Последний триумф Вермахта. Харьковский "котел" - Константин Быков

19 мая — Опять с рассвета преследуем врага. Заняли село и взяли добычу: молоко, яйца, кур, свиней. Замечательно! Очистили село и дальше. Взято 100 пленных. Пришли перебежчики с пропусками. Налет новых американских самолетов.

20 мая — Наше задание выполнено. Кольцо замкнуто, частично мы его уже сжали. Взято 1000 пленных.

22 мая — Идем вдоль и поперек России, ломая всякое сопротивление. В 12 часов наступали на сильные отборные войска. Бой продолжался до 10 часов вечера — это был самый страшный наш бой. Мы понесли тяжелые потери. Наши собственные самолеты бомбили нас. Все это так страшно, что я себе никогда не представлял ничего подобного.

23 мая — Мы три раза меняли позиции, так как слишком слабы.

24 мая — Кольцо замкнуто. Русским некуда деться. С 7 до 16 отбивали атаки. Я уже было потерял всякую надежду, так как русские имели десятикратное превосходство.

25 мая — Атаки русских следуют волна за волной с 11 до 19 часов, но наша артиллерия делает свое дело и самолеты тоже. Помоги нам бог! Долго мы при всем желании не сможем продолжать так. Русские в 50 метрах от нас. Не хватает боеприпасов. Или русские сейчас прорвутся или сдадутся. Окружение скоро увенчается успехом, взято 1000 пленных.

26 мая — Бог помог нам: русские не предприняли атак. С 7 до 12 бомбардировали 200 русских самолетов. В час наша авиация. Всюду убитые. Добыча за добычей. Здесь три армии в окружении. Мы двумя ротами против одной армии удерживали высоту… Если бы русские атаковали — они уничтожили бы нас. Все мы уже попрощались с жизнью — вокруг перекличка: рота выполнила свою задачу и может идти в село. Покушали и даже легли спать, но: „Рота, приготовиться в сторожевое охранение“. Когда наш взвод проходил через лес, на расстоянии 100 метров с криками „Ура“ вырвались русские. Наш огонь отразил атаку.

30 мая — После обеда собралась вся рота, и командир рассказал о задачах и успехах окружения: 240 000 пленных, 500 самолетов, 2000 орудий, 1500 танков.

10 июня — Подъем в час и в 2 часа выезд. Враг отброшен, преследуем его. Быстро продвигаемся на север. В первый день наша рота имела 14 жертв…»[519]

Верно: Потапов[520]

ЦА ФСБ РФ, ф. 40, оп. 22, д. 77, л. 50–54 (копия).

Из дневника унтер-офицера 297-й артполка 297-й пехотной дивизии

ДОНЕСЕНИЕ ОО НКВД СТФ В УОО НКВД СССР С ПЕРЕВОДОМ ДНЕВНИКА УНТЕР-ОФИЦЕРА ВЕРМАХТА А. ХЕЙМЕССЕРА

14 ноября 1942 г.

Зам. наркома внутренних дел Союза ССР

комиссару государственной безопасности 3-го ранга

тов. Абакумову

Направляю копию сокращенного перевода с немецкого дневника унтер-офицера 297-го артполка 297-й германской пехотной дивизии Алоиза Хеймессера.

Дневник охватывает главным образом период августовских боев на южных подступах к Сталинграду и показывает тяжелые потери немецко-фашистских войск под Сталинградом.

Приложение: упомянутое.

Селивановский

Выдержки из дневника унтер-офицера 297-го АП Алоиза Хеймессера.

«14 мая 1942 года: В половине второго я стоял у окна своей квартиры и видел, как большое число жителей Чугуева отправлялись на работу в Германию. Они очень печальны, все плачут.

25 мая: Уже в 3 часа утра большое движение на стороне противника. В 4 часа перебежчик сообщает, что через час должно начаться наступление двух русских полков при поддержке 30–50 танков. Мы расстраиваем их подготовку своей стрельбой, и у русских ничего не получается…»[521]

Верно: Потапов

ЦА ФСБ РФ, ф. 40, оп. 22, д. 11, л. 6– 65 (копия).

Бойцы 57-й армии накануне Харьковской операции

СПЕЦСООБЩЕНИЕ

«О ПОЛИТИКО-МОРАЛЬНОМ СОСТОЯНИИ БОЙЦОВ 57-Й АРМИИ ЮФ ПО МАТЕРИАЛАМ ВОЕННОЙ ЦЕНЗУРЫ»

[Не позднее 30] апреля 1942 г.

Начальнику управления особых отделов НКВД СССР

комиссару госбезопасности 3-го ранга

тов. Абакумову

За отчетный период времени отделением военной цензуры ОО НКВД 57-й армии проведена следующая работа:

1. Прошло документов 130084

2. Обработано исходящих из ДКА 123875

3. Прошло на языках народов СССР необработанных 6209

4. Переведено с татарского языка 30

5. Направлено меморандумов в ОО НКВД для оперативного использования 55

6. Направлено документов в территориальные органы НКВД для принятия мер 7

7. Конфисковано 246

из них:

а) немецких почтовых открыток с воззванием Гитлера 86

б) неофициальных сообщений о смерти военнослужащих 98

в) немецких видовых фотокарточек с текстом на немецком языке 26

г) немецких топографических карт, на которых написан текст письма, 12

д) писем с нецензурными выражениями 2

е) прочих писем 22

Примечание: к прочим относятся следующие письма:

а) письма, написанные на портретах вождей партии и правительства

б) с затертыми адресами получателей

в) нет написанного самим адресатом текста письма

г) письма, написанные бойцами на немецкой бумаге с изображением немецкой авиации.

Конфискованные документы в количестве 246 шт. уничтожены путем сожжения.

Из всех просмотренных писем военной цензурой установлено 9286 документов положительного характера.

Наряду с этим выявлены и отрицательные высказывания военнослужащими в письмах к родным и знакомым, а также сведения, не подлежащие оглашению, — 7023. В этих письмах бойцы пишут о местонахождении части, подробно указывая село, район, область, жалобы на плохое питание (331 случай), на вшивость (12 случаев), сведения о потерях и др.

Приводим несколько выдержек из писем бойцов и командиров, проявляющих здоровые, патриотические настроения, выражающих готовность продолжать разгром фашистских захватчиков.

Боец Звягин Н.М. (341 сд) пишет своим родителям в г. Астрахань: «Помогайте нам — фронтовикам у себя в тылу, а мы будем бить их гадов, грабителей проклятых до последней капли крови. Папа, я вступил в комсомол и думаю если умереть, то быть партийным человеком».