Белая весна - Галина Гончарова

– И ладно. Давайте обедать?

В судках больше полезных медведок не обнаруживалось. А вот в карете…

И как туда эта зараза попала?

Но Михаил залез первым, уселся на медведку и очень громко возмущался. Пока в карету не влез его отец и сынок не огреб за напрасное раздавливание ценного насекомого ресурса. Ловить надо было! Ловить, а не задом давить!

– Сколько вы их нашли? – поинтересовалась Яна у Топыча.

– Немного. Всего три штуки.

– И где третья?

Ответом ей был нарочито невинный взгляд. Ну совершенно невинный. Яна даже не удивилась, когда третий кротосверчок обнаружился в сундуке того же Михаила. И когда успели, поросята?

С другой стороны, сколько можно занудствовать? Вот дети и развлекаются…

Кстати говоря, третье насекомое Федор Михайлович таки получил, сунул в пустой горшок и решил взять с собой. Мало ли что! Пригодится!

Хороший купец чем хочешь торговать будет, а уж человеческим здоровьем – тем паче.

Генерал Логинов. В тылу врага

Две с половиной тысячи человек.

Три бронеавтомобиля.

Сотня пулеметов.

Что еще надо, чтобы доставить врагу неприятности? Только желание, а уж этого у Логинова было с избытком! Анатолий Васильевич получил телеграмму от Валежного и тут же принялся за реорганизацию корпуса. Главным для него стала мобильность. И опять мобильность…

Хорошие лошади плюс крепкие бойцы. Логинов безжалостно отсеял слишком молодых и слишком старых. Первые своей горячностью что хочешь испортят, вторые могут просто не выдержать темпа. Так что останутся в Ас-Дархане.

А сам он возглавил наступление.

Это было очень буднично. Просто однажды утром корпус вышел из Ас-Дархана и направился к речке Хорьковой, которая сейчас служила негласной границей между позициями имперцев и освобожденцев. Хотя той границы-то…

Вброд перейти, курица ноги не намочит. Но – в сезон.

Летом.

Сейчас пришлось сложнее, конечно, но саперы выручили. Временная переправа – штука хорошая. Понтоны наводятся быстро, разбираются тоже, а если правильно собирать, то течение их само развернет поперек реки. Сложнее пришлось с бронеавтомобилями, но тут выручили мешки с песком. Кое-какую опору они дали, надолго не хватит, да и не надо! Им только пройти, а уж потом…

Логинов никаких иллюзий не питал, они могут просто не вернуться из рейда. Пламенный не стратег и не тактик, воевать не умеет, но военные на службе у него есть. Главное – расставить их на нужные места, а с этим он как раз справится.

Мутная и грязная от растаявшего снега речка осталась позади, и отряд двинулся в тыл противника.

Вечером первого же дня посланные вперед разведчики притащили языка.

– Тор генерал!

Логинов потер руки.

«Язык» попался хороший, сразу видно – жирный карасик. Такого и допрашивать приятно! Одет хорошо, куртка кожаная, галифе, папаха… это не «счастливчики», которые чуть не в бабских ночнушках ходят!

– Ты кто таков? Как зовут?

– Не твое дело, собака императорская!

Пленный явно готов был дорого продавать свою жизнь.

– Давайте, тор генерал, мы его на свой манер поспрашиваем? – предложил один из казаков. – Чего вы на него время-то тратить будете? Он вам через часок все расскажет, даже в какой позе его батька с мамкой делали.

– Твари! Живодеры! – прошипел пленник.

Логинов лишний раз убедился, что птицу ему притащили непростую.

– А поспрашивайте. Как у вас это в станице принято?

– Мы люди простые, – подыграл ему казак. – Берется, значит, лучина, снимаются с пленного штаны, заталкивается щепа спереди и сзади, да и поджигается. Пока еще никто не смолчал!

– А лучину простую берете или в земляном масле вымачиваете? У нас для бронеавтомобилей керосин есть, бензин… не хотите ли попробовать?

– Быстро прогорит!

– Так повторить можно!

Пленник переводил глаза с одного садиста на второго. На лбу его набухли крупные капли пота.

– А что! И повторим! – порадовался казак. – Дело хорошее, дело правильное… если лучинки не хватает, мы потолще палочку берем, чтобы подольше горела.

– Если сырую ветку взять, но керосином пропитать?

– Надо попробовать, тор генерал! Мы, сами понимаете, народ темный, а вы с научным подходом…

Подход оказался последней каплей. Пленник заверещал так, что пришлось затрещиной успокаивать. Не то б его в Ас-Дархане услышали.

Оказалось, что это не простой колобок, а вовсе даже железнодорожник. И ехал он не просто так.

О том, что Логинов собирается в рейд, не знали только червяки – у них свои дела были. Все остальные, понятно, знали, в том числе и освобожденцы. И решили подготовиться.

Переслать в эти края по железной дороге эшелон с солдатами.

Ну как – солдатами? Рекрутами. Причем насильно загнанными в войско. По принципу: ты хочешь защитить отечество от врага? Вот тебе ружье, вперед, солдат!

Не хочешь? Ах, ты враг народа?! Мочи его, гада!

Конечно, при таком подходе крестьяне сотнями в войска записывались, жить-то хотелось. А в качестве пушечного мяса они вполне сойдут.

Что будут делать деревни без кормильцев? А что Пламенный будет делать без защиты? Второй вопрос его волновал сильно, а первый вообще не волновал. Жить захотят – раскорячатся!

Эшелон ожидался послезавтра.

Логинов только руки потер.

Вот, с этого и начнем! Говорите, с утра поезд пройдет? Вроде бы так обещали?

* * *

Рельсы Логинов ломать не стал. Зачем?

Железные дороги имперцам тоже пригодятся! Нечего их разносить в клочья, захватим – и достаточно! А потому на полотно были тщательно уложены два десятка бревен. Срубили сосны, дотащили волоком, с помощью броневиков…

Поди убери!

Намаешься!

А видно издалека, остановиться поезд успеет. И времени на приготовления как раз хватило.

Все произошло именно так, как и задумывал генерал. Увидев на путях неожиданное препятствие, машинист начал тормозить. Сбросил скорость и остановил паровоз примерно метров за двадцать от бревен. И тут же получил пулю.

Нет, не сам машинист.

Но в лобовое стекло паровоза ее снайпер положил с завидной точностью.

А потом, закрепляя успех, и по бокам пулеметы прошлись.

Намек был понятен. Могли ведь и положить беднягу. Просто – зачем? Прошел эшелон, и за ним аккуратно затащили на рельсы еще пару бревен.