Маг пространства - SHINE

завершён. Убито: 6 заражённых. Опыт: +190 XP.»

«Уровень повышен: 3 → 4.»

«Получено: +1 свободное очко характеристик.»

Артём выдохнул, привалившись к машине. Сердце колотилось.

Из аптеки показался Серёжа. Он бежал, сжимая рюкзак.

— Ты как? — спросил он, глядя на плечо Артёма.

— Нормально, — соврал Артём. — Царапина.

Серёжа кивнул.

— Я взял воду, бинты, обезболивающее. Хватит на пару дней. Давай уходить.

Они обошли парковку через задний двор, стараясь не шуметь. Вернулись в подъезд, поднялись на пятый этаж. Лена всё так же сидела у стены.

Серёжа сразу подошёл к ней. Напоил водой, наложил повязку на сломанную ногу. Лена тихо плакала.

Артём отошёл в сторону. Открыл интерфейс.

«Игрок: Соболев Артём.

Уровень: 4.

Класс: Маг Пространства.

Опыт: 230/400.

Здоровье (HP): 60/70.

Мана (MP): 3/28 (восстановление: 1 ед./2 мин.).

Сила: 4.

Ловкость: 5.

Интеллект: 7.

Восприятие: 5.

Выносливость: 4.

Свободные очки характеристик: 1.

Навыки: Пространственный прыжок (уровень 2, 3 маны, 20 м), Пространственный разрез (уровень 1, 8 маны, 15 м, урон 12–16).»

Он вложил очко в интеллект.

«Интеллект: 7 → 8.

Максимальная мана: 28 → 31.

Скорость восстановления: +5 % (теперь 1 мана/1.9 мин.).»

Артём закрыл панель. Смотрел на Серёжу и Лену. Они обнимались.

Он отвернулся.

Внутри пустота была тёплой. Почти живой.

Он сжал кулак и понял, что впервые за день не чувствует страха.

Только усталость.

И холодную решимость.

Глава 4

Артём сидел на лестничной площадке пятого этажа, прислонившись спиной к холодной стене. Рядом, в приоткрытую дверь квартиры, доносились приглушённые голоса Серёжи и Лены. Мужчина что-то тихо говорил, женщина изредка всхлипывала.

Мана восстановилась до 31 из 31. Полный резерв. Артём провёл пальцами по тыльной стороне ладони, где тускло мерцал символ класса. Чувство пустоты внутри стало привычным. Почти родным.

— Эй, — голос Серёжи раздался сзади.

Артём обернулся. Серёжа стоял в дверном проёме, вытирая руки о тряпку. Его лицо было уставшим, под глазами залегли тёмные круги.

— Заходи, — сказал он. — Поговорить надо.

Артём поднялся. Зашёл в квартиру. Это была обычная двушка — чистая, даже уютная, если не считать разбитого окна на кухне и следов крови на полу в прихожей.

Лена лежала на диване в гостиной, укрытая пледом. Её нога была зафиксирована подручными средствами — две деревянные линейки и бинты. Она смотрела в потолок, тяжело дыша.

— Она спит, — тихо сказал Серёжа, закрывая дверь в гостиную. — Держится, но ей нужен нормальный врач. Или хотя бы антибиотики.

Он прошёл на кухню, жестом приглашая Артёма сесть. Тот сел на табурет. Серёжа налил воды из пластиковой бутылки в кружку, протянул.

— Пей.

Артём взял. Сделал глоток. Вода была тёплой, но чистой.

— Спасибо, — сказал он.

Серёжа сел напротив. Посмотрел на него долгим взглядом. Потом спросил:

— Что ты такое?

Артём замер.

— В смысле?

— Ты убил шестерых, — Серёжа говорил ровно, без эмоций. — Я видел. Я стоял у входа в аптеку и видел, как ты режешь их воздухом. Как исчезаешь и появляешься в другом месте. Это не нормально.

Артём сжал кружку. Пальцы побелели.

— Я… — он запнулся. — Я не знаю, как это объяснить.

— Попробуй, — голос Серёжи стал твёрже.

Артём глубоко вздохнул. Рассказал. Про Систему, про утро в общаге, про Димана, про класс. Про пространственный прыжок и разрез. Про мана-резерв и панели над головами.

Серёжа слушал молча. Не перебивал. Когда Артём закончил, он откинулся на спинку стула и провёл ладонью по лицу.

— Система, значит, — сказал он медленно. — Ты видишь панели. У тебя есть мана.

— Да, — кивнул Артём. — А ты? Ты видишь что-то?

Серёжа покачал головой.

— Ничего. Я просто живу. Дышу. Боюсь. У меня нет никаких цифр перед глазами. Я обычный человек.

Артём моргнул. Это было неожиданно. Он думал, что Система дана всем. А оказалось — только ему?

— Но это же… несправедливо, — сказал он.

Серёжа усмехнулся. Горько.

— Справедливость умерла вчера, парень. Вместе с миром.

Повисла тишина. Слышно было только дыхание Лены из гостиной.

Потом Серёжа встал. Достал из рюкзака карту города. Старую, бумажную, с пометками. Развернул на столе.

— Смотри, — он ткнул пальцем в точку на карте. — Мы здесь. Жилой комплекс «Триумф». Район спальный, но есть пара аптек и магазинов. Воду можно брать из подвала — там есть технический резервуар.

Он провёл линию пальцем вверх, к центру.

— А здесь, — он постучал по району вокзала, — военный склад. Я знаю, потому что работал там водителем. Там есть оружие, патроны, рации. И еда. Много.

Артём смотрел на карту. Расстояние — километров пять. Через жилые кварталы, парк, железнодорожные пути.

— Ты хочешь пойти туда? — спросил он.

— Я хочу, чтобы мы пошли туда, — поправил Серёжа. — Вместе. Ты нужен мне, Артём. Твоя сила. Без тебя я не дойду.

Артём помолчал. Серёжа говорил честно. Он смотрел прямо в глаза.

— А Лена? — спросил Артём.

— Она останется здесь, — Серёжа посмотрел в сторону гостиной. — Я забаррикадирую дверь. Оставлю воду, еду. Если мы не вернёмся… она хотя бы проживёт ещё пару дней.

Артём сжал кружку. В груди зашевелилась пустота.

— Я не знаю, — сказал он. — Я только что выжил. Я не уверен, что смогу кого-то защитить.

— Ты уже защитил, — ответил Серёжа. — Ты защитил нас на парковке.

Он протянул руку.

— Я не прошу тебя быть героем. Я прошу тебя пойти со мной. Вместе у нас больше шансов.

Артём смотрел на его руку. Потом на карту. На город, который лежал за окном — серый, мёртвый, опасный.

— Дай мне подумать, — сказал он. — Я отвечу завтра утром.

Серёжа убрал руку.

— Хорошо. Завтра утром.

Он ушёл в гостиную, к Лене.

Артём остался на кухне один. Посмотрел в окно. На улице начало смеркаться. Тени становились длиннее.

Он зашёл в маленькую комнату, которую Серёжа выделил ему. Заперся изнутри. Лёг на кровать, не раздеваясь. Топор положил рядом.

Но сон не шёл. Он смотрел на свои руки. На предплечье, там, где Катя вцепилась когтями в общаге, краснели царапины. На плече, где тварь на парковке прокусила куртку, — ещё одна отметина. Они саднили, но не гноились. Не чернели. Не превращались в ту самую серую плоть.

Он смотрел на раны и не понимал.

— Почему я ещё человек? — спросил он вслух.

Он вспомнил Димана. Соседа по общаге, который превратился за одну ночь. Вспомнил Катю из 311 — девушку, которая "упала и перестала дышать", а через минуту встала и кинулась на людей. Они были укушены? Поцарапаны? Или просто услышали тот звук, который описал Диман в записке? Артём не знал.

Но он знал одно: его раны не вели к превращению.

Артём открыл интерфейс.