Воображаемый враг: Иноверцы в средневековой иконографии - Михаил Майзульс

Потому на исходе Средневековья Стефатона нередко стремились изобразить самым отталкивающим из всех истязателей. Для этого в его портрете собирали максимум негативных маркеров, которые применялись в иконографии врагов Христа. На миниатюре в одной английской Псалтири, созданной в 1321–1341 гг., Стефатон скалится, глядя на Спасителя, а его уродливое лицо то ли залито кровью, то ли само кроваво-красно[779]. Его представляли со вздернутым плоским носом, похожим на свиной пятачок[780]; c бритой, как у безумца, головой[781]; с очень темной, а порой и вовсе черной кожей[782]; с крошечным телом и чрезвычайно короткими, кривыми или деформированными ногами (II.4.5 слева)[783]; полуодетым, без штанов или чулок, в одном исподнем (II.4.6)[784]; в различных вывернутых позах, с неестественно или даже невозможно задранной головой (порой его лицо поднято так, что оказывается параллельно земле); в таком резком развороте, что лица почти не видно. Иногда его вовсе изображали спиной к зрителю. В случае Стефатона столь необычная поза явно была негативным знаком (II.4.5 справа)[785].

II.4.5. Герман Шадеберг. Распятие. Ок. 1410–1415 гг.

Colmar. Musée d'Unterlinden. № 88. RP.536

Библия бедняков. Бавария. Сер. XIV в.

München. Bayerische Staatsbibliothek. Clm 19414. Fol. 165v

II.4.6. Стефатон, единственный из персонажей, изображен частично оголенным. Он протягивает Христу губку с уксусом и желчью и показывает ему язык. Лукас Кранах Старший. Распятие. Ок. 1508–1510 гг.

Frankfurt am Main. Das Städel Museum. № 1066.

В позднесредневековой иконографии последние дни Христа превратились в настоящий театр глумления. В нем физическая агрессия сопровождается множеством презрительных, непристойных и издевательских жестов[786]. Истязатели, будь они римляне или иудеи (часто их различить невозможно), не только пинают и бичуют Христа, вырывают у него клоки волос или бороды, но и угрожают ему; его задирают, освистывают, оглушают звуками труб и напоминают о том, что он вовсе не Царь Иудейский и не пророк, а смутитель умов и мятежник. Прямое насилие неразрывно переплетается с осмеянием[787].

В Евангелиях есть два главных эпизода, где иудеи, а потом римляне устраивают над Иисусом коллективное измывательство. После того как арестанта привели к первосвященнику Каиафе и тот нашел его повинным смерти за богохульство, кто-то из его людей стал плевать Христу в лицо: «Другие же ударяли Его по ланитам и говорили: прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?» (Мф. 26: 67–68; ср.: Мк. 14: 65; Лк. 22: 53) (II.4.7). В позднее Средневековье эта сцена, известная как «Осмеяние» или «Поругание», обычно изображалась так, что на Христа, сидящего с завязанными глазами, с полупрозрачным платом, накинутым на голову, или в капюшоне, спущенном на лицо, со всех сторон обрушиваются тумаки и пощечины (II.4.8 слева).

II.4.7. У измывательств, которым Христос подвергся в доме Каиафы, в средневековой экзегезе было несколько ветхозаветных «типов» – т. е. событий-прообразов. Одно из них – убийство израильтянами человека по имени Хур. Оно не упоминалось в Библии и пришло в христианскую традицию из еврейских преданий, гласивших, что во время исхода из Египта Хур вместе с Аароном, братом Моисея, не захотел участвовать в изготовлении идола – золотого тельца (Исх. 32). Тогда, как писал в XII в. Петр Едок, «разгневанный народ стал плевать в лицо Хуру, и, как рассказывают, в этих плевках он захлебнулся». На этом листе из «Зерцала человеческого спасения» мы слева видим Христа в руках истязателей, а справа – христоподобного Хура, которого оплевывают пять соплеменников.

Зерцало человеческого спасения. Франция или Фландрия. Ок. 1430–1450 гг.

Sarnen. Benediktinerkollegium. Cod. membr. 8. Fol. 19v

II.4.8. Слева: Семь истязателей, набросив Христу на лицо плат, дают ему пощечины и, как подразумевается, спрашивают: «Кто ударил?» Малый Часослов герцога Беррийского. Париж. Ок. 1375 г.