Упрямый Галилей - Игорь Дмитриев

Пункт 3 из вышеприведенной цитаты по своему содержанию соотносится с соответствующим фрагментом КТ. Однако в РТ обвинение Галилея в отходе от гипотетического характера аргументации дано в более развернутом и, если вдуматься, в более жестком виде. В РТ формула «asserendo assolutamente» конкретизируется, а именно: Галилей рассматривает свои аргументы в пользу гелиоцентризма не просто как достоверные, но как необходимо истинные, как истины, с необходимостью влекущие за собой другие истины, одновременно трактуя все некоперниканские «системы мира» как невозможные. Иными словами, теория Коперника, как она представлена в «Dialogo», оказывается в соответствии с законами модальной логики необходимой истиной.

РТ также подчеркивает (см. пункт 2), что Галилей хотя и сослался в предисловии и в заключительных абзацах книги на «divina onnipotenza» и на то, что гелиоцентрическая теория есть не более чем «capriccio matematico»[957], однако сделал это неубедительно, не подчеркнув должного (с точки зрения Святейшего и членов комиссии) значения и веса этих аргументов.

Конечно, некоторые доводы, приведенные в РТ, откровенно слабоваты. Например, утверждение, что спасительную концовку Галилей вложил «в уста дурака». Авторы доклада явно польстили Симпличио. Их упрек мог бы иметь силу, если бы этот «дурак» сам придумал аргумент о божественном всемогуществе и бессилии науки. Но Симпличио в «Dialogo» говорит не от себя, он лишь цитирует мнение, воспринятое им «от особы ученейшей, имеющей высокий духовный сан (una saldissima dottrina, che già da persona dottissima ed eminentissima appresi)»[958]. Хотя вполне возможно, что составители РТ имели в виду другое: доводы Симпличио всегда ниспровергались доводами коперниканца Сальвиати, и когда Галилей вложил в уста первого любимый аргумент Урбана VIII, который полагал, что эта его saldissima dottrina никем никогда не будет опровергнута[959], то у читателя невольно закрадывалось подозрение – а может быть, и на этот «божественный» аргумент «ученейшей особы» Сальвиати – Галилею есть что возразить по существу?

Возможно, папа, настаивая на необходимости «спасительной концовки» книги, имел в виду, что Галилей напишет своего рода развернутое послесловие, отдельный текст от себя, симметричный по месту и по содержанию предисловию, и там докажет – докажет, а не просто поупражняется в риторике, – что все сказанное выше есть не более чем «capriccio matematico». А что сделал Галилей…?!

Но что бы ни имел в виду Урбан VIII, многие аргументы, приведенные во втором пункте РТ, не выдерживают критики: ни то, что Сальвиати и Сагредо слишком сдержанно приняли тезис о божественном всемогуществе, ни то, что этот тезис расположен в тексте так, что его трудно найти. Видимо, члены комиссии это понимали и не все обвинения, содержащиеся в РТ, включили в окончательный текст их доклада (в КТ). Обратимся теперь к остальным обвинительным пунктам РТ.

Пункты 4 и 5 особых комментариев не требуют, потому что являются общими констатациями:

4. Он [Галилей] трактует этот вопрос (об истинности теории Коперника. – И.Д.) как нерешенный и как если бы мы должны были ожидать, а не заранее предполагать [его] разрешения; 5. [Он виновен в] неправильном обращении (lo strapazzo) с иными авторами (то есть с геоцентрическими теориями. – И.Д.), наиболее используемыми Святой Церковью.

Действительно, Галилей не очень жаловал указанных авторов. А вот пункт 6 отличается некоторой неожиданностью:

6. Он [Галилей] ошибочно утверждает и декларирует равноправие (uguaglianza) человеческого и божественного умов в понимании геометрических вопросов[960].

В общем-то, обвинение само по себе серьезное, однако в данной ситуации для Галилея неопасное, потому что его позиция по поводу соотношения божественного и человеческого знания в «Dialogo» сформулирована достаточно осторожно[961]и в приговоре это обвинение отсутствует.

Затем следуют последние два обвинительных пункта: