Охотники за нацистами - Эндрю Нагорски

* * *

Власти США придерживаются того же мнения, о чем свидетельствуют их действия в отношении Демьянюка и других нацистских преступников. 23 июля 2014 года судья Окружного суда Восточной Пенсильвании Тимоти Райс постановил экстрадировать в ФРГ восьмидесятидевятилетнего филадельфийского пенсионера Йоханна Брайера, в недалеком прошлом мастера-инструментальщика, а в далеком – охранника Освенцима.

Требование об экстрадиции Германия мотивировала так же, как и в случае с Демьянюком: Брайер служил в отряде СС «Мертвая голова»,[780] то есть «был членом организации, которая занималась целенаправленным уничтожением людей, отдавая и выполняя соответствующие приказы». Факта службы в Освенциме Брайер не отрицал, но при этом уверял, что в убийствах не участвовал.

Комментируя свое решение, судья не ограничился сухой юридической терминологией. «Как отмечает германская сторона, тот, кто работал в охране лагеря смерти в 1944 году (в пору расцвета нацистского террора), не мог не знать о сотнях тысяч людей, которых жестоко убивали в газовых камерах и тут же сжигали. Он не мог не видеть нескончаемого парада товарных поездов, набитых мужчинами, женщинами и детьми, которые просто исчезали в считаные часы. Он не мог не слышать криков и не улавливать запахов смерти, которые витали в воздухе. Следовательно, говоря о своей непричастности к этому ужасу, Брайер обманывает себя и других», – написал Райс, добавив, что «никакой закон об исковой давности не должен избавлять убийцу от возмездия».[781]

В день объявления решения об экстрадиции обвиняемый скончался. Это был не первый случай, когда человек, подозреваемый в причастности к военным преступлениям, умер прежде, чем его успели депортировать из США к месту проведения судебного процесса. Разбирательства зачастую оказывались сложными, если начинались вообще. Те, кто годами боролся с бывшими нацистами, восприняли решение об экстрадиции Брайера как победу, однако известие о его смерти отравило ее. Казалось, была упущена еще одна возможность – не столько покарать преступника, сколько преподать обществу урок исторической справедливости, показать, что человек всегда несет ответственность за свои поступки, какие бы приказы он ни получал.

Смерть Брайера также заставила задуматься о том, почему дело против него было заведено так поздно и многого ли удалось достичь в отношении преследования ему подобных. Илай Розенбаум, директор Управления специальных расследований при Министерстве юстиции США, сообщает, что с 1978 года, года своего создания, по 2015-й эта организация выиграла 108 дел против бывших нацистов. 86 человек были лишены гражданства, а депортированы, экстрадированы или иначе выдворены из страны – 67.[782]

Бывший член конгресса Элизабет Гольцман, которой Бюро специальных расследований обязано своим появлением, считает, что это достойный результат, особенно с учетом того, как трудно разбираться в событиях, произошедших несколько десятилетий назад. «Я очень горжусь теми, кто проделал такую работу, – говорит она. – Мы сумели поставить дело профессионально и получаем доказательный материал со всего мира. Сотрудники бюро преодолели все трудности. В этот период ни одна другая страна не смогла добиться большего, чем добились мы».[783]

Илай Розенбаум, вернувшийся в Бюро специальных расследований в 1988 году, а в 1995-м возглавивший эту организацию, согласен с такой оценкой. Он признает, что во время холодной войны власти США преследовали бывших нацистов не слишком активно, а порой даже использовали их в борьбе против Советского Союза. Однако даже в сороковые и пятидесятые годы Соединенные Штаты собирали информацию о военных преступниках и старались препятствовать их проникновению на территорию страны.

Что же касается отдельных фактов сотрудничества со слугами рейха, для которых делалось исключение из правил, то это явление, по мнению Розенбаума, следует рассматривать в контексте эпохи, когда противостояние сверхдержав казалось борьбой не на жизнь, а на смерть. «Спецслужбы постоянно задействуют плохих людей», – отмечает он.

Правы ли те, кто говорит, что деятельность, которую Бюро специальных расследований развернуло в отношении бывших нацистов (таких, как лагерные охранники, выданные Германии в последние годы), принесла лишь скромные запоздалые плоды? В каком-то смысле да. И все-таки эта организация продемонстрировала мировой общественности, что Соединенные Штаты Америки больше не намерены игнорировать вину тех нацистских преступников, которые дожили до наших дней и могут быть обнаружены, лишены гражданства и выдворены из страны.

В 2010 году в результате слияния Бюро специальных расследований с Отделом внутренней безопасности при Министерстве юстиции США появился новый орган – Отдел по защите прав человека и специальным расследованиям, однако Розенбаум и его коллеги продолжают заниматься делами последних нацистов.

Как отмечает Гольцман, их усилия «показательны в историческом отношении, поскольку дают понять, что Соединенные Штаты не желают предоставлять убежище участникам преступлений против человечества». Это «сигнал для молодого поколения», демонстрирующий, как нужно относиться к геноциду и как преследовать военных преступников. Гольцман также надеется, что проделанная работа позволит предотвратить новые массовые убийства, хотя события в Камбодже и Руанде,[784] увы, не оправдывают подобных надежд.

* * *

Эфраим Зурофф, директор израильского филиала Центра Симона Визенталя, объяснил мне во время нашей встречи в Иерусалиме: «Существует естественная напряженность между силовыми структурами и прочими правительственными организациями, с одной стороны, и людьми, не облеченными властью, такими как мы, с другой. Наша сила основывается на поддержке общественности. Источник этой силы – не избирательные урны, а скорее чековые книжки [спонсоров]».[785]