Немая и Туз - Милана Шторм

Этого духа слишком долго кормили кровью. Он почти освободился. Почти пожрал душу той, что приютила его.

– Крис… Крис, прости… – Голос Тины изменился до неузнаваемости. Стал тонким и хриплым одновременно. – Прости…

Крис подошел к сестре и притянул к себе. Рядом с ними трое духов пытались сдержать одного, но заклинатель будто не замечал этого. Он ласково провел рукой по щекам сестры, поправил ей волосы, а потом попытался разжать ее пальцы.

– Ты должна его впустить в себя, – ласково сказал он. – Впусти его. Внутри ему будет лучше.

– Я не хотела… не хотела его убивать… – рыдала Тина, изгибаясь в его руках. – Не хотела… но он все узнал… понял… я не любила его, Крис… но я не желала ему смерти…

– Я знаю, знаю, – проворковал Крис. – Я думаю, Эрик знал, что ты не испытываешь к нему ответных чувств. Знал. Но думал, что его любви хватит на двоих. Впусти своего духа обратно, Тина. Так надо.

Силь посмотрела на выход из переулка и с облегчением увидела, что Лейни выводит Нейтана. Его плащ был разорван, сюртук распахнут, а на рубашке блестела красным кровь. Но он был жив. В его правой руке был пистолет.

Более не в силах держаться, Силь осела на мостовую, прямо к ногам черного скелета с лопатой вместо головы.

Крис же продолжал гладить сестру по голове, уговаривая впустить Тинко обратно в себя.

– Ему лучше, когда он в тебе, – говорил он.

– Нет! – плачущим голосом ответила Тина, замотав головой. – Он не хочет.

– Разожми пальцы, родная. Это легко… Ради меня.

– Крис… прости меня, – опять зарыдала она.

Крис посмотрел за ее плечо. На Нейтана и Лейни, которые медленно приближались. А потом резко сдавил руку сестры, силой заставляя ее разжать щепоть. Зачем-то кивнул, когда встретился с взглядом Тинклера.

– Я люблю тебя, сестренка, слышишь? Люблю…

Пальцы Тины разжались.

Тинко исчез.

И в этот же миг Нейтан поднял пистолет и выстрелил.

Тина, коротко всхлипнув, дернулась и обмякла на руках брата. Ее пустые глаза стали окончательно безжизненными.

Крис прижал тело сестры к себе, упал на колени и разрыдался.

Душа Тины ушла на Ту Сторону. Вместе с духом, что почти ее пожрал.

* * *

Поставив на серебряный поднос кофейник, бокал с коньяком и кружку с горячим шоколадом, Сиэлла подхватила его и вышла из кухни в тот самый момент, когда туда ворвалась запыхавшаяся Лейни в теплом плаще, покрытом снегом.

– А, ты уже все сделала… – протянула экономка. – Как Нейт?

Силь вздохнула.

– Он в гостиной, – ворчливо произнесла она. – Я так и не смогла его убедить остаться в спальне, как велел ему доктор. Как Марианна?

– Жить будет… но та тварь сильно ее потрепала. Хорошо, что мы с Винтспиром вовремя прибыли, иначе… Нейт бы меня точно убил.

– Снимай плащ. Если хочешь – переоденься, – распорядилась Силь. – Мы будем ждать тебя в гостиной.

Нейтан полулежал на диванчике возле камина и смотрел на огонь. Одетый в свободные домашние брюки и халат, он был бледен, а из-под распахнутой полы виднелись белоснежные бинты.

Ему повезло больше, чем Марианне. Ту Тинко едва не разорвал.

Поставив поднос на столик, Силь повернулась к мужу и строго сказала:

– Виски не дам. Тебе нельзя. Ты кровью истекаешь.

Он слабо улыбнулся.

– Уже не истекаю. А выпить сейчас самое время.

– Тебе сейчас самое время поспать!

– Тебе тоже.

В гостиную зашла Лейни. Посмотрела на Тинклера и покачала головой.

– Она права. Ты выглядишь восставшим из могилы мертвецом.

Нейт немного приподнялся.

– На себя посмотри. А моя беременная жена и вовсе постеснялась прислугу будить и сделала все сама. – Он строго посмотрел на Силь.

Но та не собиралась сдаваться.

– Если тебе не спится, мы могли бы собраться в твоей спальне.

– В спальне я предпочитаю спать, – буркнул Нейт.

Лейни взяла с подноса бокал с коньяком и подошла к окну.

– Когда уже ночь закончится? – проворчала она. – Эта оказалась уж очень длинной.

Силь подала мужу чашку с кофе и взяла кружку с шоколадом. Устроившись рядом с Нейтаном, она сделала глоток и уставилась в недра камина.

– Как Крис? – спросила она о главном. О том, что не давало ей покоя.

Лейни вздохнула:

– Ему не позавидуешь. Напарника убила его собственная сестра, оказавшаяся тем самым кровавым маньяком, которого он искал. Затаскают по допросам. Я сказала Фессу, что он нам помог.

– Он и помог. Заставил ее вернуть духа в себя, чтобы я мог отправить обоих на Ту Сторону, – нахмурившись, ответил Нейтан. Он посмотрел на Силь. – Вечером мы очень торопились. А сейчас я хочу узнать, как ты поняла, что Туз – это Тина Винтспир. Расскажешь?

– А ты потом ляжешь в кровать?

Нейт улыбнулся.

– Договорились, – кивнул он.

Силь устроилась поудобнее, оглянулась на Лейни. Та продолжала стоять возле окна, потягивая коньяк.

– Знаешь, Нейтан, если бы не ты и… не смерть Элджа, я, наверное, никогда бы не поняла. А точнее, никогда бы не сделала нужное, – сумбурно начала Силь. Сообразив, что лицо мужа приобретает недоуменное выражение, попыталась выправиться: – Помнишь, ты сказал мне, что мой дар работает на достижение цели? Помнишь? Я… я хотела найти книгу, которая мне приснилась, и я ее нашла. Зайдя в твой кабинет и задвинув верхний ящик стола ровно с той силой, с которой надо.

– Предположим.

– Если бы мой дар проснулся раньше, если бы у меня был тот, кто объяснил, что происходит, я, наверное, нашла бы Тину раньше. Потому что, пожалуй, самой первой целью, которую я себе поставила, когда у меня уже был дар, но я еще не знала о нем, было найти Туза. И я его нашла. В следующую же ночь после того, как поставила эту цель. Я думала, что все это случайность. Но нет. Это была Старуха.

– Старуха? – Лейни повернулась и непонимающе посмотрела на Силь. – Какая еще старуха?

Нейт усмехнулся.

– Она так свою интуицию называет, – пояснил он, глядя на Сиэллу. – Ты думала, я не знал, что ты разговариваешь с собственным даром?

– Не думала. – Силь улыбнулась в ответ и продолжила: – Я пошла на место, где убили Элджа, и встретила Криса. И Эрика. А потом – Тину. В ту ночь я встретила двух Тузов, но лишь один из них был убийцей. Дар привел меня к цели. Но я этого не поняла. И начала совершать ошибки. А ведь еще в тот момент, когда Эрик вел меня в дом Винтспиров, я могла бы все понять. Ифрит был ослеплен любовью. Он любил Тину и не замечал очевидного: он, менталист, не мог читать мысли своей невесты. Возможно, он и не пытался.