашение Макклоя – Зорина быстро приняли на Генеральной Ассамблее ООН{1731}. Квакеры лишь просили Кеннеди не отступать от обещаний, данных в ООН.

Президент начал встречу, положительно ответив на призыв квакеров. Он сказал: «Я получаю большое количество писем от квакеров, возражающих против объявленного правительством названия новой подводной лодки, оснащенной ракетами Polaris – “Уильям Пенн”». Он насмешливо улыбнулся, понимая иронию ситуации с присвоением имени великого пацифиста ядерной подводной лодке.

«Я могу вас заверить, – продолжил он, – что этого не будет»{1732}.

Шестеро членов Общества друзей, сидевшие вокруг Кеннеди, расположившегося в своем кресле-качалке, были удивлены. Лично раскритиковав ханжеский выбор названия для подводной лодки Министерством военно-морских сил, президент показал, что был готов прислушиваться к квакерам гораздо внимательнее, чем они могли предположить. Они привыкли говорить правду власти, но не привыкли, чтобы власть их слушала.

Руководитель Комитета по национальному законодательству в рамках Общества друзей Сэмюел Леверинг сказал президенту, что, по мнению Общества, альтернативой гонке вооружений, которая может привести к полному уничтожению человечества, является «мировой порядок, который подразумевает всеобщее и полное разоружение, проводимое мирным путем под контролем такой сформировавшейся и сильной организации, как ООН»{1733}.

Кеннеди кивнул в знак согласия.

Как известно, молодой репортер Джон Кеннеди, наблюдая за процессом создания Организации Объединенных Наций в Сан-Франциско, уже тогда понял, что проблему вооруженных конфликтов может решить только установление мирового порядка, при этом он осознавал, что установить такой порядок очень непросто. Он записал в своем блокноте:

«Нужно признать, что создание международной организации, члены которой подчиняются общим законам, стало бы решением проблемы. Но не все так просто. Если среди членов организации не будет понимания того, что война – бесспорное зло, понимания настолько глубокого, что оно смогло бы объединить их всех, этот интернациональный проект работать не будет»{1734}.

Джон Кеннеди, потерявший на войне близких друзей, брата и шурина, написал своему другу, с которым служил на торпедном катере, о своем пророческом понимании проблемы, формулировка которого полностью соответствует позиции квакеров:

«Изменения не могут насаждаться сверху. Желание частично отказаться от суверенитета должно исходить от народа, и оно должно быть настолько сильным, чтобы народ, если избранные им представители не справятся с поставленной задачей, был готов их разогнать… Война будет существовать до тех пор, пока человек, не желающий воевать, не будет обладать такой же репутацией и уважением, что и воюющий сегодня»{1735}.

Как президент Джон Кеннеди уже тогда готов был начать реализовывать свои замыслы по разоружению и установлению мирового порядка, в чем он был солидарен с квакерами. Но он так же, как и они, осознавал истину, которую подтверждал каждый новый день его президентства, – «изменения не могут насаждаться сверху».

Он продолжил внимательно слушать посетителей, сидевших вокруг него.

Президент американского представительства Международной лиги женщин за мир и свободу Дороти Хатчинсон сказала: «Мы здесь для того, чтобы предложить кардинальную смену направления внешней политики: целый ряд мирных инициатив». США могли бы, к примеру, закрыть военные базы за рубежом и ввести запрет на ядерные испытания{1736}.

Хатчинсон упрекнула Кеннеди в том, что неделю назад он возобновил ядерные испытания в южной части Тихого океана. Испытания, состоявшиеся 25 апреля 1962 г., стали первыми в серии из 24 испытаний ядерного оружия в атмосфере, которые продолжались до ноября.

Кеннеди кивнул, соглашаясь с ее утверждением о том, что вместо проведения мирных инициатив были организованы ядерные испытания. Однако он понимал, чтобы встать на путь к миру, необходимо преодолеть сопротивление собственного правительства. Он сказал: «Ведь и мы творим не только добрые дела».