Драконовы поцелуи, или фиктивная пара для некроманта - Мария Вельская

присутствующих командора с этим согласятся, — подмигнул мне отец. Два командора. Отец и муж. Отец. Надо же...Лорд Ардантэ резко посерьезнел. — Меня не было с тобой очень долго, огонечек. Но мы наверстаем. А пока — ты моя дочь и наследница, и... Вот. Это тебе... Честно признаться, не очень разбираюсь в подарках юным леди. Это я выбирал сам, без помощи твоей матери, — дёрнул нервно ворот мундира Огненный лорд. Муж над ухом затаился. Ревновал к подаркам? — Не успел жениться, как у меня пытаются своровать внимание жены! Слушай, Кей, может ты себе новую дочку заведешь? Или своей жене подарки делать будешь? А о своей паре я сам позабочусь, — коготь поглаживал спину, вызывая довольные мурашки. Я чувствовала, что Тир шутит — и едва успела скрыть улыбку. Огромная корзина на полу подозрительно дернулась. Пока отец на нее не указал — даже не замечала! И что это? Что там у нас? — Яууу! Тяу-тиу-мфряууу! — Оглушительно заканючили. Я осторожно сделала шаг. Другой. Приподняла крышку. И пропала. На меня смотрело маленькое кожистое и совершенно лысое существо с трогательным выражением потомственного страдальца на мордочке. Оно немного походило на лысую кошку... С клювом вместо носа, прозрачными крыльями бабочки и острым гребнем вдоль позвоночника. Оно восседало на чем-то черном, печально пытаясь опробовать на крепость какую-то серебряную цепочку, и... — Вот пакость! Отдал живо! — Рыкнул отец, отнимая игрушку у ребенка. Ребенок попытался покусать его за палец... И так и повис на нем, болтая лапками — ладонь отточившего реакцию отца была покрыты плотной чешуёй. Так мой питомец получил имя — и двух драконов, которым обожал делать пакости. Но это было потом... — Это мне? — Неверяще уточнила. Подарки на этом не закончились. Книга. Огромный иллюстрированный альбом. Для "внутреннего" пользования семействам аристократов, облегченным доверием императора. Генеалогия. Краткие справки по каждому роду, структура внутренних и внешних органов управления империи, характеристика на всех значимых личностей, важные культурные места и их магические особенности, этикет, традиции...То, что жизненно необходимо не просто леди — наследнице. — Это от меня, — вкрадчиво сообщил супруг, — отец твой больше по мохнатым комкам... Вернее, лысым. У отца и Пакости сделались почти одинаково вредные выражения морд... лиц. — Правильно. Образованная супруга приносит в дом счастье, переполох, маленькую катастрофу и приятное разнообразие семейной жизни благодаря знакомству со сводом законов, — улыбнулась я уже открыто. Альбом из рук выпускать не хотелось, но меня ждал ещё один подарок. Кольцо. Перстень. Возможно, немного массивный для леди. Он загадочно поблескивал матовой поверхностью алого камня и манил неизвестными рунами и узорами. — Это... родовой перстень. Я сам носил его, когда был наследником, — голос лорда Ардантэ прозвучал глухо. Я ощутила волну поддержки, лёгкого сожаления и спокойствия — от Тиарграта. Муж сделал шаг назад — и замер у подоконника. — Мнеу изменяуют. Яу за порог — а ониу уже какую-то тваурь притащили! — Возмущались в углу. Возмущенный Виконт не забывал придерживать лапой лысенький "камень раскола". Откуда только появился, хранитель! Я это уловила — и отложила. Напоследок. Сейчас же замерла, почти не дыша. Происходило нечто очень важное. То, чему я в своей жизни раньше никогда не смогла бы дать названия. Я думала, что знаю свою судьбу. Думала, что кроме матери никому не нужна. Теперь я поверила. Пламя волос, так похожих на мои, переливалось на солнце. Весь Кейаргант Ардантэ сиял, как древний бог. Лицо дракона было маской того, кто не привык проявлять свои чувства. Раскрывать душу. А вот в глазах — свет. Тепло. Надежда. Не знаю, кто водится в озере твоих глаз, отец... Но сейчас мы вместе. Я протянула руку. — Понимаю, что ты входишь в род Тиарграта. Но у нас дозволено женщине быть наследницей. Особенно — сильному магу. Я всему тебя научу. И не стану заставлять. Захочешь... Потом снимешь перстень. В конце концов, я сам только возглавил род. Вот как! И Тиарграт, значит, тоже. Добился своего император... — Будет желание — передашь титул наследника своим детям. Или твоим, папа. Мама ещё молода. Но душа дрожала и пела. И снова верила. И только заледенела от волнения, пока горячие сильные пальцы отца надевали кольцо на мой тонкий палец. Оно поболталось мгновение — и сжалось, село точно влитое, осветило нас мрачно-прекрасным сиянием.

— Я горжусь тобой, девочка моя, — в глазах дракона — лукавых, чуть раскосых, блеснуло... Слезы? В глаз попало. Бриллианты — они и драконам в глаз бывает попадают. Коварные камни! — И я горжусь тобой, жена. Горжусь и люблю, пара моя, бесценная...Шепот Тиарграта обжёг щеку. Кажется, мне тоже... бриллианты в глаз попали, не иначе! Но это были самые важные, самые правильные слова, которые я мечтала услышать. А потом Тир на миг уступил — и лорд Ардантэ обнял меня — сначала невесомо, едва касаясь. Снова — как драгоценную статуэтку. И уже крепче, уверенней. Он уткнулся носом в мою макушку, и я видела, как подрагивают плечи отца. Разумеется, драконы не плачут. Это была просто всеобъемлющая радость. Тиарграт отвернулся, но не ушел. Позволил другу проявить слабость, но смущать не стал. И только когда мы расцепились — а я отложила, спрятала в узелок сердца это мгновение — нам царственно кивнули на дверь. Оказывается, суматоха с утра была неспроста! Во избежании любых двойных толкований и даже тени недовольства нам надлежало сегодня же явиться в Орден, где меня должны будут принять в младшие подмастерья. У каждого некроманта должно быть свое место в этом мире. Так будет спокойнее... Самим некромантам. А через неделю будет бал...По случаю представления свету меня и матери. Никаких заговорщиков! Власть Владыки, как и его воля, нерушимы. — Да я саум от вас уйдууу! Меняу, на эту тощую пипеткуу! Мелочь, да тыу не умеуешь даже на лапаух стоять, а пытаешься мне в пузо вцепиться? Я тебе не мамкау! — Завопили из-под стола. Но почему-то позволили Пакости и вцепиться в теплое мохнатое пузо Виконта, и даже повиснуть на нем на манер южных поссумов. Всё-таки жизнь удивительна и прекрасна. И я готова принять все, что она мне преподнесет, пока рядом те, кто мне дорог. Пока пламя моего дракона согревает наш путь...Я обернулась у порога — хотела задержаться, побыть несколько минут наедине с мужем. Привыкнуть к мысли, что мы теперь — навсегда, что это счастье не рассыплется, не испарится. И поймала обрывок мысли, которая явно не была мне предназначена — Надо было сразу сказать про эту девочку, Эйвери, — это отец. Нить разговора окрашена огнями. — А надо ли? Именно сейчас?.. Не знаю...