За женихом на Землю - Елена Белильщикова

— По — моему, вы только из духовки. — Сострил Алексей. Неудачно… Милена редко остановилась и развернулась к нему с такой скоростью, что длинные волосы мягко хлестнули его по щеке.

— Вам не надоело меня дразнить?

— Что вы, я только разогреваюсь… — И снова он брякнул что-то не то! И явно, что эту реплику девушка мимо ушей пропускать не захотела — она подчеркнуто внимательно оглядела его с головы до ног, задержавшись взглядом на… неприлично торчащем иссиня-черном клоке челки. Кажется, пора уволить парикмахера!

— Да вы что? — Господи… Неужели возможен этот невероятный сплав нежности и насмешки, сквозящий в голосе этой экзотичной красавицы в бесформенном наряде булки?! Алексею тут же захотелось подпрыгнуть, взвыть, отбежать на пару десятков километров, чтобы окунуться в Москве-реке, а потом бегом вернуться назад, вот только Милена не будет его ждать, конечно. Минимум, на что она способна — это умыкнуть его ключи от машины, и уехать на край света, подальше от него. Или до близлежащего столба. Все зависело от того, умеет ли она водить…

— Разогреваетесь, значит… — Она издевалась, повторяя его слова, умело модулируя голос так, что кровь бросилась ему в голову. — Тогда отвернитесь, не то совсем расплавитесь. — И с этими словами девушка начала стягивать свою униформу. Естественно, Лекс и не подумал отвернуться. У него хватило ума не расхохотаться, когда костюм не поддался. Алексей лишь молча наблюдал за тем, как гордость Милены сражалась с усталостью.

— А ты упорная… — С восхищением присвистнул он. Девушки хватило лишь на то, чтобы пропыхтеть:

— Я не заметила, когда мы успели перейти на «ты».

— В тот момент, когда ты согласилась принять мою помощь в стягивании с тебя булки! — Лекс молниеносно ринулся к ней и резко дернул вверх. Послышался треск ткани и полузадушенный писк:

— Я не согла…

***

— Э…у…ы-ы-ы. — Это было все, на что оказался способен Алексей, узрев наряд Милены, скрывавшийся под «булкой». Ну, что он еще мог сказать, когда костюм Евы просто отдыхал, по сравнению с…

— Знаете, я сейчас действительно жалею, что у меня нет револьвера. — Милена, усиленно поправляющая прическу, вздрогнула от неожиданности, услышав его мрачный голос.

— Зачем? — Изогнула она бровь. Лекс вздохнул. Потом еще раз. И еще.

— Чтобы убить твоего советчика. Ну, того самого, кто выбирал тебе гардероб. — Милена поперхнулась нервным смешком. Алексей в который раз удивился тому, что самые невинные фразы, повседневные мелочи выбивают ее из равновесия.

«Голову даю на отсечение, она что-то скрывает» — Пропел внутренний голос. И впервые Лекс не стал с ним спорить.

«Поосторожней ты головами разбрасывайся, она у меня всего одна!» — Для профилактики огрызнулся Лекс, но взял себе на заметку — разгадать ее секреты, все до одного…

— А… А в чем дело? — Осторожно поинтересовалась Мэллин, почти физически чувствуя, как садится в очередную лужу, причем о-очень глубокую. И ведь прорабатывали вместе с Максом вопрос одежды, причем очень хорошо изучали вопрос, так нет же… Снова вляпалась! А ведь Макс еще верещал: «ой, вот эта тряпочка модная, ее все девчонки Москвы носят», вот еще советчик нашелся, змеюка подколодная, у-у-у… Вон и Лекс смотрит на нее круглыми глазами, да и прохожие оглядываются… И это ныне называется: «слиться с толпой?!».

Алексей не мог справиться с собой, пожирая глазами одежду Милены, украденную, наверное, из закромов девушек, не отличающихся скромностью — ярко красное платье со вставками одежки, до неприличия обтягивающую стройное тело амазонки.

— Скажи, а у тебя есть здесь подруги, или друзья? А может родители? — Обрадованная смене темы, Мэллин печально покачала головой. Лекс громко хлопнул рукой по бедру, обтянутому фирменными джинсами:

— Значит, решено! Я беру над тобой шефство! Поедем со мной.

Деваться было некуда. Парень внушал ей доверие. И девушка согласилась…

***

Даже выгрузив из машины возле своего дома девушку в нелепой одежде, Лекс до конца не мог понять, зачем он заварил эту кашу. Ко всем его проблемам — еще и эта?! А вдруг девушка — наркоманка, воровка, или еще что-то похуже? Но внутренний голос на этот раз промолчал. А интуиции своей, Лекс доверял. И даже попытался посмотреть на ситуацию с другой стороны — все его проблемы сводились к одной. Глубокой, темной, затягивающей, как в омут, депрессии. Алексей до последнего не признавался себе в слабости — он привык считать себя несгибаемым, неуязвимым. Депрессия? Не с ним!

Вот только в один прекрасный день молодой человек осознал, что его волшебная, завороженная, заколдованная жизнь превратилась в бесконечный круговорот сделок и увеселений. Временами, от этого тошнило. И эти времена наступали все чаще… Он стал слишком много времени проводить во всевозможных тусовках, а в его собственной двух комнатной квартире в центре Москвы, которую он продал буквально пару дней назад, комнаты наполнялись малознакомыми людьми, а в ванной отключались странные женщины. Алексей решил разорвать этот круг, поэтому и приобрел большую, уютную четырехкомнатную квартиру на окраине города, отсекая разом все связи с «тусовщиками», которые, словно пиявки, присосались к нему, выпивая успех…

А может Милена — это подарок судьбы? Ведь именно сегодня утром он понял, что плохо переносит одиночество, и тут ему под ноги буквально свалилось Приключение с большой буквы. А что… Она развлекает его, и этого пока достаточно. Развлекает, интригует, притягивает… и Лекс еще не определился, нравится ли ему это — он всегда страшился эмоциональных зависимостей. Но этот случай был особенным…

Его спутница, снова усевшаяся в авто на переднее сидение, шарахалась от каждого звука. Кажется, ее нервы были на пределе, но Алексей уже устал от догадок, поэтому молча распахнул дверцу.

— Подожди меня здесь, — сказал Алексей и ушел. Но Милене скоро наскучило ожидание и она вылезла из машины, решив прогуляться в округе, чтобы изучить окрестности.

Через полчаса после ухода Алексея…

А вообще, Мэллин была готова признать полное поражение. Приход в чужой мир обернулся фиаско. В Робийре она была наследной принцессой. В Москве же тянула — как минимум на бомжика. А как максимум… об этом не хотелось и думать. Взять хотя бы сам момент «переброса» из мира в мир. Сначала она потеряла в портале чемоданчик с одеждой, охранными документами и прочим барахлом, которым ее нагрузили родители вместе с охранной службой. Потом ее выбросило у черта на куличках, а карту Москвы она забыла в чемоданчике, о котором теперь остались одни воспоминания. Правда, поначалу Мэллин столица понравилась — повсюду зелень, огромные цветы на клумбах — красные, желтые, синие… она даже помнила некоторые названия: пионы, анютины глазки…

Сейчас же, когда Милена вылезла из машины, она подошла к клумбе возле дома. Как зачарованная присела на корточки и с ностальгией погладила упругую зеленую траву, наклонившись, вдохнула аромат диковинных цветов.