Конрад Аденауэр - немец четырех эпох - Всеволод Ежов

— Он — кёльнец не только по рождению, но и по профессии.

Даже в самые трудные времена Аденауэра не оставляли намерения превратить город в самый крупный, красивый и мощный центр Рейнской области. Он видел его связующим звеном между Востоком и Западом, витриной всей Германии.

После поражения в войне мало кто думал о планах на будущее. Аденауэр же вынашивал все новые и новые проекты по развитию города.

Одной из первых забот стало возрождение университета. Его основали еще в XIV веке вслед за пражским, венским и гейдельбергским. Французы во времена наполеоновских завоеваний закрыли университеты в Кёльне, Трире, Бонне и Майнце. После победы над Наполеоном прусское правительство открыло вновь лишь боннский. Аденауэр неоднократно ставил в Берлине вопрос о возрождении университета в Кёльне и наконец добился своею. Летом 1919 года в нем начались занятия. Вскоре он стал одним из крупнейших в Германии.

Медицинский и государственно-экономический факультеты присудили Аденауэру степень почетного доктора. Выступая с речью при вручении диплома, он сказал:

— Целью университета должно стать примирение народов и овладение европейским наследием, ибо в Кёльне сходятся немецкая культура и культуры западных демократий.

В первом веке нашей эры кельты, обороняясь от римлян, построили на месте теперешнего Кёльна земляные валы. Они полукольцом охватывали довольно большую территорию и упирались в Рейн. Валы сохранились. Аденауэр превратил их в 20-километровый зеленый пояс, украшающий город и по сей день.

По заранее разработанному плану велась жилищная застройка. Строились многоэтажные дома, а в окраинных районах — коттеджи с садами. Активно расширялся порт. Воздвигались мосты через Рейн. На правом берегу поднимались выставочные сооружения. Проводимые в них ярмарки и иные мероприятия чаще всего носили общегерманский характер. А на международную выставку печати съехались политические деятели и журналисты буквально со всего мира. Посетил ее и президент Гинденбург.

Обер-бургомистр выдвинул предложение о закладке стадиона. Члены магистрата удивились: Аденауэр не занимался спортом и не увлекался им как зритель. Раздались голоса:

— У нас достаточно других, более насущных проблем, требующих финансовых средств.

Аденауэр возразил:

— После тяжелой войны спорт — это врач для больного немецкого народа. А на врачей и лекарства денег не жалеют.

Магистрат принял решение начать строительство большого спортивного комплекса в районе Мюнгенсдорф. Он и сейчас является главным спортивным сооружением Кёльна.

Кёльн расцветал, становился центром международного туризма. Из многих стран, даже из далекой Японии приезжали сюда муниципальные деятели для ознакомления с местным опытом развития городской инфраструктуры.

Не так-то легко давались обер-бургомистру средства на нужды города. Депутаты городского собрания частенько называли Аденауэра утопистом, авантюристом, самым дорогим градоначальником в Германии. Но он добивался своего. Приходил на заседания парламента в окружении экспертов и с многочисленными папками, содержавшими скрупулезные расчеты по объектам строительства. Материалом владел великолепно. До конца выслушивал противников, а потом опровергал их доводы хорошо продуманными и вескими аргументами. Не вмешивался в перепалки между депутатами. Убеждал терпеливо и упорно. Иногда умышленно затягивал заседания до поздней ночи и, когда депутаты уставали от бесконечных дебатов, предлагал нужные резолюции и их принимали. Случалось, действовал на собственный страх и риск и ставил городское собрание перед свершившимся фактом. Обычно это сходило ему с рук.

Обер-бургомистр умел маневрировать. Однажды рурская компания резко повысила тарифы на электроэнергию. Переговоры о снижении платы не дали результатов. Тогда Аденауэр договорился с обер-бургомистром Франкфурта-на-Майне совместно купить угольный карьер и построить собственную электростанцию. Намерение широко разрекламировали в печати. Рурская компания быстро согласилась с ценами, предложенными кёльнцами.

А вот как действовал Аденауэр при обсуждении проекта моста через Рейн после включения в 1926 году в состав города правобережного района Мюльгайм. Организационный комитет магистрата высказался за арочный мост и предоставление заказа фирме Круппа. Аденауэр выступил за постройку висячего моста с помощью фирмы Харкорт. На заседании городского собрания Аденауэр доказывал, что тяжелый арочный мост испортит вид города, а легкий висячий украсит его. Но парламент значительным большинством поддержал решение организационного комитета.

Аденауэр не сдался. Часами вел беседы с отдельными членами собрания. Наиболее влиятельных приглашал в ресторан на бокал вина. Депутатам-коммунистам показывал фотографии Ленинграда с висячими мостами и всячески расхваливал красоту революционного города. Главный удар по противникам подготовил перед решающим голосованием. Один инженер-строитель высказал предположение, что прирейнская почва не выдержит тяжелые конструкции арочного моста. Аденауэр посадил его за расчеты и, вооружившись ими, отправился на заседание парламента. Он спокойно слушал своих противников, а потом попросил слова и в течение часа обрушил на депутатов массу цифр и других данных, которые толком никто не понимал. Сделав наконец вывод — строительство арочного моста невозможно, — он спокойно отправился на свое место. 43 голосами против 36 городское собрание приняло решение строить висячий мост.

История с мостом вызвала противоречивые отклики в прессе. Некоторые газеты писали, что Аденауэр слишком увлекается лавированием, другие — что он проявляет диктаторские черты и не умеет прислушиваться к голосу большинства. Некоторые его сторонники стали отходить от него.

Обер-бургомистр уловил эти настроения. Стал чаще общаться с депутатами и городскими служащими. Говорил о новых проектах перестройки города, о создании на месте узких и кривых улочек просторных проспектов с высотными домами, о строительстве вокруг города поселков с коттеджами и садами, которые свяжут с центром города специальные автобусы-экспрессы.

Приглашал в ресторан или домой деятелей своей и оппозиционных партий. Во время бесед проявлял добросердечие и обходительность. Не забывал поздравить нужных ему людей с днем рождения или повышением по службе, по другим радостным поводам, а по нерадостным — выразить участие и соболезнование. Умел показать симпатию, сделать маленький подарок, выполнить просьбу. У человека частенько складывалось впечатление, что именно он пользуется особым расположением обер-бургомистра.

Даже противники признавали, что Аденауэр постоянно переполнен идеями и проектами. Борется за их воплощение в жизнь упорно и настойчиво. Почти не знает колебаний и не любит компромиссов. У многих складывалось впечатление, что преодолевать сопротивление доставляет ему удовольствие. Политика возбуждала его, как игрока в рулетку. Французская газета «Ле Темпе» назвала Аденауэра сверхчеловеком, заполнившим своими делами город, порт и прилегающую местность. Однажды, писала газета, он станет рейхсканцлером и никто этому не удивится, ибо он обладает — и это признают даже его противники — качествами администратора высокого ранга, лидера, которому дан дар повелевать.