В поисках социалистического Эльдорадо: североамериканские финны в Советской Карелии 1930-х годов - Ирина Такала

18 декабря 1922 г. в Нью-Йорке и принадлежащая Оскару Коргану, позже ставшему одной из ключевых фигур в организации иммиграции американских финнов в Карелию. Источник: НАРК. Ф. Р-685. Оп. 2. Д. 132. Л. 35

В ЦК КПА на деятельность Халонена и Тенхунена смотрели с подозрением. Отчасти это объяснялось постоянными трениями между американской компартией и Финским рабочим союзом, входившим в нее на правах коллективного члена и отказывавшимся подчиняться политике централизации и большевизации (в частности, делиться с партией средствами из фондов финских кооперативов)[158]. Многое тогда в партийных отношениях диктовалось и Коминтерном. В 1922 г. Халонен был вызван в Москву. От него потребовали отчета: по чьему поручению он действует в Америке? Исполком Коминтерна (ИККИ) также предложил ему немедленно ликвидировать Комитет помощи Советской Карелии[159]. Поскольку работа продолжалась, в 1930 г. Халонен по указанию Коминтерна был исключен из КПА «за оппозиционную деятельность». Тенхунен, поддержавший товарища, был вызван в Москву для объяснений[160]. Однако решения XVI съезда ВКП(б) об организации трудовой иммиграции в СССР изменили позицию ИККИ, и ЦК КПА пришлось с этим считаться. Тенхунена перевели в Нью-Йорк, где в течение несколько месяцев он возглавлял отдел печати ЦК. Сразу же после того, как Москва утвердила иммиграционные планы Гюллинга, 1 декабря 1930 г., Матти Тенхунен перешел на работу в качестве представителя Наркомата труда Карелии в Нью-Йорке. В феврале 1931 г. он переехал в Петрозаводск, а два месяца спустя вернулся в Америку уже со специальным заданием карельского правительства[161].

1 мая 1931 г. в Нью-Йорке начал свою деятельность Комитет технической помощи Советской Карелии. Основной задачей созданной Тенхуненом организации была широкомасштабная вербовка финнов с целью переселения их в АКССР. До 1932 г. комитет возглавлял Калле Аронен, а затем до 1934 г. Оскар Корган. Отделения организации были созданы и в некоторых других штатах США, где проживали финны, а также в Торонто[162]. Канадским Комитетом технической помощи бессменно руководил Джон (Юсси) Латва.

Аронен, Корган и Латва были членами финских секций местных компартий, однако отчитывались в своей деятельности они только перед карельским правительством, поскольку числились работниками созданного осенью 1931 г. в Петрозаводске Переселенческого управления. В задачи Переселенческого управления входило планирование вербовки, прием иммигрантов, контроль над условиями, в которых они работали, и регистрация всех иностранцев, прибывающих в Карелию[163]. Матти Тенхунен, возглавивший иностранный отдел управления, координировал всю деятельность Комитета.

Партийная биография и фотография Матти Тенхунена.

Источник: НАРК. Ф. П-3. Оп. 6. Д. 10792. Л. 2

Подобное положение чрезвычайно раздражало ЦК КПА, что и обусловило, в частности, его негативное отношение к переселенческой политике. В Канаде дело обстояло несколько иначе, там компартия и Финская организация Канады сотрудничали с Тенхуненом и Латвой, хотя и были озабочены процессом утечки финнов в Карелию[164]. Коммунистические партии Канады и США боялись, что массовый выезд финнов-социалистов, которые играли важную роль в обеих компартиях Северной Америки, нанесет удар по коммунистическому движению в этом регионе. Тем не менее они не могли остановить иммиграционную программу карельского руководства, и усилия немногочисленных деятелей Комитета очень скоро привели к тому, что стало именоваться в Северной Америке «карельской лихорадкой».

Помимо вербовки Комитет технической помощи Карелии занимался закупкой техники, оборудования и других товаров, необходимых для республики. Источников финансирования у организации было несколько. Во-первых, добровольные взносы и пожертвования американских граждан, во-вторых, отчисления пароходных компаний, перевозивших эмигрантов через океан и плативших комитету комиссионные в размере 11 долларов 50 центов за взрослого и 5 долларов 75 центов за ребенка. Главным же источником пополнения средств были отчисления самих переселенцев. Сдавая валюту в так называемый машинный фонд, эмигрант получал от руководителя комитета квитанцию, по которой в СССР ему должны были компенсировать взнос в рублях (по золотому курсу – 2 рубля за 1 доллар). Если верить документам, всего за годы активной деятельности комитета (1931–1934) только в США сумма взносов в машинный фонд составила 162 146 долларов. Взнос в машинный фонд, как правило, варьировался от 100 до 300 долларов, хотя иногда иммигранты вносили гораздо большие суммы[165]. По квитанциям, выданным Ароненом и Корганом, Переселенческое управление за те же годы выплатило приезжавшим 304 629 руб.[166] По каким-то причинам примерно 20 тыс. долларов остались некомпенсированными.

Закупка необходимого оборудования производилась комитетом как через торговое представительство СССР в США Амторг, так и самостоятельно. Поскольку на первых порах ввоз техники носил стихийный характер и тем самым нарушал монополию советской внешней торговли, СНК Карелии создал специальную комиссию (так называемая «валютная комиссия» – Форстен, Валлин, Тенхунен, Сильвентойнен), которая утверждала закупки, производившиеся по заказам хозяйственных организаций[167]. Таким образом, сделкам комитета был придан законный характер и ввоз приобрел более упорядоченный вид.

Закупленное оборудование перевозили в республику сами переселенцы, что позволяло избегать транспортных расходов, а главное – таможенных сборов. Дело в том, что, по постановлению СНК СССР, иммигранты имели право беспошлинно ввозить в Союз не только личное имущество, но и целый ряд производственных товаров (по спискам, утвержденным Наркоматом внешней торговли). Привезенную таким образом технику правительство реализовывало через Переселенческое управление хозяйственным организациям с 50 – процентной надбавкой к стоимости. Полученные средства должны были расходоваться на улучшение положения иностранных рабочих[168]. В 1934 г., когда поток иммигрантов иссяк, а взносы в машинный фонд почти прекратились, карельскими властями был принят ряд стимулирующих постановлений. В частности, рабочим, внесшим деньги в машинный фонд, СНК гарантировал возмещение расходов по переезду из США в СССР и обратно (по истечении трудового договора)[169].