Огромный черный корабль - Федор Березин

– Жаль, наш Профессор этого не увидел, – сказал кто-то.

Браст вспомнил, что они бросили труп на произвол судьбы не погребенным и поспешно пошел докапывать могилу.

Они оставались на этом месте несколько часов. Торжественно похоронили Сокса. Было что-то символичное в его захоронение рядом с этими памятниками неизвестно кому. Они нашли еще пятнадцать статуй, и верхушку какого-то здания, возможно, пирамиды. Может, памятников было больше, но Варкиройт запретил отходить слишком далеко, да и не просто это было продираться сквозь лианы и папоротники. Еще он приказал бас-майору Холту тщательно пометить на карте место, ведь сейчас они не могли сообщить о находке, по-прежнему находясь в режиме радиомолчания. Смогут ли они кому-то передать эти знания вообще когда-нибудь? Или о этих колоссах так и не узнает цивилизация? Это был вопрос вопросов.

Лумис долго спускался в подземный заводской цех. Его сопровождал человек присланный Хромосомом. Когда они сошли вниз, Лумис грубо оценил глубину: метров двадцать, не меньше. Да, Хромосом нашел неплохое местечко, чтобы отсидеться в тишине. Но Лумис обскакал его и на этот раз, только по более серьезному поводу, чем тогда, много месяцев назад в их первую встречу. Самое интересное, что это, можно сказать, ни к чему не привело – теперь оба они находились в одной пространственно-временной точке, только по разную сторону баррикады. Тогда, Лумис предал скользкое доверие Хромосома, теперь, сам командир «мангустов» изменил общему революционному делу: в моральном плане они были квиты, а вот в испытанной боли пока нет. Но Лумис спускался сюда не по личному поводу. Сутки тому, они взяли людей Хромосома в плотное кольцо осады, а три часа назад, после очередной попытки прорыва, «мангусты» уразумели до конца, что они могут лечь здесь костьми до последнего человека, но не покинуть собственную ловушку. На стороне Лумиса был перевес в людях, по его требованию Совет моментально выделял их в достаточном количестве, и хотя большинство из них в подметки не годились тренированным головорезам Хромосома, их было больше и они стояли в обороне – пока в обороне. Не смотря на давление Баллади, требовавшего штурма, Лумис выжидал, и всего через сутки его тактика принесла плоды: осажденные прислали парламентера.

Внизу, среди скопища машин и механизмов, Лумиса встретили четверо вооруженных людей: он сдал игломет, и его повели дальше. Лумис тщательно фиксировал в голове все окружающее. Да, если бы они начали штурм, еще не известно, кто бы вышел победителем, но жертвы среди необученного ополчения наверняка бы превысили стандартное для наступающих соотношение один к трем. Даже у скудных сил Хромосома имелось больше шансов, если бы им не мешал их тяжелый опасный груз, из-за которого и разгорелся сыр-бор. Лумис еще раз убедился, что не напрасно пошел на переговоры, сейчас он рисковал только собой, но это была святая обязанность командира. Они встретились в небольшом кабинете: история повторялась с редкостным однообразием.

– Мой милый друг Лумис, – сидя приветствовал его новоиспеченный атомный барон.

Лумис обратил внимание, как состарился Хромосом со дня их последней встречи, будто миновали множество циклов, а ведь не прошло и одного.

– Знаешь, – устало произнес Лумис, он не сильно разделял восторженность противника, – мне всегда этот мир казался довольно тесноватым, сегодня я вновь убедился в своих подозрениях. Вы решили капитулировать?

– Дорогой Лумис, я вижу, за то, не слишком большое время, пока мы были в разлуке, ты стал большим шутником, да еще успел закончить философский университет? Я всегда испытывал расположение к работоспособным людям.

– Да, Хромосом, жизнь давала мне хорошие, запоминающиеся уроки.

– Воистину приятно с тобой беседовать, хотя ранее мне всегда казалось, что любое обсуждение – это толкотня воды в ступе, сейчас я становлюсь в этом не очень убежденным. Давненько я не беседовал с интеллигентным человеком.

– Нет, Хромосом, просто ты давно не беседовал с равными себе в твоем понимании, а теперь обстоятельства вынудили к этому.

– Знаешь, Диностарио, не провоцируй меня. Сейчас повторяется копия той старой ситуации: ты без оружия и в моей власти. Я ведь могу разозлиться. Ты конечно благородный рыцарь, помнится тогда, когда давал деру, ты не прикончил моих людей, хотя мог это сделать. Но мной всегда руководило не только сердце, но и голый расчет, посему будь осторожен.

– Ладно, Хромосом, ты предложил переговоры? Я весь внимание.

– Лумис, ты и наши бывшие начальники хотят моей капитуляции, так? А у меня к тебе встречное и, представь себе, почти зеркальное предложение.

– Продолжай, я уже почти потрясен.

– Прежде, чем я тебе его выскажу, я прочту маленькую лекцию. Понимаешь, она сильно повысит твою восприимчивость и возможно сыграет свою положительную роль.

– Валяй, я искренне надеюсь, что она достаточно забавна и я не успею заснуть. Знаешь, я так вымотался, отыскивая твою берлогу.

– Договорились, я приступаю. Я понял, мой дорогой, что за последние дни ты сильно шагнул по служебной лестнице, я что-то не припомню, чтобы ранее ты присутствовал в заседаниях Большого Совета. По этой причине ты, видимо, здорово вырос в собственном воображении, но понимаешь в чем дело? На твоих глазах пелена, как и у большинства окружающих. Ты не политик, Лумис, ты не ведаешь грядущего и слабо ориентируешься в настоящем. Поэтому то, что я тебе поведаю, ты можешь счесть бредом или чем угодно еще, здесь я не властен. Знаешь, в чем вся суть? – Хромосом встал и начал ходить перед Лумисом, размахивая здоровой рукой. – Я вижу будущее! К сожалению, я лицезрю его не слишком далеко, но тем не менее... Понимаешь, мой дорогой карьерист, революция потерпела поражение. Нас не поддержали вооруженные силы, и не подсобил народ, мы блокированы в единственном на планете городе и окружены самой вооруженной сухопутной армией мира. Мы держимся только потому, что наши зубастые враги сводят счета-кредиты друг с другом, за счет нас, и в основном косвенным, а не прямым образом. Но дело не только в этом: похоже, во всем мире набирают ход центробежные процессы. Череда кризисов из количества вот-вот перейдет в качество. Поверь, близится конец этой цивилизации. Когда я понял это, я решил уйти в сторону. Я предаю вас в этом, теперь бессмысленном, сражении для того, чтобы выиграть в стратегии. Что собой представляет эта небольшая горсточка слабых бомб по сравнению с наличными у сверхдержав арсеналами? Твои лидеры уже начали доблестно растрачивать их в оборонительных боях, а мне они понадобятся в наступательных. Когда государственные склады опустеют эти маленькие бомбы будут представлять из себя великую силу нового объединения, хоть каких-то обломков Империи Эйрарбаков. Поверь, недалек ее финал. И вот, что важно, если у нас была тирания, то те мелкие клочки, которые останутся от нашей великой, так сказать, родины, запечатлеют нам такой набор тоталитарных систем, что запрещенные классики, вдохновившие нас с тобой на подвиги, перевернутся в гробу. А вы все уже будете отсутствовать на этой земле, или растратите силы до грядущих битв и некому будет напомнить новым тиранам, а они будут плодиться как кролики, о возмездии, которое может прийти к ним еще на этом свете.