FERA: Время Зверя. Том 1 - Алексей Тихий

— Что случилось?

— Тихо. — прервал он меня. — Они идут.

Легкий ветерок, прикосновения которого к своему лицу я не ощущал, нес по улице листы пожелтевших газет, которые издавали едва слышное шуршание, напоминающее шорох сломанных птичьих крыльев, пока они не сталкиваются со зданием или заржавевшей железной оградой. Когда я оглядывался вокруг, то понимал, что единственным звуком, который нарушает тишину, является тихий и заунывный свист ветра и громкий шорох пыли, облака которой поднимаются над улицей после каждого порыва ветра. А потом я увидел их.

К нам двигалось несколько фигур, закутанных в рваные саваны. Я не мог сказать, были ли они когда-то людьми или нет. Больше всего они напоминали картины сумасшедшего художника, который выплеснул на холст свои ночные кошмары.

— Живые… Теплые… Такие вкуссссные… — свистящим шепотом произнесла одна из фигур, а остальные начали кружиться вокруг нас.

— Мы имеем право прохода, согласно договору. — словно чеканя слова, произнес Иезекииль

— Договор? Мир меняется… Договоры больше не работают, еда! — воскликнула фигура и рванула к нам.

Не растерявшийся храмовник тут же встретил ее своим светящимся крестом, от столкновения с которым, у существа задымился саван, а оно само издало душераздирающий крик. Рефлекторно я выхватил кукри, его черное лезвие светилось мертвенно бледным светом. Мы стояли с храмовником друг к другу спиной, а твари кружились вокруг нас, пробуя улучить момент, чтобы напасть.

Казалось, моего лезвия они боялись куда больше, чем светящегося креста католика. Стоило мне им взмахнуть и твари тут же отлетали назад. Ко мне пришло осознание, что так не может продолжаться долго и я призвал моих лоа.

Вокруг меня материализовались пять черных рогатых псов с горящими красным огнем глазами. «Охренеть. А как бы выглядели лич с художником?»

Припав к земле, они скалили свои огромные клыки и низко рычали, псы ждали моей команды, чтобы разорвать тварей, которые посмели нам угрожать.

Фигуры в саване приготовились к очередной атаке, как вдруг из груди одного из них появилось широкое листовидное лезвие. А следом раздался оглушительный вопль.

— Ждем. — скомандовал храмовник. — И песиков придержи.

Из зияющего провала окна пятого этажа прямо на мостовую спрыгнула невысокая фигура. Увидев ее, существа тут же рванули врассыпную, им вслед раздался очередной оглушительный вопль.

— Договор между мертвыми и живыми вечен. — произнес жутким голосом невысокий воин, весь обмотанный бинтами. Он поразительно напоминал мне мумифицированных воинов Имхотепа из фильма Мумия.

— И любой нарушитель будет наказан. — в ответ произнес экзорцист.

— Прошу простить за этих отщепенцев, что-то влияет на наш мир из вашего и таких безумцев, решивших, что договорам конец, все больше. — «БаанШи. Именно ее сила влияет и на их мир», — подумалось мне.

— Я провожу вас к нужному выходу, чтобы подобного больше не случилось.

— Благодарю, — католик важно кивнул, будто для него все было в порядке вещей.

Взгляд забинтованного остановился на мне и неожиданно он задрожал, рухнув на колени.

— Господин! Прошу простить, Господин! Если бы эти твари знали, на кого они попытались напасть… — в его истеричных криках был откровенный ужас.

— Встань. — приказал я. — Что это все значит?

— Они напали на чемпиона Владыки. — произнес он, все еще не поднимая головы от пола.

— Спасибо, что дали шанс вечной страже искупить свою вину и уничтожить самостоятельно мерзких предателей. Мы очистим наше имя от позора — я совершенно ничего не понимал, кроме того, что он как-то понял, что Самеди избрал меня своим чемпионом, но сейчас не время забивать еще и этим голову. Нужно спасать Кридана.

— Я сказал — встань! Веди нас к выходу и без причитаний. — внутри меня зрела уверенность, что я все сделал правильно.

*****

Обратный переход был куда проще. Не было всех этих жутких ощущений. Шаг в раскрытую щель из сверкающего света — и мы тут же оказались в небольшой комнате за спиной человека, со скукой пялившегося в экраны, на которых шла трансляция с камер. Все получилось, мы пришли по адресу.

Кивнув экзорцисту, я скользнул к спинке кресла и взял шею охранника в захват. Несколько секунд барахтания и он отключился. Связав его и засунув в рот кляп, мы достали схему и, сверяясь с ней, проверили свой путь по камерам.

— Фера смотри, до лабораторного крыла можно пройти легко. Жаль, что на этот экран те камеры не выводятся

— Угу, глянь лучше сюда. — я указал на экран, который показывал комнату, где четыре амбала играли в карты, похоже, это была комната охраны. Как бы странно для отделения фсб это нарушение устава не выглядело, но, не смотря на это, одна деталь мне резанула глаза: у каждого из четверых автомат был расположен так, чтобы в любой момент можно было его схватить и начать стрелять. Может с дисциплиной у них и не особо хорошо, но дело свое они знают туго. — Если мы их оставим за спиной, могут быть проблемы, особенно, если что-то пойдет не так.

— Согласен. Тогда, вначале они, а потом уже лабораторный отсек. — кивнул мне экзорцист.

Мы бесшумными тенями скользили по старым, еще совковым коридорам, в которых никто не делал ремонт годами. Облупившаяся краска, побелка в подтеках, залитый бетоном пол, кое-как прикрытый дешевеньким линолеумом. На камеры нам было плевать, лица закрыты масками, а тревогу связанный охранник точно не сможет поднять.

Отсчитав нужное количество поворотов, мы подкрались к приоткрытой полурассохшейся двери, из-под которой ярко горел свет.

— Хватит мухлевать! — возмущался один из голосов.

— Сам ты мухлюешь, мне просто карта идет. — вторил ему другой.

— На счет три начинаем — произнес экзорцист. Я кивнул ему в ответ.

Раз. Два. Три. Загибал вытянутые пальцы католик. На счет три он рывком открыл дверь и я влетел туда с воплем «Вспышка справа». Повинуясь рефлексам, бойцы попытались укрыться, снося стол с лежащими на нем автоматами. Дальше все превратилось в какую-то жуткую мешанину.

Мгновение концентрации и лоа уже жрут тонкие тела одного, а я, вместо того, чтобы подкатом сбить с ног другого, отлетаю от хорошо поставленного удара ногой. «Вниз» и я, как тогда на озере, даже не пытаясь подняться, вижу, как надо мной пролетел тяжелый крест на цепи, ломающий ребра бойцу. Нырок вперед — и я ушел с линии огня другого, краем глаза замечая, как экзорцист сцепился с последним охранником.

Биться с автоматом в руках этих ребят явно учили хорошо. Несколько раз только ловкость и скорость спасли мои ребра от столкновения с тяжелым прикладом калаша. Шаг в сторону — мимо моего лица пронеслось дуло. «Был бы штык закреплен, я бы уже был трупом», — как-то отстраненно подумал я. Именно этот удар и решил итог всей схватки.