Принц Зазеркалья - А. Г. Говард

Я шевелюсь и стискиваю зубы. Единственный способ побороть мучительную боль и сделать так, чтобы сердце не рвалось дальше, – это оставаться неподвижной, как замерзший лес вокруг.

Морфей перестает ждать. Он сам стягивает с меня сапог, закатывает лосины, проводит пальцами по татуировке, над которой столько раз смеялся, и соединяет наши родимые пятна. Между нами проскакивает искра, и в моих жилах словно вспыхивает огонь. Магия исцеляет его шею и мои руки, но до сердца не доходит.

Охваченный блаженным приливом тепла, Морфей смотрит на меня. Я совсем измучена. И он понимает, в чем дело.

– Цветочек мой… – хриплым от отчаяния голосом произносит он. – Почему ты не сказала мне?

Я закрываю глаза.

– Прости…

Вместо голоса у меня вырывается хрип.

– Нет, – рычит он. – Ты пыталась сказать. Там, в горном убежище. И в замке Черной Королевы. Но я был слишком занят, черт возьми, чтобы слушать.

Хватит угрызений совести. Он должен думать о нашем общем доме.

– Найди способ… – я проглатываю кровь и слюну. – Спаси Страну Чудес.

Морфей поднимает меня на руки и ласково укачивает.

– Именно это я и собираюсь сделать.

Я дрожу, хотя его тепло струится сквозь одежду.

Сквозь полузакрытые глаза я вижу синюю молнию, которая срывается с пальцев Морфея и устремляется к ветвям у нас над головой. Морфей тянет за нее, как за веревку, и раздвигает крону. Его крылья хлопают, вздымая снежные вихри. Мы покидаем лес и взмываем в небо. Спящие пейзажи Страны Чудес проплывают под нами, белые и блестящие, далеко-далеко внизу. Мои глаза заволакивает тьма.

Что-то вздрагивает во мне, напоминая, что я еще жива. А потом я опускаю веки и погружаюсь в темноту, которая манит меня.

Я просыпаюсь от звона колокольчиков, тонкого и мелодичного. Вокруг суетятся феи. Мои дреды исчезли: волосы лежат на подушке блестящими белоснежными волнами. Феи наносят последние штрихи макияжа и укрепляют усыпанные драгоценными камнями заколки – аккуратно и сноровисто, действуя как автоматы. Они оставляют за собой запах духов и пудры.

Одна фея проносится рядом с моим носом и щекочет кончик. Она так похожа на Никки, что я удивленно распахиваю глаза – а потом чихаю, и крошечные феечки разлетаются, как семена одуванчика. Они сердито щебечут.

Я протираю глаза, сажусь и смотрю вокруг.

Подо мной – огромная кровать с пуховыми одеялами, белыми и мягкими, как сугробы. Феи забирают с пола корзинки – по четыре феи на каждую ручку – и вылетают в полуоткрытую дверь.

Я моргаю. Я никогда здесь не была, но узнаю это место по рисункам, которые видела на чистых листах в маминой книжке «Приключения Алисы в Стране Чудес». Это замок Королевы Слоновой Кости. Комната изысканно украшена: стеклянные стены покрыты снежными узорами, чтобы меня не было видно с другой стороны, а в хрустальных подсвечниках нет ни свечей, ни фитильков. Серебристое пламя висит в воздухе, как светлячок.

Перед камином, где потрескивает серебряный огонь, стоит прозрачная кушетка. Каким-то образом этот огонь испускает тепло и свет, не растапливая ледяные стены. Мама и папа крепко спят на белых подушках – она у него на груди, ноги у обоих сплетены. Красивое папино лицо небрито, носом он уткнулся в длинные розоватые волосы мамы. Пряди слегка подергиваются, оживляемые магией. Мамины прозрачные крылья сложены за спиной, как у отдыхающей бабочки.

Они так прекрасно смотрятся вместе – белый рыцарь и его фея-невеста, наконец-то в объятиях друг друга. Хотя они многое пережили, прежде чем оказаться здесь, их любовь никогда не слабела. Они заслуживают счастья больше, чем кто-либо.

Мое сердце наполняется радостью, и я готовлюсь к тому, что за этим последует раздирающая боль. Но мне отвечает лишь тихая дрожь. Как будто о грудную клетку изнутри стукнулась стрекоза, хрупкая и веселая. Я делаю глубокий вздох и чувствую себя сильнее и спокойнее, чем когда-либо с тех самых пор, как началось мое путешествие. А может быть, впервые за всю жизнь.

Что-то шевелится у меня в голове. Червонная Королева по-прежнему там – она свернулась клубочком и плачет, слабея с каждой секундой. Это лишь вопрос времени, когда она покинет мое тело и увянет, превратившись в ничто.

Только я удерживаю Королеву внутри – и могу отпустить, когда буду готова. Ее заклятие снято с моего сердца.

Но как?

Я смотрю на старомодную ночнушку, в которую меня нарядили. Она сшита из легкой белой ткани и кружев – прозрачных, как стекло. На спине сделаны прорези для крыльев. Кружевное серебристое боди, надетое под низ, добавляет капельку скромности.

Под корсажем мерцает дымчатый фиолетовый свет. Он исходит откуда-то изнутри… из-под кожи, из груди.

У меня что-то подскакивает в животе. В последний раз, когда я видела такую магию, она принадлежала Джебу – и получилась из сочетания сил Червонной Королевы и Морфея.

Чьи-то щелкающие шаги заставляют меня поднять взгляд. Из-за прозрачной двери появляется лысая голова. Розовые влажные глаза блестят на фоне белой кожи, которая свисает складками, как у щенка шарпея.

– Поздно. Королева Алисса, поздно я пришел.

Я оправляю ночнушку и улыбаюсь.

– Кроллик! Я боялась, что ты тоже замерз.

– Приглашены мы были в ледяной замок. Прежде чем Королева призвала зиму.

Вот что я видела в том сне про маму. Королева Слоновой Кости перенесла ее, Гренадину и моего советника, Белла Кроллика, сюда, где им не грозят долдрамы.

Маленькая фигурка Кроллика неподвижно маячит в коридоре.

– Пожалуйста, войди, – прошу я.

Он прыгает через порог. Его губы, покрытые пеной, выпячиваются от усердия: он балансирует рубиновой короной на подушке, которую держит в руках. Костяное тело стучит под красным фраком от каждого движения. Кроллик смотрит на моих спящих родителей и переходит со скачков на неловкие шаги. Несмотря на жутковатый и простодушный вид, у Кроллика хорошая интуиция. Вот почему из него получился такой шикарный королевский советник. Как большинство подземцев, Кроллик амбициозен – а когда нужно, замкнут и непонятен. В прошлом году он с успехом внушил мне, что он мой враг, хотя с самого начала хотел, чтобы я взошла на трон.

Он одет так же, как в первый раз, когда мы познакомились, но сегодня фрак у него из алой ткани с узорами. На нем черные бархатные пуговицы и меховой воротник в тон.

Меня охватывает сочувствие, когда я вспоминаю изувеченное тело, скрытое под роскошной одеждой. Никогда не забуду, как Червонная Королева лишила беднягу и гордости, и кожи. Отчасти мне хочется рассказать Кроллику правду. Что Червонная Королева послужила причиной его уродства; что она спасла от кислоты его лицо лишь для того, чтобы сделать Кроллика своим верным слугой. Но какой смысл объяснять советнику, что он был чьей-то пешкой? Червонная Королева больше никому не угрожает. Даже грустно представить, какая она теперь бесполезная и беспомощная.