Мир на краю пропасти. Предвоенные хроники - Юрий Житорчук

И.В. Сталин был бледен и сидел за столом, держа в руках не набитую табаком трубку.

Мы доложили обстановку. Сталин недоумевающе сказал:

– Не провокация ли это немецких генералов?

– Немцы бомбят наши города на Украине, в Белоруссии и Прибалтике. Какая же это провокация… – ответил Тимошенко.

– Если нужно организовать провокацию, – сказал Сталин, – то немецкие генералы бомбят и свои города… – И, подумав немного, продолжал: – Гитлер наверняка не знает об этом. Надо срочно позвонить в германское посольство, – обратился он к Молотову.

В посольстве ответили, что посол граф фон Шуленбург просит принять его для срочного сообщения».

Однако из журнала посещений кабинета Сталина следует, что Жуков вместе с Тимошенко, Молотовым, Берией и Мехлисом вошли в кабинет Сталина не в 4 часа 30 минут, а в 5 часов 45 минут. Следовательно, вошли они туда только после того, как Молотов вернулся со встречи с Шуленбургом, и поэтому Сталин к началу совещания уже знал о том, что Германия объявила нам войну. А значит, на этом утреннем совещании он не мог говорить ни о провокациях немецких генералов, ни о том, что Гитлер якобы не знает о налетах немецкой авиации на советские города, ни тем более посылать Молотова узнать о происходящих событиях в немецком посольстве.

Все это намеренное искажение фактов понадобилось идеологическому отделу ЦК КПСС для поддержания официальной версии причин катастрофы начального периода войны, чтобы опубликовать «свидетельство» Жукова о том, что якобы Сталин даже после того, как ему сообщили о бомбардировке немецкой авиацией наших городов, отказался верить в то, что уже началась война.

В результате согласно картине, нарисованной при посредничестве Главлита и ГлавПУРа, выходило, что вечером 21 июня Сталин санкционировал директиву, в которой черным по белому было написано, что в течение 22—23 июня возможно внезапное нападение немцев. А проснувшись утром и получив безусловные доказательства того, что ожидавшееся нападение Германии на СССР состоялось, Сталин якобы заявил: этого не может быть, все это провокации немецких генералов, о которых Гитлер даже понятия не имеет.

При этом, чтобы хоть как-то увязать последовательность описываемых событий по времени, «консультантам» из ГлавПУРа понадобилось, чтобы в мемуарах Жукова было бы на час смещено начало немецкого нападения на СССР. С тех пор не только в популярной, но и даже в научно-исторической литературе начали гулять сведения о том, что немцы напали на Советский Союз не в 4, а в 3 часа утра 22 июня.

Здесь надо еще учитывать, что в немецких мемуарах действительно указывается, что нападение на СССР началось 22 июня в 3 часа утра. Однако эти свидетельства немецких генералов, естественно, приведены по берлинскому времени, а 3 часа берлинского времени в 1941 году соответствовали 4 часам московского времени. Отсюда и идет вся эта путаница с моментом нападения Германии на СССР и иезуитская игра на этой путанице со стороны ГлавПУРа.

Г е н е р а л Ж у к о в. Сегодня в 4 часа утра немецкие части открыли огонь по нашим войскам, расположенным у границы, атаковав ее во многих местах, а самолеты люфтваффе подвергли бомбежке наши города – Брест, Гродно, Луцк, Дубно, Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие. Имеются убитые и раненые. Пограничные войска и поддерживающие их части ведут упорные бои на линии границы. Советской авиацией и подразделениями противовоздушной обороны сбито несколько немецких самолетов. Уже в 4 часа 20 минут командованием приграничных округов было приказано поднять войска и действовать по-боевому. Во многих местах нарушена связь с войсками. Принимаются меры по ее восстановлению.

Б е р и я. Все пограничные войска на западной границе были подняты по тревоге и буквально с первых минут войны отражают атаки немецких войск. В 4 часа 50 минут им был передан приказ отражать нападение немцев совместно с частями РККА всеми имеющимися средствами.

С т а л и н. Таким образом, и погранвойска, и дивизии Красной армии приграничных округов уже вступили в бой с фашистскими агрессорами. И какие же в этой связи шаги предлагает предпринять Генеральный штаб?

Г е н е р а л Ж у к о в. Необходимо немедленно обрушиться всеми имеющимися в приграничных округах силами на прорвавшиеся части противника и задержать их дальнейшее продвижение. Для этого в округа нужно срочно дать соответствующую директиву.

М а р ш а л Т и м о ш е н к о. Согласен, только в директиве нужно указать не задержать, а уничтожить вторгшихся на нашу землю фашистов.

С т а л и н. А вы уверены, что западная группировка Красной армии способна решить такую задачу еще до завершения мобилизации?

М а р ш а л Т и м о ш е н к о. Уверен, товарищ Сталин.

С т а л и н. Хорошо, тогда готовьте директиву № 2. Только при этом надо предусмотреть, чтобы до особого распоряжения наши наземные войска не переходили бы государственную границу. Иначе если мы слишком быстро выбьем немцев с нашей территории и перенесем военные действия на территорию противника, то Гитлер еще обвинит нас в том, что это СССР напал на Германию. Не надо давать ему повод для подобного рода заявлений.

Комментарий автора. К 22 июня в первом эшелоне войск прикрытия была сосредоточена 41 дивизия Красной армии, находившаяся в усиленных штатах мирного времени. Эти дивизии прикрытия могли бы уничтожить вторгшиеся силы противника только в случае, если силы вторжения были им соразмерны или меньшими по сравнению с имевшимися в распоряжении у советского командования силами. В действительности же силы вторжения значительно превосходили первый эшелон войск прикрытия. Не говоря уже о том, что немецкое командование имело возможность за счет концентрации своих сил на определенных локальных участках создавать их многократный перевес.

Информация к размышлению

Из дневника бывшего референта германского посольства в Москве Готтхольда Штарке.

«6 часов 10 минут 22 июня. Посол возвращается. Молотов принял к сведению заявление посла. О начале военных действий ему, разумеется, было уже известно. Между тем появился болгарский посол, который интересовался отдельными моментами, связанными с его полномочиями по представлению в дальнейшем интересов Германии. Кроме того, были проинформированы также итальянский посол и румынский посланник, так как они сами не получали еще никаких известий».

6 часов 10 минут 22 июня 1941 года

Паневежис. Донесение командующего ПрибОВО генерала Кузнецова в НКО.

«В 4.00 22.06.41 г. немцы начали боевые действия. Военновоздушные силы противника бомбардировали аэродромы Виндава, Паневежис, Шауляй, Ковно. Обстреляли артиллерией Паланга, Таураге, Калвария. Танки противника наступают – Таураге. Пехота наступает – Шаки (до полка), Виштынец и Калвария, силы противника уточняются.

Отдал приказ контратаками выбросить противника и пленить. Наши военно-воздушные силы в воздухе. До получения вашего приказа границу не перелетать я получил через генерала Сафронова ваш приказ самовольно границу не перелетать. Принял меры, чтобы бомбить противника, не перелетая границы. В Шавли в 5 часов был воздушный бой – результаты уточняются».