Сны инкуба - Лорел Гамильтон

Черноволосая, запинаясь от волнения, сказала:

— Потрясающие там твои портреты.

Она поглядывала на него украдкой, будто боялась посмотретьпрямо. Одна из блондинок взяла у неё самый настоящий блокнот для автографов,потому что она — цитата: «Слишком стесняется, чтобы попросить самой». Конеццитаты.

Шатенка в этом празднике визгов участия не приняла. Онапосмотрела на меня взглядом совсем не дружелюбным.

— Это кто? — спросила она.

Я стояла на верхней ступеньке у двери, свободно опустив рукивдоль тела, стараясь выглядеть как телохранитель, но короткая юбка в сочетаниис сапогами на каблуках не слишком этому способствовали.

— Охрана, — ответил Натэниел, улыбаясь иподписывая черноволосой автограф.

— Не помню я здесь таких, — сказала шатенка.

— Я новенькая.

Шатенка вроде бы мне не поверила — скрестила руки поднебольшой тугой грудью и посмотрела на меня сурово. Я мило улыбнулась в ответ.

Она помрачнела, между бровями легли морщины. Мне этопонравилось.

Натэниел бросил на меня короткий взгляд, весьма красноречивоговоривший: «Веди себя хорошо». Я и вела себя хорошо — стояла и улыбалась, немешала блондинкам хватать его за локти, за спину, но когда одна из нихпотрепала его по заднице, этого мне хватило.

Я отвалилась от стены и сказала:

— Леди, Брэндону надо зайти и подготовиться квыступлению.

Я сумела не перестать улыбаться, даже когда одна изблондинок забросила руки ему на шею и поцеловала в щеку. Вторая вцепилась сдругой стороны и поцеловала в другую щеку.

Тут я схватила его за руку и отвела так, чтобы открытьдверь. Две светловолосые продолжали за него цепляться. Чёрная краснела, ашатенка все ещё мрачно дулась. Я держала улыбку, хотя это, скорее, была ужегримаса.

— Бетт-Энн, Пэтти, если вы меня не отпустите, я несмогу выйти на сцену, — сказал Натэниел.

— Оставайся здесь с нами, и мы тебе это простим, —ответила одна из них.

Я глянула себе за спину и увидела мужчину в чёрной рубашке.Это был Базз, вампир, который обычно стоит у этой двери. Чёрные волосы у негобыли подстрижены обычным ёжиком, из-под них блестели светлые глазки, а мышц унего куда больше, чем может понадобиться мертвецу. На рубашке было написано«ЗАПРЕТНЫЙ ПЛОД», а ниже помельче «СЕКЬЮРИТИ». Вообще я от Базза не в восторге,но сегодня обрадовалась, его увидев. Прибыла подмога.

Я бы могла расчистить лестницу, если бы можно былодействовать жёстко, но вести себя приветливо и в то же время твёрдо — это внемоих возможностей. Я просто этому никогда не обучалась.

Базз нацепил на лицо улыбку раньше, чем женщины у меня заспиной успели его рассмотреть. Он был мёртвым недавно, лет двадцать, а потомудля мертвеца выглядел очень живо. Его многие не отличили бы в толпе. Большинствосчитает, что вампиры постепенно приобретают способность выдавать себя за людей,но мой опыт говорит обратное. Чем старше, тем он меньше человек, просто лучшевладеет ментальной манипуляцией, и люди не замечают.

— Леди, а вам здесь быть не полагается, —жизнерадостно и приветливо произнёс Базз.

Он протиснулся мимо меня — мускулы вздувались так, что,казалось, нам не разминуться, да и на площадке вдвоём не поместиться.

Шатенка спросила:

— А она на самом деле из охраны?

— Если она так говорит, значит, так и есть, —ответил он тем же тоном доброго знакомого, жизнерадостно извлекая Натэниела изгруппы дам. Он сумел превратить это в игру, и дамы липли к его мускулистомутелу, будто говоря, что уж если не Натэниел, то любой мужик подойдёт. Конечно,Базза блондинки тоже знали, судя по шуточкам.

Брюнетка чуть отступила вниз по лестнице, слегка расширивглаза. Она в эту игру играть не хотела, отчего моё мнение о ней повысилось.

Я втащила Натэниела в открытую дверь под убийственнымвзглядом шатенки. Она слишком лично все воспринимала, и меня это нервировало.Мы с Натэниелом оказались в безопасности помещения, но мне не хотелосьзакрывать дверь и бросать Базза на произвол судьбы. Он же помог нам. Какие тамправила насчёт секьюрити? Их тоже надо защищать, или только танцоров ипосетителей? Если охранника порезать, разве не идёт у него кровь? Так что язастыла в нерешительности, и дверь закрыл Натэниел.

— Базз справится, он умеет с ними разговаривать.

— Ты мои мысли читаешь?

Он улыбнулся:

— Нет, я просто тебя знаю. Он нам помог, и тычувствуешь себя обязанной.

Я подавила желание потупиться и смущённо поковырять полноском сапога. Терпеть не могу, когда меня кто-нибудь насквозь видит. Неужто ятак прозрачна? Видимо, да. Лучше сменим тему.

— А откуда они знали, что «Брэндон» сегодня будетвыступать?

— Когда мы заменяем ведущих актёров, рассылаемизвещение по электронке по списку. Есть список конкретно по Брэндону.

Я посмотрела на него:

— То есть эти женщины все бросили, поменяли все своипланы, потому что узнали о сегодняшнем выступлении Брэндона?

Он пожал плечами и дал себе труд слегка смутиться.

— Некоторые — да.

Я покачала головой и снова сменила тему, потому что опятьрастерялась.

— А кто должен был не пускать фэнов к этой двери?

Указанная дверь открылась. Базз шутил и смеялся, пока дверьне закрылась за ним, потом он прислонился к ней с усталым видом.

— Примо.

Я не сразу поняла, что он ответил на мой вопрос. А яспрашивала, когда дверь была закрытой.

— Ты слышал, что я спросила?

Базз кивнул, потом осклабился, показав клыки — приметавампира-новичка.

— Разве ты не знаешь, что я слышу сквозь двери?

— Слышишь — да, но я думала, ты был там слишком занятэтими дамами.

Он посмотрел мимо меня на Натэниела:

— Ты как?

— Нормально.

Базз отодвинулся от двери и встал, расправляягипертрофированые плечи, как птица оправляет перья.

— Поговорю с Примо, хотя толку в этом мало будет.

— Почему это — мало толку? — спросила я.

Он перевёл взгляд на меня.

— Примо — стар, стар по-настоящему. Он хочет быть вчисле вампиров Жан-Клода, при этом поглядывает на место номер два или хотя быномер три. И его злит, что приходится быть охранником в стрип-клубе. И ещёбольше злит, что его прямой начальник — младенец вроде меня. — Базз былвстревожен. — Он старой школы, и думает, что если будет меня доставать, яего вызову. Только я этого типа вызывать не буду. Он меня убьёт.