Сестра ночи - Мара Вульф

– Борись, – неустанно шептала Эме Калебу. – Ты обязан бороться.

А потом его изумрудную чешуйчатую броню неожиданно испещрили черные прожилки. Они образовывали странный узор.

– Merde, merde, merde[5], – воскликнула Маэль. – Они отравили стрелы загрязненным самарием. Свиньи. Противоядие! Принесите мне противоядие. Он станет пожирателем магии.

Эйден, видимо, стоявший у нее за спиной, развернулся и буквально полетел к нашему дому. Я бросилась за ним, удивляясь, как хорошо держалась на ногах.

– Нужно растворить его в воде! – прокричала я ему, распахивая кухонные шкафчики и рывками выдвигая ящики. Где-то здесь Маэль оставляла небольшие порции. Вокруг меня роились ду́хи. Я не могла его найти. У меня тряслись пальцы, перед глазами постоянно все расплывалось. Эйден налил воды в миску. А затем рядом со мной возникла бабушка и указала на один из ящиков, которые я еще не открывала. Я дернула за него и обнаружила там флакон с порошком.

– Спасибо, – выпалила я. Она лишь кивнула, и я побежала обратно в сад.

Нэа, Тирза и Тарон уже стояли возле Калеба. Они перевоплотились. Одежду ребят покрывали кровь и грязь, но они, похоже, не пострадали. На кончиках их волос еще горел огонь келпи. Эш подошел к Тарону и положил руку ему на плечо. Его пламя погасло. Однако страх и ярость с его лица никуда не делись.

– Извлеките столько стрел, сколько сможете, – скомандовала Маэль. – Боль будет адская, но сейчас это не важно. Сейчас у него совсем другие проблемы.

Они вчетвером молча взялись за дело. Калеб стонал – снова и снова, – но не двигался.

Эйден протянул Маэль миску, а я отдала ей порошок.

– Moturus. – В воде образовались маленькие водовороты, когда сестра опрокинула бутылочку и растворила порошок. – Приподними ему голову, – велела она Эме. – Он должен выпить как можно больше.

Узор на его теле стал еще темнее. Чернота поглощала душу Калеба. Вдруг он зарычал и распахнул глаза, в которых тоже появились темные водовороты. Слишком поздно. Если он превратился в пожирателя магии, Эме придется его убить, как я убила Эзру. Я обязана избавить ее от подобной судьбы.

– Калеб, – твердым голосом позвала Эме. Было видно, как она старалась подавить в себе отчаяние. – Сейчас ты это выпьешь. Слышишь? – Водовороты на миг померкли, только чтобы затем снова вернуться еще чернее. Опять рык, однако Эме не отстранилась ни на сантиметр. Эйден встал в боевую стойку, а его рыцари шагнули ближе. Если Калеб нападет на кого-то из нас, то умрет на месте.

Объединив силы, мы с Эме подняли Калебу голову. Половина лекарства пролилась мимо, но, когда он начал глотать, Маэль сделала еле слышный вдох.

Невероятно, как быстро проявлялся эффект. Тьма схлынула и вновь уступила место ослепительно-зеленому цвету его чешуи. Все стрелы были удалены, и тем не менее он не превращался обратно и не шевелился, двигались только веки. Слишком поздно. Мрак исчез из его глаз, однако теперь их наполняла бездонная печаль. Он умирал и знал это. Кровь лилась и лилась, и даже целительная магия Маэль ничего не могла изменить.

– Эме. – Эш встал на колени рядом с ней. – Ты должна его отпустить. Богини позаботятся о его душе. Он слишком сильно ранен.

Она всхлипнула и замотала головой:

– Не могу. Он не может умереть.

Невыносимо видеть Эме такой. Смерть не была для нас незнакомкой. Но потеря Калеба подвела ее к краю. Эти двое предназначены друг для друга и заслуживали большего. Разлучать их сейчас жестоко.

Слезы струились у меня по щекам, соль жгла глаза и порезы на лице. Никогда бы не подумала, что все закончится вот так… Я старалась не думать об Аарванде. И о том, что с ним сделает Регулюс, когда они доберутся до Морады.

Калеб моргнул из последних сил. В глазах его отражались любовь и тоска.

«Я готов. Иди к своим сестрам, – велел он ей. – Все будет хорошо».

Ужасно, что он позволял нам слышать то, что он ей говорил, поскольку это слишком ясно давало понять, что здесь сейчас происходило. Последнее прощание.

«Ты будешь в безопасности, дорогая. Камень у вас. – Лишь на миг взгляд Калеба скользнул по мне, и я кивнула. Его облегчение было безграничным. – Воспользуйтесь им, и Регулюс больше никогда не сможет тебе навредить», – совсем глухо прозвучал его голос в моей голове.

Нэа всхлипнула и вцепилась в Тарона. Тирза с окаменевшим лицом стояла возле них двоих.

– Мы о ней позаботимся, – пообещал Калебу Эйден.

– Ему нужно в воду, – зашептала Нэа, силясь взять себя в руки. – Ему нужно на Керис. Только там он сможет начать переход. Ему нужно домой. Его душа будет блуждать без цели. И может быть… – В этих трех последних словах таилась крупица надежды.

Взгляд Маэль скользнул к маленькому ручейку. Я вспомнила, как там появлялся Аарванд, как растворялся в воде Калеб. Вода. Ему нужна вода. Она – часть его. Но он чересчур слаб, чтобы добраться до нее самостоятельно.

– Отойди в сторону, – сказала я Эме.

Покачнувшись и без возражений, сестра встала. Эш поддержал ее. Кровь Калеба покрывала ее с головы до ног. Эме убрала волосы с лица.

– Ты не умрешь, слышишь? Я хочу, чтобы ты выжил там. Прошу тебя, постарайся.

Раздался какой-то звук, чем-то похожий на смех, потому что она внезапно начала им командовать и немного напоминала при этом Маэль.

«Я люблю тебя. Никогда об этом не забывай. Куда бы ни ушла моя душа. Она всегда будет принадлежать тебе».

Эме громко всхлипнула, она вот-вот полностью утратит самообладание. А потом положила руку на мягкие чешуйки у него на челюсти и поцеловала драконью морду.

– Я тоже тебя люблю. – Она закрыла глаза и, видимо, мысленно сказала что-то, что предназначалось только ему. Из уголка глаза Калеба по изумрудной чешуйчатой коже покатилась слеза.

«Позаботься о ней, Мышонок. Теперь это твоя задача. Ей будет сложно. Меня нелегко заменить».

Этот парень неисправим. Даже на пороге смерти. Эйден встал рядом со мной, в то время как все остальные шагнули назад. В саду повеяло холодом, и над иссохшей травой затанцевал серебристо-белый воздух, когда я вскинула руки. Из глубин земли в мое тело снова потекла магия. Ветер проходил сквозь меня, мелкие капельки воды покрыли кожу, и руны на руках начали гореть. Все четыре стихии давали мне силы, чтобы осуществить задуманное. Я окажу Калебу последнюю услугу. На земле вспыхнули маленькие язычки огня, когда моя магия связалась с магией Эйдена и драконье тело Калеба поднялось вверх. Магические способности Эйдена и моя ведьмовская сила сплели чары из воздуха. Стихия подчинялась нашим просьбам. От напряжения у меня дрожали пальцы. Сбоку от меня встал Эш, укрепляя колдовство; за ним подошли все остальные одаренные, чтобы проводить Калеба в последнее путешествие. А потом он медленно полетел по направлению к ручью.