Врачи двора его Императорского величества, или Как лечили царскую семью - Игорь Зимин

После того, как Англия 15 марта 1854 г. объявила войну России и приняла участие в осаде Севастополя, все английские подданные должны были выбрать один из трех вариантов: либо уйти со службы и покинуть Россию; либо перейти в российское подданство; либо, сохранив подданство, подписать присяжной лист, гарантирующий их лояльность России. Мурфий выбрал последний вариант.[1428] В итоге Я. О. Мурфий проработал в качестве придворного дантиста с 1851 по 1883 г., т. е. 32 года и вышел на пенсию в чине титулярного советника (IX класс).

Да, привлекались. Например, в 1876 г. им препроводили на экспертизу зубной порошок и капли зубного эликсира, изобретенные зубным врачом, прусским подданным, Людвигом Беркмейером.[1429] В своем прошении на имя министра Императорского двора А. В. Адлерберга (март 1875 г.) Л. Беркмейер писал, что: «…находясь в России 15 лет, я посвятил всю мою деятельность зубному врачеванию в Москве и различным усовершенствованиям в зубной медицине. Ныне, изобретены мною зубной порошок, зубные капли и зубной эликсир, которые вместе с сим представлены мною в Медицинский департамент МВД для испрошения на оные одобрения и привилегии». Далее врач просит «…принять оные от меня… и ящик, заключающий мои изделия, которые дерзаю повергнуть к стопам Государя Императора».[1430]

Это была стандартная рекламная акция зубного врача, с предсказуемыми ходами. Если бы царь принял подарок, то врач немедленно попросил бы разрешения указать в своей рекламе на то, что его зубной пастой пользуется сам император. Поэтому придворным зубным врачам и профессору фармации Медико-хирургической академии Ю. К. Траппу предлагалось протестировать зубную пасту и эликсир.

В июле 1876 г. Управляющий Придворной медицинской частью направил министру Императорского двора ответ, в котором сообщал, что зубной порошок и эликсир были рассмотрены «в Медицинском Совете, вместе с рецептом на приготовление этих средств». Медицинский Совет «…постановил, что продажа означенных средств Беркмейеру, как зубному врачу, может быть дозволена. Что же касается выдачи привилегии, то имея в виду, что ни одно из них не соответствует требованиям 307 ст. Устав Врачебный, Медицинский Совет не нашел основания к удовлетворению такого ходатайства просителя.

Заслуженный профессор фармации Императорской Медико-хирургической академии тайный советник Трапп на запрос мой о качестве зубных средств Беркмейера отозвался, что из них только один эликсир заслуживает внимания, как содержащий в себе особое средство, а именно: салициловый хинину, который, судя по его составным частям, т. е. салициловой кислоте и хинин, можно считать существенным улучшением эликсира. В какой мере замена в них салициловой кислоты салициловым хинином оправдывает ожидания Дентистов, о том покамест ничего положительного сказать нельзя».

Далее констатировалось, что предложенный препарат «…не только не лучше, но даже уступает другим зубным эликсирам. Зубные капли Беркмейера проф. Трапп находит не лучше и не хуже известного Para-guay-Roux, а зубной порошок его, содержащий в себе пемзу, пригодную для полирования дерева, а не зубов, нельзя вовсе использовать для ежедневного употребления». И, соответственно, делался вывод, что зубной порошок и зубной эликсир «… не заслуживают быть поднесенными Государю Императору».[1431] Обращаю внимание на крайне ядовитое замечание по поводу порошка пемзы.

Судя по документам, кроме придворного стоматолога, в Зимний дворец приглашались и другие дантисты, которые не состояли в придворном штате. Например, в одном из писем к Е. М. Долгоруковой, написанном 29 января 1868 г. Александром II, упоминается, что «после обеда дантист Ивенс мучил меня до 2 часов». Возможно, загадочный «дантист Ивенс» – это американский дантист Уоренн Р. Эванс (Warrin Evans), который в 1868 г., как это ни удивительно, получил патент на сконструированную им магазинную винтовку. Возможно, стоматолог-оружейник в 1868 г. приехал из САСШ в Петербург, пытаясь «пристроить» магазинный карабин своей конструкции на вооружение русской армии. И то, что он оказался в Зимнем дворце, леча зубы Александра II, видимо, принесло результаты.[1432]

Так или иначе, но в 1870-х гг. в Петербурге начали работать зубные врачи, приехавшие из самых разных стран, в том числе и из Америки (САСШ). Замечу, что к этому времени именно американские зубные врачи выходят на лидирующие позиции, уверенно потеснив французов. И для хорошего специалиста руководство Придворной медицинской части готово было «найти» дополнительную штатную единицу. Поэтому, когда в 1873 г. в Петербурге появился американский зубной врач де Марини, он довольно быстро оказался при Императорском дворе.

Разворотливый американец, объявившись в Петербурге летом 1873 г., немедленно направил министру Императорского двора А. В. Адлербергу ходатайство «о назначении его дентистом Его Императорского Величества». Озадаченный таким деловым напором министр, в свою очередь, попросил руководство Придворной медицинской части собрать необходимые сведения об американце и сделать соответствующее «заключение Ваше по ходатайству».