Смерть леди Далгат. Исчезновение дочери Уинтера - Майкл Дж. Салливан

Зачем шериф это сделал?

Рассеянность вполне можно было объяснить усталостью Фокса, исцелившего Скарлетт Додж, а потом Ройса. Но данный вопрос был очень важным. Как и все собравшиеся перед королем, Ройс выжидающе посмотрел на лорда Фокса. Тот помедлил. Мгновение изучал свои ноги, затем опасливо покосился не на короля, а на епископа Парнелла. Выпрямился и, глядя Винсенту в глаза, произнес:

– Полагаю, за этим стоит церковь Нифрона.

Глаза епископа полезли на лоб, а мажордом ахнул и прижал ладонь к губам.

– Это серьезное обвинение, – заявил король, и Ройс заметил, что впервые его голос лишился оскорбительных ноток.

– Абсурд! – воскликнул Парнелл.

– У меня нет доказательств, ваше величество, – признал Фокс. – И все же я уверен, что не ошибся.

– Ваше величество, я… – начал Парнелл.

Король вскинул руку, и епископ замолчал. Не отрывая взгляда от Фокса, Винсент сказал:

– Объяснись.

– Я считаю, что церковь желает захватить власть над Мараноном. Недавно получивший титул граф Вудроу Брага из Суонвика – самопровозглашенный имперец, сменивший графа Пурима, страстного монархиста. Манзар всегда был оплотом церкви. И, полагаю, можно сказать, что мой отец пробудился духовно, поскольку он тоже изменил свои предпочтения и теперь склоняется к имперцам.

– Нет ничего недостойного в том, что люди высокого положения проявляют интерес к своей церкви! – крикнул Парнелл.

– Конечно, – согласился Фокс. – Но недостойно давить и угрожать аристократам, которые не желают объединиться с церковью против своего короля. По приезде сюда я несколько раз беседовал с леди Далгат. Она рассказала, что ее отец неоднократно получал угрозы от церкви. Бидль выстоял и не поддался запугиванию, но, очевидно, с леди Далгат они выбрали более действенную тактику. Ей сообщили, что если она не подчинится, ее уберут. Полагаю, останься Нокс в живых, выяснилось бы, что ему предложили в качестве веского аргумента место дворецкого. Как вы проницательно заметили, его назначил сам Бидль, и вряд ли преемник графа нашел бы более подходящего претендента на эту должность.

– И от кого, она сказала, исходили эти угрозы? – спросил король, покосившись на епископа, который пристально смотрел на Фокса, словно желал прожечь в нем дыру.

– Она не сообщила, – ответил Фокс, не обращая внимания на Парнелла. – Леди Далгат была воплощением осмотрительности, ваше величество. И не могла довериться мне, ведь мой отец – имперец. Я пытался объяснить, что разорвал с ним отношения, поскольку считаю, что он предал моего короля, но доказательством тому было только мое слово. Сами знаете, сейчас это не много стоит.

– Ясно. – Король не отрывал взгляда от Фокса, словно завороженный, будто увидел волшебный трюк и теперь пытался понять, в чем секрет.

– Это ложь! – взвизгнул епископ. Он покраснел, его лицо покрылось каплями пота.

– В любом случае, я лишь рассуждаю, – произнес Фокс спокойным, рассудительным тоном. – Как я уже говорил, у меня нет доказательств. Я никого ни в чем не обвиняю. Его величество велел мне объясниться, и я это сделал.

Епископ взмахнул руками, сжатыми в кулаки, лицо скривилось от гнева. Будто не замечая этого, король зачарованно смотрел на Фокса.

– А ведь церковь взяла тебя под свое крыло, когда ты потерпел финансовый крах, – сказал король.

– Верно.

– И ты отплатил нам черной неблагодарностью, проходимец! – крикнул Парнелл.

– Если церковь действительно поддерживала тебя деньгами, почему ты стоишь здесь и оговариваешь ее? – поинтересовался Винсент, игнорируя епископа.

– Я никому не принадлежу, ваше величество. Всем следовало это понять, когда я покинул отцовский дом. Я верен своему королю, и эту верность нельзя купить кровью или золотом.

– Однако это не помешало тебе брать деньги в долг, прикрываясь моим именем.

Фокс помедлил, и Ройс подумал, что его наконец загнали в угол, но потом осознал, что это всего лишь драматическая пауза.

– Этому нет оправданий, ваше величество. Этот проступок долго отягощал мне сердце и душу. Я признаю свои прегрешения и желаю их искупить, делом, а не словом.

Король усмехнулся:

– Ты произвел на меня впечатление, Кристофер. Не сомневаюсь, большая часть того, что я здесь услышал, – полная чушь, но… хорошо сработано. Вероятно, твое призвание – политика, а не скачки. – Винсент скрестил руки и оглядел собравшихся. – В присутствии столь многочисленных благонадежных свидетелей я не могу отбросить твое объяснение недавних событий. И это, разумеется, означает, что я в долгу перед тобой, Кристофер. Тебя ждет награда. Чего ты попросишь у своего короля?

На сей раз Фокс не медлил:

– Этим людям обещали плату за приезд сюда. – Он показал на Ройса и Адриана. – Поскольку они помогли спасти вам жизнь, рискнув собственной, я прошу вас выплатить им обещанную сумму. Я бы заплатил сам, но… – Фокс сделал вид, будто тянется к отсутствующему кошелю.

– Да, само собой, но чего ты просишь для себя?

– Для себя? Ничего, сир.

– Ничего?

– Не думаю, что человека следует вознаграждать за то, что он выполнил свой долг и защитил короля.

Король улыбнулся. Не саркастически, не насмешливо, а с искренним одобрением.

Он справился, подумал Ройс. Это произвело на него более сильное впечатление, чем если бы Фокс украл корону прямо с головы старика.

– Ты говорил, что хочешь оправдать себя делами? – произнес Винсент. – Очень хорошо. Судя по всему, у меня есть провинция без правителя.

– Ваше величество, нет! – воскликнул епископ Парнелл.

Король не обратил на него внимания.

– Кристофер Фокс, сын Оддсуорта, я назначаю тебя наместником Далгата, в каковом качестве ты прослужишь три года. Если по истечении этого времени зарекомендуешь себя достойным правителем этих земель, я дарую тебе графский титул. – Король посмотрел на своего писца, и тот кивнул. Потом Винсент повернулся к Ройсу и Адриану. – Итак, сколько я вам должен?

– Пятьдесят золотых тенентов, – ответил Ройс прежде, чем Адриан успел открыть рот.

– Пятьдесят? – ахнул епископ Парнелл.

– Столько нам пообещал шериф Нокс, – сказал епископу Ройс. – Будучи священнослужителем, вы вряд ли знакомы с расценками квалифицированных убийц-консультантов.

Парнелл прикусил губу.

– Вам заплатят, – кивнул король, – но я вынужден настаивать, чтобы вы двое покинули Маранон. Я не потерплю в своем королевстве воров и убийц, какую бы службу они мне ни сослужили.

Ройс хотел спросить, собирается ли Винсент заодно изгнать Парнелла, но сдержался. Их с Адрианом не повесят и заплатят вдвое больше оговоренной суммы. Совет Фокса помалкивать оказался дельным.