История войны 1813 года за независимость Германии - Модест Богданович

На следующий день, 6 (18) августа, неприятель снова атаковал позицию Люцова 5 батальонами с 3 орудиями. Но несмотря на слабость калибров союзной артиллерии, Гертнеру удалось подбить 2 французских орудия. Прусские егеря и тирольские стрелки, отразив неприятеля, двинулись вперед и заставили его сойти с занятой им высоты. Несколько часов спустя, войска Даву, усилившись 2 свежими батальонами, опять предприняли наступление, но были отражены с уроном. Союзники в этот день потеряли 11 офицеров и 400 нижних чинов. 7 (19), еще до рассвета, неприятель атаковал укрепления и овладел ими. Генерал Тетенборн, оставив ротмистра графа Ботмера с 50 казаками у разрушенного моста близ Блюхена, для задержания неприятеля на переправе через Стекниц, отошел небольшими переходами по направлению к Гагенов и расположился у селения Фелян (Vellahn), 9 (21) августа, отступив на расстояние 3 миль (около 20 верст) в продолжение 3 суток. Туда же были собраны графом Валь-моденом российско-германский легион и кавалерия Дернберга, всего вместе с авангардом 6000 пехоты и 3000 кавалерии с 12 орудиями. – 9 (21) августа, пополудни, Даву, с 20 000 человек, атаковал Вальмодена, по направлениям к Виттенбургу и Гагенову, у Камина и Феляна, но все его нападения были отражены союзными войсками. Тем не менее однако же, превосходство неприятельских сил заставило Вальмодена отойти на следующий день к Гагенов. Генерал Фегезак получил предписание отступить от Гревисмюлена к Висмару28.

Даву не пошел вслед за союзным корпусом, а обратясь влево, перенес свою главную квартиру 11 (23) в Виттенбург и 12 (24) в Шверин, где и простоял до 21 августа (2 сентября). Войска дивизии Луазона, отряженные к Висмару, заставили Фегезака отступить к Ростоку29. Генерал Тетенборн, направившись на Вартенбург к Варсову, расположился на сообщениях неприятеля и лишил маршала Даву возможности получать известия из Дрездена и прочих пунктов на Эльбе, что заставило французов оставаться в бездействии у Шверина, между тем как Удино был разбит у Гросс-Беерена, а Жирар у Бельцига30. Майор Люцов, высланный, с 200 гусар и казаков и с небольшим отрядом егерей и тирольских стрелков, на дорогу из Гадебуша в Шверин, расположился, в ночи с 13 (25) на 14 (26) августа, скрытно в лесу близ Розенгагена. С рассветом, передовые посты его дали знать о сближении неприятельского транспорта под прикрытием сильного пехотного отряда. Майор Люцов тотчас сделал распоряжения к атаке: казакам было приказано броситься на транспорт и остановить его, а сам Люцов с гусарами напал на прикрытие. Некоторые из погонщиков обрезали постромки и ушли с своими лошадьми, оставив повозки в добычу казакам, но французская пехота, засев во рвах по сторонам дороги, стреляла оттуда по гусарам Люцова, которые хотя овладели обозом и увезли его, однако же понесли довольно большой урон. В особенности же была чувствительна потеря Теодора Кернера, Тиртея Германии, певца борьбы за независимость отечества. Будучи адъютантом и главным сподвижником Люцова, он кинулся на французов укрывшихся в лесу и пал, пораженный смертельно пулей. Он пал в цвете лет, оставив о себе память в своих песнях, в сказаниях отчизны, в сердцах друзей своих. У селения Вебелина (Wöbbelin), в одной миле к северу от Людвигслуста, покоится прах его. Над ним воздвигнут небольшой памятник, с мечом и лирой, обвитыми дубовым венком, и с краткой надписью31.

Граф Вальмоден, убедившись в том, что Даву вовсе не имел намерения действовать решительно, предполагал перейти к Варину, соединиться с отрядом Фегезака и атаковать Луазона, и 21 августа (2 сентября) уже достиг окрестностей Кривица, но узнав об отступлении французов, двинулся вслед за ними к Шверину. Действительно маршал

Даву, по всей вероятности, получив сведение о неудаче Удино и Жирара, выступил,

16 (28) августа, из Шверина и отошел за озера и болота к Рацебургу, а датский отряд к Любеку. Союзники преследовали неприятеля легкими войсками и захватили много пленных. Корпус Вальмодена расположился на пространстве от Гревисмюлена до Демица, ограничиваясь наблюдением сильнейшего противника32.

На основании плана действий, составленного в Трахенберге, было решено двинуть Главную союзную армию из Богемии в Саксонию и оставив наблюдательный корпус под Дрезденом, направить прочие войска к Лейпцигу. Никогда еще, может быть, ни во времена древние, ни в новейшие, не приступал главнокомандующий огромной армией к исполнению лежавших на нем многотрудных обязанностей с таким неведением всего того, что следовало знать ему. Фельдмаршал Шварценберг не имел никаких сведений – ни о свойствах местности, долженствовавшей служить театром действий, ни об укреплениях Дрездена и неприятельских силах, там собранных, ни о состоянии вверенных ему войск. В штабе главнокомандующего не заботились – ни разведать о дорогах, по которым предлежало двигаться, ни снабдить собственные войска одеждой и обувью, ни обеспечить доставку жизненных потребностей; несмотря на удобство иметь лазутчиков в стране враждебной французам, не было верных сведений о неприятеле, и потому все делалось как бы ощупью. Вместо того, чтобы начать действия немедленно по окончании перемирия, именно 5 (17) августа, австрийское правительство продолжало бесплодные переговоры с Наполеоном до 9 (21). Не прежде 7 (19) последовало в главной квартире, расположенной в Мельнике, совещание о предстоявших действиях. Неотлагательное вторжение оказалось невозможным, потому что российско-прусские войска Барклая-де-Толли еще не успели собраться в лагере при Будине. Положено было выступить 9 (21), и таким образом, потеряно 4 дня при самом открытии действий: подобная трата времени была тем более непростительна, что неприятельский корпус Сен-Сира, который один лишь стоял на пути действий Союзников, не мог оказать решительного сопротивления1.

Для вторжения в Саксонию надлежало перейти через Рудные горы (Erzgebirge). Этот горный хребет возвышается от 2000 до 2500 футов параллельно долине реки Эгера. Скаты его, обращены к Богемии, весьма круты и большей частью лесисты; гребень довольно ровен, в виде плато, на коем кое-где высятся холмы и встречаются открытые пространства; северная же сторона хребта, к стороне Саксонии, весьма отлога, но изрезана множеством речных долин, представляющих еще более препятствий для движения войск, нежели крутые скаты окаймляющие Богемию. Эти затруднения увеличиваются недостатком удобных путей. И в настоящее время существует лишь весьма немного хороших дорог через Рудные горы; а в 1813 году были только два шоссе: одно из Теплица в Дрезден, на коем встречались весьма крутые места, и другое, из Коммотау, через Мориенберг и Хемниц, в Лейпциг; кроме того, на этом пространстве пролегали следующие дороги[87]:

1) Из Ауссига через Шнееберг в Кенигштейн и Пирну.

2) Из Теплица, старая дорога, на Гейерсберг, Фюрстенвальде, Брейтенау, Гепперс-дорф, в Дону, либо из Фюрстенвальде, на Гласгютте, Максен и Локвиц в Дрезден.

3) Из Теплица, на Циннвальд, Альтенберг, Фалькенгайн и Диппольдисвальду в Дрезден.