Расстрел "Белого дома". Черный Октябрь 1993 года - Александр Островский

Этот документ не только подтверждает газетную информацию о том, что в обстреле здания ИТАР-ТАСС участвовали офицеры Таманской дивизии, не только позволяет получить конкретное представление о том, кто именно был убит и задержан, но и, что самое главное, показывает: оба офицера входили в состав целой группы, состоявшей примерно из 40 человек («15 человек и взвод десантников»), которая располагалось в здании Генерального штаба и имела «задание дестабилизировать» ситуацию в столице.

С тех пор прошло уже много времен, а причастность сторонников парламента к этим событиям так и не доказана. Это дает основание думать, что и здесь мы имеем дело с провокацией.

Об том же свидетельствует и проблема снайперов.

Первые сведения о них появились уже 22 сентября[2949]. С 3 октября в столице началась «снайперская война», продолжавшася два дня[2950].

Ранее уже отмечалось, что одним из поводов стрельбы по демонстрантам днем 3 октября возле мэрии послужил выстрел, жертвой которого стал один из омоновцев. Как было установлено на следствии, «пуля вошла парню четко между каской и бронежилетом, в область шеи. Угол между продольной осью канала ствола и плоскостью препятствия составил 19 градусов – значит, выстрел был произведен из здания высотой не менее 15 этажей. Вероятнее всего, использовалась снайперская винтовка Драгунова с оптическим прицелом… Следствие пришло к выводу, что стреляли с крыши гостиницы “Мир”»[2951].

Утром 4 октября первые снайперские выстрелы у Белого дома раздались уже в 6.43[2952]. Около 8 часов утра с 15-го этажа здания мэрии снайперы обстреляли колонну из 30 машин ГАЗ-66 с солдатами, остановившимися у американского посольства[2953]. Утром того же дня снайперскими выстрелами были убиты рядовой Коровушкин и ефрейтор Хихин 119-го Наро-Фоминского полка[2954]. В середине дня пуля снайпера – профессионала сразила лейтенанта группы «Альфа» Сергеева[2955]. В 17.00 на Новом Арбате было обстреляно подразделение Рязанской ВДД, направлявшейся к Белому дому[2956]. 4 октября погиб снайпер на пересечении Садового кольца и Нового Арбата[2957].

Во время следствия по делу об октябрьских событиях 1993 года был допрошен работник мэрии С. Коновалов. 3 октября он оказался заблокирован в здании мэрии выше пятого этажа. «Около 17.30 я поднимался по лестнице на 19-й этаж в рабочий кабинет. – показал он, – В пролете между 12-м и 13-м этажами я увидел девушку с оружием. Скорее всего, это была винтовка с оптическим прицелом». Из протокола осмотра места происшествия следует: «На месте, указанном Коноваловым, обнаружено 2 гильзы калибра 7,62×53»[2958].

Печать того времени обвиняла в снайперской войне «боевиков» из «Белого дома»[2959]. Но занимавшаяся расследованием октябрьских событий 1993 г. прокуратура не смогла найти никаких доказательств этого. Более того, она почему-то вообще не проявила к этой проблеме особого интереса. Свидетельством этого является то, что «в уголовном деле», посвященном этим событиям, отложилась лишь тоненькая папочка, насчитывающая «чуть более 100 листов»[2960]. Из нее явствует, что прокуратура не смогла установить происхождение снайперов[2961].

Обьяснение этой загадки попытался дать корреспондент радиостанции «Свобода» М. Дейч. В октябре 1994 г. ему удалось взять интервью у одного из высокопоставленных сотрудников российских спецслужб, пожелавшего остаться неизвестным.

По словам собеседника М. Дейча, в октябре 1993 г. в Москве действовало около 100–110 снайперов. Отвергнув причастность к снайперской войне еврейских боевиков, бывших афганцев и стороников парламента, высокопоставленный сотрудник российских спецслужб специально остановился на возможности участия в ней снайперов ГУОП[2962].

Участие в «снайперской войне» ГУОП он назвал более вероятным, так как в составе кремлевской охраны есть взвод «трассовиков-чердачников». Эти люди прикрывают маршрут следования президента или оборудуют свои секторы во время его публичных выступлений. Однако таких людей, обладающих профессиональными снайперскими навыками, тоже немного[2963].

В связи с этим собеседник М. Дейча заявил, что, по его сведениям, в августе 1993 г. заместитель начальника охраны президента генерал-майор Борис Просвирин, тот самый, что привез 23 июля из-за границы Д. О. Якубовского, «через швейцарскую резидентуру установил неформальные контакты со спецслужбами нескольких европейских государств». После этого «27 сентября с Кипра в «Шереметьево» прилетели несколько групп туристов», которые будто бы составляли команду регбистов. Их «встречал сам Коржаков». Между тем «ни по линии спорткомитета, ни по линии каких-либо спортивных клубов никаких соревнований по регби в тот период не было». Незадолго до этой встречи «сначала Коржаков, а потом Просвирин на оружейном складе милиции особого назначения в Реутове получили снайперские винтовки СВД», в количесте 102 штук. Согласно той же информации, «сразу же после октябрьских событий» Москву покинуло несколько групп мужчин, «среди которых можно было узнать тех, кто прилетал в качестве регбистов или туристов с Кипра. Они уезжали поездами на Варшаву, Берлин и Бухарест. Причем ехали… в тех купе, билеты, в которые по заведенной много лет назад практике продавались по броне КГБ»[2964].