Всевидящее око - Игорь Масленков

– Ну, чего замолчали? – Глаза следопыта налились кровью. – Эй, вы, музыканты! Живо играйте! Всем плясать!

Вновь заиграла музыка. Менестрель запел пошлую песенку. Послышался женский смех. Алексею на глаза попалась розовощёкая грудастая девка, и он решил приударить за потаскушкой, а та особо и не противилась.

Устав от танцев, великий герцог вновь сел за стол, посадил трещалку к себе на колени, обнял за талию, стал поить вином и рассказывать земные анекдоты. Девица в тех историях ничего не смыслила, но смеялась без умолку. Следопыт расщедрился, достал из кошеля серебряную монету и как бы невзначай уронил девке между грудей. Барышня вновь расхохоталась. Вторая монета повторила судьбу первой.

Перед глазами всё поплыло. Парня потянуло целоваться. Нечаянная спутница не возражала, скорее наоборот, сама липла к великому герцогу, бесстыдно задирая подол и демонстративно закидывая ногу на ногу. Всё закончилось враз. Дама, хотя и готовилась к чему-то подобному, да только от неожиданности потеряла дар речи. Алексей встал, сбросил посуду на пол, схватил красотку за руку, резко приблизил к себе, повалил на стол, натянул юбку бабенке на голову и принялся мять соблазнительный зад. От вида этих прелестей следопыт пришёл в дикое возбуждение. Под одобрительные крики и смех толпы стал стягивать штаны…

Проснулся великий герцог утром следующего дня в чужой постели. Ни тягот похмелья, ни головной боли не почувствовал. Подвела только память. Он так и не смог вспомнить, чем кончилась интрижка с трактирной мессалиной.

Кайдлтхэ стояла в нескольких метрах от кровати. Девушка повернулась к Алексею спиной и смотрела в окно.

– Вчера ты напился как свинья, – холодно произнесла д'айдрэ не оборачиваясь.

– А чего, не имею права? – грубо ответил следопыт.

– Сцена на столе… Тебе не противно?

– Знаешь, мне надоели твои нравоучения. Ведешь себя, как… Подумаешь, Снежная королева. Вот и приходится пользоваться продажными девками. – В голосе копаря прозвучала плохо скрываемая злоба и обида.

Он хотел посильнее досадить Кайдлтхэ. Злости той поначалу сам испугался, но потом успокоился. В самом деле, он свободный человек. А серокожая ему не жена, не командир. И впрямь, сама виновата, корчит из себя недотрогу.

– Я видела на твоём указательном пальце перстень. – По щеке д'айдрэ скатилась слеза, но голос девушки не дрогнул. – Откуда он у тебя?

– Не твоё дело, – буркнул Алексей. – И вообще, довольно пустых разговоров. Прикажи подать завтрак.

– Я тебе не служанка. Сам приказывай.

– Ладно, хорс с тобой. – Следопыт нехотя встал, оделся и поплёлся на поиски хозяина.

Кайдлтхэ сделалась замкнутой, изменилась в лице, за завтраком всё время молчала. Её обворожительная таинственная полуулыбка сфинкса исчезла. Но Алексея это мало заботило. Его захватила совсем иная мысль. Выпадал редкий шанс навести порядок в Дэоруме, положить конец склокам и распрям, обустроить мир по собственному усмотрению. Но для этого нужна сила. Вместе с Северной звездой он обрёл лишь часть её. Да, перстень оказался подарком судьбы. Впрочем, он подозревал, не в судьбе дело. Наверняка столь необычный подарок придётся отработать. Пока он тешил себя мыслью, что цели неведомого дарителя совпадают с его собственными. Сейчас же следует позаботиться о другом. Ему как воздух необходима армия. Только где её взять? Наёмники у границы! Они плохие вояки, но жаждут войны и грабежа. Что ж, они получат и то и другое.

Алексей спешил. Он чувствовал приближение чего-то великого, значимого и страшного. Жажда деятельности охватила его без остатка. Энергия била через край, и он хотел поскорее найти ей применение. А Кайдлтхэ… пусть выбирает.

По городу поползли слухи один тревожнее другого. Поговаривали о начале войны. В истинности этих разговоров Алексей убедился довольно скоро. К полудню на дороге стали появляться небольшие отряды военных. Они шли на юг. Им навстречу двигались беженцы, поначалу незначительными кучками, а потом и толпами, кто пешком, кто на повозках с семьями, с домашним скарбом и скотом, поднимая облака пыли. Великий герцог улыбался. Его цель близка.

К утру следующего дня дорога опустела. Беженцы исчезли, словно и не было их вовсе. Следопыт посчитал это хорошей приметой. Если пропали гражданские, то где-то рядом военные. Спустя час он их увидел. Поредевшие отряды тамарвалдской армии после неудачной попытки остановить наёмников отступали к Редглейду. Сюда стягивались силы из пограничных крепостей, оказавшихся во вражеском тылу. На подступах к городу можно дать генеральное сражение. Армия вторжения, даже учитывая её многочисленность, имела малый шанс на успех. Приготовления Тамарвалда заставляли великого герцога спешить. Нельзя допустить разгрома наёмников. В противном случае он не выполнит задуманное, и придётся начинать всё с самого начала.

Алексей перешёл на галоп и быстро оставил позади отступающих тамарвалдцев. За ними показалось войско противника. Противника ли? По бескрайнему изумрудному лугу ползла, причудливо извиваясь, тонкая чёрная змея. Там и сям мелькали разноцветные флаги. Голову чудовища составляла колонна всадников, а хвост пылил сотнями повозок. Следопыт тяжело вздохнул. Эту толпу предстояло превратить в боеспособную армию. Но великий герцог уверовал в себя, ведь на его стороне Северная звезда!

На двух одиноких всадников поначалу никто не обратил внимания, но, увидев знакомые фигуры, Ридигайд, командир конницы, взмахнул рукой, дал команду остановиться. Он узнал путников и захотел задать им несколько вопросов.

– Ридигайд! – выкрикнул Алексей и остановился в нескольких десятках шагов от головы колонны.

– Старый знакомец, – осклабился воин. – Потолковать надобно. Твоя баба прирезала двоих. За такую самодеятельность её по законам военного времени следует повесить, пусть она и трижды д'айдрэ. А ты дезертир и также достоин наказания.

– Попридержи язык, олух. Перед тобой новый командующий. Если поведёшь себя разумно, станешь начальником моей личной гвардии.

– Ты? Командующий? Небось мухоморов объелся? Мной командует лорд Альфранг, а не какой-то безродный выскочка! Эй, взять его!

Несколько конников поспешило выполнить приказ, но лошади не слушались всадников, встали на дыбы и едва не сбросили седоков. Глаза Алексея налились кровью, Северная звезда жгла палец раскалённым железом. Великий герцог закусил губу и едва не вскрикнул. И в тот миг, когда боль достигла апогея, один из кавалеристов не удержался в седле, грохнулся наземь и свернул себе шею.

– Что за ерунда? – Ридигайд сплюнул от досады и грязно выругался. – Зови командующего, – бросил старый вояка адъютанту.

Тот побледнел и, не желая испытывать терпение начальства, в секунду исчез.

Войско в недоумении загудело. Какого хорса остановились? Что стряслось, что за возня там, впереди? Великий герцог зло улыбался. Он свысока взирал на солдат, видел в них податливую глину, из которой предстояло вылепить нечто подвижное, покорное и беспощадное.