Злой среди чужих - Олег Филимонов

Смотрю, я очень популярной фигурой становлюсь. Каждый раз статья на первой странице.

Заголовок гласил: «Русские мстители» (еще бы «Неуловимыми» назвали). Дальше шло перечисление наших подвигов, в большинстве своем вымышленных. За неимением фотографий статью иллюстрировали рисунками. Как бы в персонажи комиксов не угодить… уж больно стиль похож. Радовало, что тон статьи был вполне доброжелательным. Быстро пробежав глазами по строчкам, я вернул газету шерифу.

– Нормально. Приврали, конечно, но сойдет. Вот что значит правильный воспитательный подход! Но я к тебе по другому вопросу.

– Наслышаны про твои подходы, – буркнул Гарретт. – Выкладывай.

– У тебя в городе крыса завелась. Может, и несколько, но точно мне только про одного человечка известно. Надо бы заняться, если еще не сбежал.

– Ты про кого?

– Это торговец краденым и по совместительству бандитский связной. Держит тут ломбард. Чарли Нортон его зовут.

– Знаю, о ком ты. Сведения надежные?

– Надежнее не бывает – соврать мне не могли!

– Понятно… дашь показания, и займемся этим типом.

– Тогда вопрос: что с ним будет?

– Он никого не убивал, значит, на каторгу пойдет.

– Хорошо, а его имущество?

– Конфискуют в бюджет города.

Знаем мы, как бюджеты пилят.

– Тогда какой мне интерес его властям сдавать?

– Премия, наверное, будет… – неуверенно протянул шериф.

– Вот именно – наверное! И велика ли та премия? Тысчонку на бедность подкинут? Ладно, дарю бесплатно. Я бы еще и доплатил, чтобы поменьше таких подонков небо коптило. Уж больно пакостной банда, на которую он работал, была. Если уж не на виселице, то в шахтах ему самое место.

– Будь спокоен, туда и отправится.

Вообще-то, к шерифу я зашел не только и не столько, чтобы сдать ему поганца. Были другие вопросы… Уже некоторое время я прикидывал свои дальнейшие перспективы, и выглядели они не то чтобы очень… Опять связываться со скоттами и получать от них новые задания совершенно не тянуло. Мэрия тоже не каждый день награды за поимку преступников объявляет.

Заниматься поставками дичи? Регулярно что-то не очень выходит. К тому же владельцу собственного ранчо это как-то даже не к лицу, и овчинка выделки не стоит. Первое время, чтобы концы с концами свести, было нормально, а сейчас я на бандитах столько поднял, что заработки охотника на этом фоне совершенно не смотрятся. Дело мне интересное, не спорю, но не складывается. Хотя и становиться ранчеро не хочу.

Уходить к партизанам? Пока рано – я еще не придумал, как можно «инкам» конкретно насолить, чтобы было с пользой. А обозы на дорогах грабить не вдохновляет. Проблема, однако… Вот и решил в очередной раз поговорить с шерифом. Все же какие-то виды он на меня имел, но до сих пор ничего не рассказал. Вроде бы уже пора. Так ему и сказал. Шериф очень внимательно на меня посмотрел и изрек:

– Будет тебе занятие – настоящая охота!

Свинцом и сталью подтвержден, закон Сибири скор.

Не смейте котиков стрелять у русских Командор!

Р. Киплинг

Степь да степь кругом, путь далек лежит… Мы двигались к границе территорий Квебека и Техаса – туда, где начинается сельва. Глубоко в джунгли лезть не собирались – чревато, хотели только пройтись по периферии. Несмотря на это, дело предстояло серьезное и очень-очень опасное – мы ехали стрелять динозавров в их родных угодьях!

Мне вспомнился разговор с Эрлом, перед тем как я с энтузиазмом вписался в эту авантюру. Надо сказать, тогда я был сильно удивлен. Оказывается, наш почтенный шериф подрабатывал браконьером. Вернее, сам не охотился, но успешно руководил браконьерской артелью. Миссию промысловиков брали на себя знакомые нам рейнджеры Джо и Дарко. Но для серьезных дел двоих было маловато. Раньше рейнджеров было пятеро, но трое из группы погибли (не знаю, на охоте или работая по специальности). Зато теперь в коллектив влились мы с Брианом.

На Гекате дорги устроили своего рода заповедник… или заказник. Отсюда и запрет на крупнокалиберное оружие (не только отсюда, конечно), чтобы люди редкие виды не промышляли. Хотя редкими их можно было назвать только условно. Сами «инки» били живность в полный рост, сотнями (хотя, вероятно, существовали какие-то нормы отстрела), но делали это не ради шкур или мяса. Животные служили поставщиками биологических препаратов, тех самых, что использовались в медкапсулах.

– То есть дурят нашего брата, «бесценные» препараты тут, в пампасах, бегают. Стреляй да пользуйся? – спросил я.

– Отчасти так и есть. Индейцы что-то такое варят. Но без доргской медицинской техники эффективность этих лекарств в десятки раз меньше. А любое кустарно приготовленное снадобье не идет ни в какое сравнение со средствами у тебя в аптечке, – пояснил Эрл. – Правда, цены на свои услуги дорги задирают неимоверно. Наши экономические отношения сравнимы с меновой торговлей европейцев с туземцами: мы им золото, алмазы и пушнину, они нам – бусы… Но это не самый плохой вариант. Им ничего не стоило загнать всех на рудники и вообще ничего не платить – сделать рабами буквально, а не опосредованно, как сейчас. К счастью, для этого их здесь слишком мало, и мы пользуемся относительной свободой. Заодно и кормим себя сами. Наши внутренние отношения доргов не волнуют, они только объемы поставок криптонита указывают, но не дай бог не выдать норму! И с рабством я не преувеличиваю, мы зависим от них во всем! Что это, как не рабство? В случае если взбунтуемся, нас даже уничтожать не надо, просто перекрыть поставки колониальных товаров через портал – сами вымрем. Или скатимся в первобытное состояние… те, кто выживет. А чтобы колония не смогла развиваться самостоятельно, любые технологии и производства под запретом.

Вот такие прозвучали откровения! Впрочем, большинство из сказанного я понимал и раньше, но дал шерифу выговориться. Первый раз он со мной так разоткровенничался.

– Я уже говорил, что на Земле вымирание видов происходило не случайно, – продолжил шериф. – Есть серьезные основания считать, что их выбили целенаправленно – гости со звезд, посещавшие Землю в различные эпохи. Некоторые животные представляли собой ценнейший биологический ресурс. А когда их уничтожили, сломались цепочки экосистем – этого уже не пережили многие другие виды. Взять самый простой пример – мамонтов, с их исчезновением изменился сам ландшафт, поменялись состав почвы и растительность – тундростепь превратилась в обычную тундру, где выжить могут немногие. С Гекатой все куда сложнее. Безусловно, здесь появлялись пришельцы, но большинство вымерших на Земле видов здесь уцелело. Более того, вероятно, их перевозили и акклиматизировали тут специально… с незапамятной древности. Кто это делал и зачем, не спрашивай… просто еще одна из загадок этой необычной планеты. Дорги же появились на Гекате совсем недавно. Конвергентная эволюция в данном случае полная чушь – просто не может быть такого сходства флоры и фауны на разных планетах. Оно на генетическом уровне! Кроме того, здесь попадаются настоящие гекатские реликты, они не похожи ни на что земное… и лучше никогда их не встречать. Поверь, – внезапно помрачнев, добавил шериф. Видимо, что-то нехорошее вспомнилось.