Луна костяной волшебницы - Кэтрин Парди

Она приободряюще улыбается мне.

– И ты тоже.

А потом вырывается из моих объятий, лишая тепла своего тела. И меня окутывает чувство, будто кто-то вырвал половину моей души.

Аилесса вступает на мост и уверенно шагает до середины, после чего достает костяную флейту из кармана платья. Закрыв на мгновение глаза, она расправляет плечи и подносит флейту ко рту.

После этого в последний раз смотрит на меня, подмигивает и начинает играть.

По пещере разносится громкая мелодия. Но она совсем не походит на ту, с помощью которой она заманила меня на мост. Хотя и такая же навязчивая.

Я невольно сжимаю и разжимаю руки, пока обвожу взглядом пространство, ожидая каких-либо признаков приближения мертвецов.

– Может, ты будешь кричать «Скованный» или «Освобожденный», когда души начнут появляться? – предлагаю я.

Ее взгляд устремляется ко мне, и она кивает, а через мгновение мелодия замирает на высокой ноте, а затем стихает, прежде чем оборваться. Аилесса прячет флейту в карман и смотрит в другую сторону моста.

– И все? – спрашиваю я. – Разве ты не должна играть, пока они не появятся?

Она качает головой.

– Переправа отличается от обряда посвящения. И мелодия обладает большей силой, да и мертвые чувствуют ее более остро. Так что где бы они ни находились, вскоре придут сюда.

Я прикусываю губу и смотрю на огромную стену.

– А как же Врата?

Может, сейчас в камне появится новый туннель или часть стены вовсе исчезнет. Но ничего подобного не происходит.

Вот только прежде, чем Аилесса успевает ответить, из ямы вздымается порыв ветра. Я невольно отступаю назад. В воздухе проносятся пылинки. Они собираются вместе и образуют арочную дверь на дальней стороне моста.

Аилесса смеется, а затем одаривает меня улыбкой. Я изо всех сил пытаюсь улыбнуться в ответ. Пылинки, из которых образовалась дверь, черные, а не белые, как известняк. Так что мне трудно хоть как-то объяснить себе, откуда они взялись. И как они могут парить и кружиться на одном месте. Все это противоречит логике. Не думаю, что даже Марсель смог бы это объяснить.

– Что это за Врата? – спрашиваю я.

– Раз они видимые, значит, это Врата в Подземный мир Тируса, – с восторгом отвечает Аилесса. – Только у сухопутного моста они обычно появляются из воды.

Я обдумываю ее слова и цепляюсь за слово «видимые».

– А вторые невидимые?

– Почти. – Она приподнимается на цыпочки и указывает чуть вправо от врат из пылинок. – Видишь серебристое мерцание в воздухе?

Я всматриваюсь в дальнюю часть моста и замечаю легкую дымку, похожую на пятно на стекле.

– Да.

– Это Врата Элары, а мерцание над ними – винтовая лестница в Рай. – Она улыбается еще шире. – Рай, Бастьен, – повторяет она, будто я ее не расслышал.

– Ох.

Это все, что мне удается выдавить в ответ. Потому что в голове с трудом укладывается происходящее.

Мой взгляд устремляется к высокому каменному потолку, я старательно пытаюсь разглядеть лестницу, но вместо этого замечаю кое-что странное, что могу видеть: полосу сухой глины, которая пересекает потолок в самом центре. Но что самое интересное, она полностью совпадает по форме, размеру и расположению с мостом душ. В нескольких местах глина осыпалась и в дырах виднеются плотные ряды деревянных досок и выглядывающие между ними корни.

Я хмурюсь. Растения не растут в шахтах и катакомбах. А значит, прямо над нами находится поверхность земли – трава, небо, свежий воздух. Кто-то специально закрыл естественный проем в потолке.

Аилесса сжимает в руках мешочек с костями благодати, висящий на шее, и качает головой.

– Не могу поверить, что я здесь. Что я действительно вижу эти Врата своими глазами. Они еще прекраснее, чем я себе представляла те, что стоят на сухопутном мосту.

Я не знаю, что ей на это ответить. Мне они не кажутся прекрасными. Ведь мой отец должен был пройти сквозь Врата, подобные этим.

Она напрягается и резко втягивает воздух.

– Ты слышишь?

Я тут же выхватываю нож.

– Где они?

– Нет, это не мертвые. – Она улыбается. – Еще одна песня сирены. Она доносится из-за ворот.

Я подхожу чуть ближе к яме.

– Я ничего не слышу.

Она медленно моргает, погружаясь в музыку, которая не долетает до меня.

– Более тягучая мелодия доносится из подземного мира, а более возвышенные ноты звучат из Рая. Они невероятно разные, но при этом прекрасно дополняют друг друга. Одна мрачная, а вторая дарит надежду.

Она медленно покачивается на мосту, словно под гипнозом.

– Уверен, что это потрясающе, – прочистив горло, говорю я. – Но тебе нужно подготовиться. Скованные души могут влететь сюда в любой момент.

– Души не летают, – рассеянно отвечает она. – Это выдумки.

– И все-таки…

Ее взгляд скользит мимо меня, а тело мгновенно напрягается.

– Скованный! – кричит она. – Слева от тебя!

Я взмахиваю ножом, но явно промахиваюсь.

– Он на мосту! – Она расставляет ноги, чтобы принять стойку. – Не подходи!

Аилесса обрушивает на Скованного быстрые разнообразные удары, пока я борюсь с неистовым желанием помочь ей. Увернувшись от невидимой мне атаки, она пригибается, а затем перекатывается к краю моста. И от того, насколько она сосредоточенна, а ее движения выверены, меня охватывает спокойствие.

Проклятие, она так прекрасна, когда сражается.

– Твое время в этом мире вышло, – говорит она Скованному.

А затем резко разворачивается и ударяет кулаком в его тело. Продолжая наносить удары, Аилесса подталкивает душу к дальнему краю моста. А затем наносит последний удар ногой, и черные пылинки рассыпаются на мгновение, а затем вновь принимают очертание арочной двери.

Она поворачивается ко мне, с удивлением подняв брови.

– У меня получилось.

– Молодец, – с ухмылкой отзываюсь я.

Аилесса потирает руку.

– С посохом мне пришлось бы проще. Ведь именно с ними Леуррессы переправляют души.

– Ты прекрасно справляешься и без него, – говорю я.

А потом замечаю, как тяжело она дышит, и капельки пота, что проступили у нее на лбу. Когда она сражалась со Скованным в камере шахты, то не уставала так быстро. Но тогда сквозь купол проникал лунный и звездный свет.

– Еще! – Ее взгляд скользит по пещере. – И все Скованные. Один из штока и две из туннеля.

Туннеля? Я оборачиваюсь и быстро осматриваю стену, тянущуюся вдоль выступа. И тут же замечаю туннель, который расположен недалеко от штока. Сжав в руках рукоять ножа, я бросаюсь к нему, но меня сбивает с ног резкий удар в живот.