Верность Отчизне. Ищущий боя - Иван Кожедуб

— Группу приказано возглавить вам. На подготовку дано два часа. Воздушная обстановка там сложная, и срочно потребовалось усиление, — сказал полковник.

— Наконец-то настоящая работа будет! — не выдержал я.

Чупиков смотрит на меня с понимающей улыбкой.

— Ну, кого с собой возьмете?

— Павел Федорович, — говорю я, — разрешите мне полететь с третьей эскадрильей комэска Баклана, в паре с Титаренко. Я к ним как-то больше присмотрелся.

— Согласен, — ответил Павел Федорович. И добавил: — Вам предстоит сложный перелет: сразу вступите в бой. Хорошенько разберитесь в обстановке. Не подкачайте… С вами пойдет самолет «ЛИ-2» с техниками. А чтобы веселее было, можете взять с собой Зорьку.

— Очень хорошо, — отвечаю я, — после вылетов у ребят будет веселый отдых.

Собираю летчиков. И пока техники готовят машины, наносим на карту маршрут перелета в 14-ю воздушную армию. Знакомимся с метеорологической обстановкой на маршруте, подробно изучаем районы предстоящих действий.

Из сводок нам было известно об обстановке, сложившейся в Прибалтике. Противник там упорно сопротивлялся. К тому же успешному продвижению наших наземных войск мешали озера, болота, леса, действиям авиации — вражеские охотники.

Майор Филиппов просил командира части разрешить ему полететь с нами, но Чупиков отказал наотрез:

— Вам, товарищ майор, надо пройти школу боев в менее напряженной обстановке. Не до стажировки там будет. Да и ваша командировка истекает.

Очень просился в нашу группу и Давид Хаит. Но места в самолете не оказалось. Давид не отходил от меня. Чувствую, он очень взволнован, хочет что-то сказать.

— Что случилось, Давид? — спрашиваю я.

— Разрешите обратиться, товарищ капитан? Вы будете участвовать в освобождении моих родных мест, Риги. — У него от волнения сорвался голос, и он побледнел. — Вспомните моих стариков. А я все время буду думать о вас. Накажите фашистов, товарищ капитан!

— Постараемся, — отвечал я.

Все готово к вылету. Прощаемся с товарищами. Замполит нас напутствует:

— Бейте врага по-гвардейски!

НА УСИЛЕНИИ

Приземляемся на фронтовой аэродром восточнее Валга, на границе Эстонии и Латвии, в разгар боевого дня. Почти все «ЯКи» на задании. Но, как водится, все, кто оставался на аэродроме — и летчики и техники, — сбежались нас встречать. Первым, кого я увидел, был капитан Зимин. У него на груди два ордена Красного Знамени. Я ему очень обрадовался — знал его давно: он был инструктором нашего училища, когда я еще был курсантом.

— Вот и воевать вместе пришлось! — сказал он мне, крепко обнимая.

Летчики рассказали, что на этом участке Третьего Прибалтийского фронта, на Рижском направлении, идут сильные бои и на земле, и в воздухе. Они вылетали на прикрытие наших войск в район Даксты, вели бои над переправами через реку Седа.

— Прибыли вы кстати, — говорили они. — Противник бросил на наш участок сильную, хорошо подготовленную группу воздушных охотников. Это матерые волки, и они нам очень мешают. В район прикрытия парами прилетают: сначала одна, за ней — другая, третья. Атакуют внезапно со стороны солнца, стараются сковать боем нашу группу. А нам в бой вступать нельзя: того и гляди бомбардировщики нагрянут.

В это время приземлился наш «ЛИ-2», зарулил на стоянку. А немного погодя под дружный смех летчиков вокруг самолета уже кубарем катался, приветствуя землю, наш взъерошенный, ошалевший от перелета медвежонок.

…Прибыл офицер, который отвез меня на автомашине на КП воздушной армии. Меня дружески встретил командующий 14-й воздушной армией генерал-лейтенант авиации Петр Иванович Журавлев:

— Рад вам. Как долетели? Все здоровы?

— Все в порядке, товарищ генерал.

Командующий продолжал:

— Задачу вы, вероятно, получили на месте?

— Да, получили в общих чертах: нас прислали на усиление.

— Так вот, ваша задача — вести борьбу с немецкими воздушными охотниками. Ознакомьтесь с наземной и особенно воздушной обстановкой. Изучите тактику немцев. Завтра с утра начинайте полеты для ознакомления с районом боевых действий. А может быть, и сразу драться придется.

Пожелав всей нашей группе успехов, командующий вызвал начальника разведки, который подробно ознакомил меня с воздушной и наземной обстановкой, с тактикой фашистских асов и авиации в целом в полосе действий воздушной армии.

В тот день мы тщательно, подробно знакомились с районом боевых действий, а на следующий с утра начали искать противника. Первый вылет был безуспешен. В паре с Титаренко я пересек линию фронта. Мы зашли «на солнце». Под нами тонкий слой облаков. Пробиваем его. Ищем фашистские самолеты. Ходим на разных высотах, курсах, залетаем в район немецкого аэродрома. Он хорошо замаскирован. Попытка прощупать огнем вызвала ответный огонь зенитной артиллерии. Приблизились к району наших переправ. Зенитки и тут открыли огонь. Раз стреляют — значит, противник наготове.

Пробыли мы над территорией, оккупированной немцами, почти час и вернулись «пустыми». Но вылет даром не пропал: изучили район, запомнили характерные ориентиры.

В тот день все летчики группы вылетали безуспешно и докладывали о сильном зенитном обстреле. На этом участке противник всеми силами старался удержаться на оборонительных рубежах, подготовленных заранее.

Мы стали вылетать на охоту по нескольку раз в день. На большой высоте пересекали линию фронта. Через дымку видны были разрывы на земле.

Мы усиленно искали воздушного противника. Бывали и над Ригой. Летая над ней, я всегда вспоминал Давида.

Как-то днем Титаренко и я парой на большой высоте направлялись к переправам. Вдруг в наушниках раздался голос Зимина — ведущего восьмерки «ЯКов». На группу над переправой напало три пары фашистских охотников — «фокке-вульфы». На высоте 3500 метров идет бой. Быстрее на выручку!

На предельной скорости приближаемся к району боя. У восьмерки «ЯКов» — преимущество в количестве, а у фашистов — в высоте. Враг старается оттянуть наших летчиков от переправ, нанести им поражение.

С ходу сверху со стороны солнца атакую ведущего верхней пары охотников. Титаренко стремительно атакует ведомого. Молниеносная атака нашей пары, очевидно, ошеломила гитлеровских асов. С ходу сбить не удалось, но противник сразу покинул поле боя. Основная задача выполнена: отогнали охотников. И «ЯКи» нанесли удар по бомбардировщикам.

Как-то Титаренко прихворнул. И я взял в напарники молодого способного летчика Шарапова: он прекрасно держался в паре.

Мы над территорией, занятой противником южнее озера Буртниеки. Восемь «фокке-вульфов» с бомбами направляются к переправам через реку Седа, в районе Даксты. Больше самолетов не видно. Захожу в хвост вражеской группы. Немцы держатся самоуверенно и, словно не замечая нас, спокойно продолжают полет.