Крах 1941 - репрессии не при чем! "Обезглавил" ли Сталин Красную Армию? - Андрей Смирнов

Осенью 1940-го в ПрибОВО, ОдВО, ЗакВО, СибВО, ЗабВО и ДВФ командиры пехотных подразделений не умели организовать взаимодействие огня и движения, но, как отмечал 22 сентября 1935 г. замначальника 2-го отдела Штаба РККА С.Н. Богомягков, «неотработанность взаимодействия огня и движения» по вине «комроты, комвзвода, комотделения» была «общей бедой» РККА и в 35-м…99

Как было показано нами в главе 6, в трех самых крупных военных округах – КВО, БВО и ОКДВА – с организацией взаимодействия огня и движения командиры пехотных подразделений, как правило, не справлялись и в 36-м. Еще и в первой, «дорепрессионной» половине 1937-го эта организация не давалась и командирам подразделений обоих стрелковых полков БВО (111-го и 156-го), о тактической выучке тогдашнего комсостава которых сохранились сведения; согласно отчету штаба ОКДВА от 18 мая 1937 г., «слабой натренированностью» в управлении подразделением на боевой стрельбе (где отрабатывалось как раз взаимодействие огня и движения) еще тогда отличался и комсостав Особой Дальневосточной…100

В сентябре 1940-го командиры пулеметных подразделений 6-й и 13-й стрелковых дивизий ЗОВО не умели организовать поддержку огнем пехотной атаки, располагая пулеметы в боевых порядках пехоты и заставляя их то и дело менять позиции, но командиры пулеметных взводов 110-го стрелкового полка 37-й стрелковой дивизии БВО (будущего ЗОВО) столь же неграмотно действовали на тактическом учении и в октябре 1936-го. Они тоже загнали свои «максимы» внутрь боевого порядка наступавшей роты – так что поддержать ее огнем пулеметы не смогли ни перед атакой, ни в ходе атаки. А в 1935-м командиры пульвзводов и пульрот оставляли пехоту без поддержки огнем даже на знаменитых, «образцово-показательных» Киевских маневрах! Правда, там они совершали другую ошибку – опаздывали с выдвижением пулеметов вперед в ходе пехотной атаки, – но результат был тот же…

К концу 1940-го командиры стрелковых отделений не умели сохранять интервалы между бойцами в цепи, но в передовом (!) БВО они не умели делать этого и в 1936-м (когда даже на «образцово-показательных» Белорусских маневрах командиры наступавших отделений «не в состоянии были удержать» бойцов «в разумных рамках организованного боевого порядка для атаки» и из отделений получались «толпы»101).

К концу 1940-го «большинство» командиров пехотных подразделений не умело организовать управление огнем «в различных видах боя», но, согласно докладу начальника 2-го отдела Генштаба РККА А.И. Седякина от 1 декабря 1935 г. «Об итогах боевой подготовки РККА за 1935 учебный год…», командиры подразделений не умели управлять огнем и в 35-м. «Не отработано управление огнем во взводе, стрелковой роте», – подтвердил, выступая 8 декабря 1935 г. на Военном совете, А.И. Егоров;102 о том же свидетельствуют и результаты проверок весной и осенью 35-го войск двух самых передовых военных округов (УВО/КВО и БВО) и единственный сохранившийся отчет стрелковой дивизии ОКДВА (34-й) за 1935 г.

Как мы видели в главе 1, в трех самых крупных военных округах командиры пехотных подразделений почти повсеместно не умели управлять огнем и в 36-м. В том, что у комсостава пехоты КВО «нет еще достаточно прочных навыков в сознательном управлении огнем», не решились тогда не признаться даже такие очковтиратели, как составители годового отчета этого округа от 4 октября 1936 г.!103

Даже и в последние перед началом чистки РККА месяцы неумение командиров пехотных подразделений управлять огнем было налицо и в обоих стрелковых полках БВО (111-м и 156-м), тактическая выучка комсостава которых в первой половине 1937-го освещается источниками, и (см. главу 6) в огромной и местами уже ведущей бои с японцами ОКДВА…

Осенью 1940-го командиры танковых взводов «нетвердо» управляли своими подразделениями, но, согласно приказу наркома обороны № 00105 от 3 ноября 1936 г., «вопросы управления и связи» «внутри» танкового взвода «оставались недоработанными» и в 1936-м104.

Ну, а штабы? Из директивы наркома № 503138/оп от 25 января 1941 г. явствует, что армейские управления тогда были подготовлены слабо, но точно так же обстояло дело и в 35-м. «Армейские управления военного времени [в мирное их тогда не содержали. – А.С.], – указывалось в директивном письме К.Е. Ворошилова от 28 декабря 1935 г., – по своей подготовленности находятся на низком уровне…»105

Приказ наркома обороны № 0306 от 6 ноября 1940 г. (подтвержденный в этой части и директивой наркома № 503138/оп от 25 января 1941 г.) констатировал «слабую» выучку войсковых штабов в целом, но о том, что войсковые штабы «все еще слабы», что «кадры штабных командиров слабы по своей подготовке», замнаркома обороны М.Н. Тухачевский писал К.Е. Ворошилову и за полтора года доначала чистки армии, 1 декабря 1935 г.!106 Поскольку далее директива наркома обороны № 22500сс от 10 ноября 1936 г. констатировала, что «органы управления еще не научились правильно организовывать управление в подвижных фазах операции», поддерживать связь с войсками и налаживать взаимодействие внутри штаба107, постольку выучка войсковых штабов РККА была слаба и в 36-м… По крайней мере, в огромной ОКДВА, как отмечалось в приказе В.К. Блюхера об итогах зимнего периода обучения 1936/37 учебного года, «в обстановке значительного насыщения войск техническими средствами» (т. е. в обстановке, характерной для современного боя) «штабы со своей задачей справлялись плохо» еще и в последние перед началом массовых репрессий месяцы…108

Осенью 1940-го выучка штабов стрелковых корпусов и дивизий была «слабой», но во всех дивизиях и корпусах передовых (!) УВО/КВО и БВО, по которым сохранилась соответствующая информация (27-й, 44-й и 51-й стрелковых дивизиях и 6-м, 8-м и 15-м стрелковых корпусах), эта выучка, как мы видели в главе 1, была слаба еще и в 35-м, когда эти штабы плохо владели техникой штабной службы и/или плохо справлялись с управлением войсками. Про штакор-15 – единственный, от которого сохранились протоколы партсобраний, этих откровенных разговоров о положении дел, его начальник 22 декабря 1935 г. заявлял, что «с таким штабом воевать нельзя»…109 Слабой была в том году и выучка штабов дивизий еще одной важнейшей группировки РККА – ОКДВА. Ведь годовой отчет этой армии от 21 октября 1935 г. и тот признал, что «в горно-лесистой местности» (на которой дальневосточникам и предстояло воевать) штабы ее дивизий с управлением «не справляются»…110

Из доклада М.Н. Тухачевского от 7 октября 1936 г. «О боевой подготовке РККА» следует, что именно по вине штабов управление стрелковыми соединениями находилось «на неудовлетворительном уровне» и в 36-м111. То, что их дивизии в бою управляются «несколько слабее», чем «неплохо» (т. е. плоховато) указали даже всячески стремившиеся замазать недостатки составители годового отчета КВО от 4 октября 1936 г.!112

Осенью 1940-го штабы танковых соединений и частей были подготовлены «слабо» и «не слажены», но если бы в 1935–1936 гг. было иначе, подчеркнули бы составители приказа наркома обороны № 00105 от 3 ноября 1936 г., что «вопросы управления и связи как внутри танкового батальона [т. е. танковой части. – А.С.]», «так и внутри мехсоединения» весь год «оставались недоработанными»?113 В самом деле, на сентябрьских маневрах 1936-го в МВО «очень слабой во всех частях» была работа штабов и 5-го механизированного корпуса и обоих танковых соединений последнего (13-й и 14-й механизированных бригад)114. «Подготовка штабов мехчастей и особенно танковых б[атальо]нов стрелковых дивизий в большинстве неудовлетворительная», – прямо сознался перед Москвой в своем годовом отчете от 30 сентября 1936 г. штаб ОКДВА (предшественницы ДВФ, где осенью 1940-го было то же самое)115.