Сердце принца-ворона - Тессония Одетт

Взобравшись на выступ фонтана, принц обращается к толпе.

– Благодарю вас, жители Лунарии, что пришли на сегодняшний праздник Полнолуния. – Его голос звучит негромко, но твердо. Я вижу, как он делает глубокий вдох, потом еще один. – Сегодня мой народ – неблагие фейри – празднует полнолуние. Эта фаза луны символизирует завершенность, ясность и просветление. Сейчас самое время благодарить и прощать; время праздновать, заново возрождаться, обновлять мысли и чувства, переосмысливать ценности.

Франко делает паузу и обводит взглядом толпу. Стоит ему заметить меня, как улыбка становится ярче. Наконец в его облике начинает проступать прежняя уверенность. Когда он вновь начинает говорить, голос звучит уже громче, смелее.

– Сегодня для меня полнолуние – время единства и целостности. Именно поэтому я решил привнести в празднество толику незримой красоты Лунарии, поделиться с вами частичкой себя, показать, какой я на самом деле. Мы едины, но, чтобы сохранить дух единения, вам вовсе не нужно праздновать, как я, а мне не обязательно танцевать вместе с вами. По сложившимся на острове обычаям, наверное, вам ближе благой король. Но большинство из тех, кто собрался здесь сегодня вечером, живет вовсе не на юге, где сильно его влияние, а здесь, на севере. И пусть ваша преданность отдана южному владыке, но и в другой части королевства у вас есть защитники. Да, мы принадлежим к разным расам и, возможно, по-разному смотрим на вопросы политики, но мы один народ – жители Фейривэя. И я хочу стать именно таким принцем, который вам нужен.

В толпе раздаются вежливые аплодисменты. Я рассматриваю море собравшихся здесь людей в изысканных зачарованных вечерних нарядах. На лицах нет масок, и можно заметить, как некоторые сияют от восторга, а другие кажутся скучающими.

– Присоединяйтесь ко мне! – завершает свою речь Франко. – И пусть начнется праздник Полнолуния!

По толпе вновь прокатывается волна аплодисментов. Франко спрыгивает с фонтана и встает рядом со мной. Почти сразу вокруг начинаются разговоры.

– Во имя ночи, меня сейчас стошнит, – бормочет принц себе под нос.

– Это было потрясающе, – шепчу я. – Даже не ожидала.

– Что я настолько потрясающий? Или ты про мою речь?

– Про речь. Но и ты держался великолепно. Хотя в этом как раз нет ничего странного.

– Я говорил глупости? Людям не понравилось?

Я подумываю солгать, но все же выкладываю все как есть.

– Некоторым гостям очень понравились твои слова, а это уже кое-что. Далеко не все пришли сюда для подлинного единения с фейри. Кому-то просто хочется пообщаться со знатью и потанцевать.

– Кстати, о танцах, – вдруг вспоминает он и протягивает руку. – Ты готова открыть со мной бал?

Сердце подскакивает к горлу, и я быстро делаю шаг назад.

– Открыть бал? Ты имеешь в виду танцевать?

– А чего еще ты ожидала от бала? – посмеиваясь, спрашивает он.

Во имя ветра… Не знаю, чего именно, но уж точно не танцев. На маскараде Новолуния Франко вообще не танцевал. Хотя, нет. Ведь под личиной принца в тот вечер скрывался Оги, а Франко оделся толстым вороном…

Принц озабоченно хмурится.

– В чем дело, Эм?

– Я раньше никогда не танцевала, – тихо признаюсь я. – Тем более с мужчиной. Мне не разрешали изучать принятые в обществе танцы. Особенно… после смерти отца.

Он берет меня за руку и чуть сжимает пальцы – точно так же, как я перед его речью. Тепло его ладони неожиданно успокаивает.

– Чтобы танцевать со мной, тебе вовсе ничего не нужно знать о принятых в обществе танцах.

– Почему-то это пугает еще больше, – тяжело сглатываю я.

– Обещаю, все будет в порядке. – Он вновь сжимает мою ладонь, затем кладет ее на сгиб своей руки. – Готова?

– Нет, – бормочу я, но даже не пытаюсь спорить.

Франко ведет меня по двору, потом сворачивает на одну из уводящих в сторону дорожек. Стоит лишь вступить на нее, как где-то наверху, над окружающими нас живыми изгородями вспыхивает яркий оранжевый свет. Через три шага следует новая вспышка. Подняв голову вверх, я рассматриваю огни, с удивлением понимая, что вижу крошечные пылающие фигурки огненных духов.

Мы идем дальше. Огни вспыхивают снова и снова, освещая путь, и по толпе следующих за нами гостей проносятся изумленные вздохи. Вскоре в воздухе разливается насыщенный аромат цветущего ночного жасмина, и через миг я понимаю, что он исходит из высящегося впереди зеленого шатра. Тропинка ведет прямиком к арочному входу.

Мы никуда не сворачиваем, и, стоит оказаться внутри, с губ срывается вздох. Я просто очарована открывшейся картиной. Шатер кажется таким же огромным, как и бальный зал, но вместо стен из лунного камня нас окружают деревянные шпалеры, увитые плетистым жасмином, наполняющим воздух пьянящим ароматом. Я полной грудью вдыхаю чудесный запах. Опустив глаза, я вижу густую мягкую траву под ногами. Вдоль стен шатра расставлены столы и стулья, перемежающиеся скоплениями розовых, голубых и фиолетовых светящихся грибов, наполняющих пространство ярким светом.

Ближе к центру стройные деревца, будто вырезанные из опала, образуют круг. Они тянут бледные, изящные ветви к вершине шатра. Над головой кружат огоньки, бросая на потолок синие отсветы. Сквозь отверстие в центре шатра проникает бледный луч лунного света, озаряющего пространство внутри древесного круга.

Франко ведет меня к этому светлому пятну, и я слышу первый удар барабана.

Внутри меня словно начинает звучать глубокий, устойчивый ритм. Оглядевшись, я замечаю музыкантов, примостившихся возле ствола одного из опаловых деревьев. Сперва бьют барабаны, вторя ударам сердца. Затем раздаются первые звуки скрипки, и легкая, незнакомая мелодия разжигает огонь в крови.

Мы с Франко останавливаемся в центре освещенного круга, и толпа растекается вокруг нас, ближе к деревьям. Среди гостей раздаются возбужденные вздохи и шепотки. Впрочем, что тут странного? Мне самой прежде не доводилось видеть столь впечатляющего бального зала. Да и любого другого тоже.

А сейчас я стою прямо в центре.

Когда Франко поворачивается ко мне, на затылке выступают капли пота.

– Могу я пригласить тебя на танец?

Я борюсь с желанием коснуться пальцами шеи, чтобы ощутить медальон. Впрочем, в любом случае я смогу нащупать лишь полумесяц. Эта мысль отрезвляет, заставляя вернуться в настоящее.

«На мне чары. Меня считают принцессой. И мне надлежит танцевать с принцем».

– Что нужно делать? – шепчу я. – Я не знаю этой мелодии…

– Я тоже, – пожимает плечами Франко.

– Тогда как же мы будем танцевать?

– Это незримая мелодия. Она сама тебя захватит.

– И что тогда будет?

– Это. – Франко начинает скованно и неловко двигаться из стороны в сторону. – Поверь, здесь не только тебя тошнит от волнения…