Перу. От ранних охотников до империи инков - Джеффри Бушнелл

Частое использование этого мотива показывает, что культ головы, о котором уже шла речь, был в то время очень силен. Изображение человеческого лица в искусстве Наска весьма характерно для этой культуры и не ограничено только глиняной посудой. Имеется очень большое сходство между глиняными сосудами-демонами Наска и изображениями на ткацких изделиях из Паракас-Некрополис, что позволяет предположить не очень большое возрастное различие между ними.

Когда воздушный путешественник смотрит вниз с борта самолета на пустынные пампасы вокруг района Наска, его взору предстает множество протяженных прямых линий, геометрических фигур и других пометок, сделанных на земле, – явление, нигде более в Перу не встречающееся, за исключением долины Виру, но там оно представлено в гораздо меньших масштабах. Эти линии образованы путем снятия верхнего темно-коричневого слоя почвы, богатого окисью железа, который покрывает желтую песчаную поверхность земли в этих окрестностях, и обкладки оголенных участков этим снятым слоем. Эти линии могут расходиться из одной точки практически в любом направлении, идти параллельно друг другу или же создавать неправильный рисунок; отличаются они и по длине: от полукилометра до более чем восьми. Эти протяженные рисунки ассоциируются более или менее с прямоугольной, трапециевидной или треугольной формой, один из самых больших участков, ограниченных таким образом, имеет длину 1700 метров и среднюю ширину 50 метров. Часто встречаются спирали и зигзагообразные линии, есть и фигуры неправильной формы, а также немногочисленные изображения птиц и рыб. Линии часто пересекаются, и в результате этого фигуры могут быть как бы наложены друг на друга, но если судить по технике исполнения, то возрастные их различия незначительны.

Их фактический возраст представляет собой загадку, но к ней есть один ключик – некоторые фигуры животных имеют дополнительные черты, благодаря которым они отдаленно напоминают монстров, изображенных на посуде из Наска Y или даже, возможно, из Наска В. Назначение этих линий не имеет пока удовлетворительного объяснения; лучшее на сегодняшний день предположение – это то, что эти линии предназначались для астрономических наблюдений с целью определения времени года и что протяженные геометрические фигуры представляют собой не что иное, как проекции звезд, демонстрирующие, какой путь они проходят за некий временной период. Но это предположение не годится для зигзагообразных линий и криволинейных фигур. Для чего бы в конечном итоге эти линии ни предназначались, нужно признать, что четкое расположение и вычерчивание абсолютно прямых линий и других фигур требовало большого навыка и весьма дисциплинированного труда.

Остающаяся область, где известны культуры, относящиеся к Классическому периоду, – южная горная местность с ее двумя важными участками, находящимися в Тиауанако и Пукара. Из них Тиауанако известен гораздо больше и, ввиду его обширного влияния на последующие события, его значимость весьма существенна. Руины Тиауанако с их внушительной каменной кладкой привлекали внимание исследователей давно, и мало того, что они очень страдали от разграбления каменной кладки зданий, они также были своеобразной жертвой целой массы необоснованных спекуляций, которые приписывали им невообразимо большой возраст, исходя из прямо-таки смешных оснований. Тиауанако, как полагают, являл собой церемониальный центр с сильным религиозным правлением и, судя по всему, его строили паломники, что также предполагалось и в отношении некоторых из участков, относящихся к Созидательному периоду. Искусство его имеет застывшие формы, оно безлично. Окрестности Тиауанако находятся на большой высоте, это холодный и суровый край, но, тем не менее, там имеется довольно большое, территориально рассеянное население, и, вероятно, так было и в прошлом. Это место подходит для выпаса лам и альпака, выращивания картофеля и некоторых видов зерна (киноа).

Руины в Тиауанако представляют собой остатки многочисленных сооружений, каждое из которых имеет прямоугольную форму, но расположены эти постройки относительно друг друга весьма хаотично. Облицованная камнем ступенчатая пирамида, более или менее треугольная в проекции и возведенная на месте естественного пригорка, открывает со своей вершины взгляду исследователя остовы зданий и некоего резервуара. Поблизости находится прежде слегка приподнятое прямоугольное сооружение размером 130 на 135 метров с остатками облицовочного камня, поддерживающего стену из вертикально поставленных камней, чередующихся с меньшими по размеру прямоугольными блоками, большинство из которых утрачено. В пределах этой конструкции, в одном из ее концов, расположено меньшее сооружение, к которому от внешней стороны ведет широкая лестница с шестью большими монолитными ступенями, закрепленными между двумя массивными глыбами, формирующими в том конце часть стены, являющейся общей для внешнего и внутреннего ограждения.

На этих внутренних участках были найдены некоторые каменные статуи, а наиболее поразительной находкой, стоящей в одном из углов внешнего дворика, являются вырезанные из куска лавы большие монолитные ворота размером 12 футов и 6 дюймов на 10 футов. Наверху по их центру находится фигура, завершающая собой бордюр, состоящий из трех рядов служек, ниже которых проходит узор из прямоугольных элементов и человекоподобных лиц, похожих на лицо центральной фигуры, а заканчивается рисунок головами кондоров. Центральная фигура стоит лицом к входу и в каждой руке держит вертикально по посоху. У обеих рук отсутствуют мизинцы. На нижних концах посохов изображены головы кондоров, а тот, что находится в правой руке и похож на копье, имеет кондора и на верхнем конце, тогда как в левой руке верхний конец посоха раздвоен и увенчан сразу двумя головами кондора. Возможно, что это колчан с двумя стрелами. Трапециевидная голова фигуры окружена узором, состоящим из шести голов пум, имеющих длинные шеи и украшенные кольцом морды. На этих мордах видны большие круглые глаза, с которых спадают круглые обручи, символизирующие слезы. Орнамент из голов кондоров и пум повторяется и на теле фигуры, а на ее поясе изображены человеческие лица, возможно, это трофейные головы.

Эта фигура, как предполагается исследователями, впрочем без какого-либо конкретного свидетельства, представляет собой великого бога – создателя перуанской мифологии, который в гораздо более поздние времена упоминался испанскими летописцами под различными именами, наиболее известным из которых является имя Виракоча. Его служки, изображенные сбегающимися к своему повелителю, имеют лица либо схожие с ним, только представленные в профиль, либо опять же в виде голов кондора. Одеты они в крылатые плащи со многими дополнительными украшениями – и опять в виде голов кондора. В руках у них посохи, тоже похожие на посох своего господина. Плачущие глаза, бегущие фигуры и, прежде всего, кондор и пума, изображенные столь не похоже на кошачьи мотивы Северного Перу, являются теми постоянными особенностями, которые встречаются везде, где чувствуется влияние Тиауанако.

Есть и другие примечательные сооружения, главные из которых – прямоугольная ограда, а также сильно разрушенная платформа, или пирамида, построенная из очень больших каменных блоков, достигающих веса более чем 100 тонн. В этом комплексе найдено много интересных резных блоков, испещренных геометрическим орнаментом, например квадратами со ступенчатыми сторонами. Некоторые очень большие блоки имеют ниши и дверные проемы, они, вероятно, были частью палат с монолитными стенами. Камни, составляющие это, а также и другие сооружения Тиауанако, могут быть пригнаны друг к другу и скреплены пазами и пропилами или с помощью медных скоб с прямыми или Т-образными концами, устанавливаемыми в углублениях.