Ару Ша и Конец Времен  - Рошани Чокши

Урваши фыркнула, и Ару замолчала.

По пятницам их первым уроком были танцы (а именно – «бхаратанатьям») и этикет с Урваши. Но Ару пришла на занятия в таком потрясённом состоянии после встречи с Эйденом, что Урваши потребовала рассказать ей, что случилось.

Когда Ару поведала обо всем, Урваши так сильно рассмеялась, что началась гроза. Несколько продавцов с Ночного базара пришли жаловаться, что она разрушила их склад дождевиков (настоящих плащей, из которых шёл дождь). Но та лишь посмотрела на них долгим взглядом и проворковала: «Какая у вас проблема?» И они совершенно забыли всё, о чём собирались сказать, и мечтательно удалились восвояси.

Урваши позвала Ханумана и Буу и заставила Ару рассказать всё с самого начала. Хануман не смеялся, но рот его дёргался. Буу старался держаться изо всех сил.

– Мне кажется, Арджуна был более… – заговорила Урваши.

– Вежливый? – предположил Буу.

– Очаровательный? – пропел Хануман.

– Красивый? – вставила своё Мини.

– Mини! – рыкнула на неё Ару.

– Прости, – покраснела сестра.

– Знаете, в моё время можно было просто ворваться и забрать себе того, кто тебе нравился, – сказал Буу. – Это гораздо действеннее, чем всякие разговоры.

– Вообще-то, это называется похищением, – сказала Мини.

– Это так романтично.

– И всё равно это похищение.

Хануман хлопнул в ладоши.

– Пойдёмте, Пандавы, пора на урок стратегии.

Пандавы. Ару так и не привыкла к этому названию. К тому же она понимала, что ею и Мини дело не ограничится. Спящий где-то скрывался, и чем опаснее становилось, тем больше Пандав требовалось. Она даже разглядела их в своём видении… Все девочки.

Тяжело вздохнув, Ару сняла колокольчики с лодыжек и передала их Урваши.

Та потрепала ученицу по голове.

– Не переживай, дорогая. Когда завершишь мои занятия, будешь поражать мужчин одним взглядом.

Ару не собиралась убивать парня. Может, просто поговорить с ним? Зачем эти крайности?

Ару и Мини распрощались с Урваши, и танцевальная студия на Ночном базаре за ними закрылась. Урваши отказывалась снимать помещение где-либо ещё, потому что «ей надо было поддерживать свой имидж, и она не собираюсь касаться ногой земли, на которую падала тень от других людей». Поэтому три раза в неделю небо над Ночным базаром открывалось, и она спускалась в небесно-голубом лотосе размером с музей.

После занятия лепестки цветка закрывались над головой Урваши, и она возвращалась на небеса.

Уроки Ханумана были более… жесткими.

– Сюда. – Обезьяноликий полубог шел впереди и указывал им дорогу.

Ару и Мини послушно семенили за ним. Хануман любил заниматься на разных участках Ночного базара. В этот раз он повёл девочек вокруг фруктового сада Мечты, через арку мерцавших серебряных перьев.

– Это перья чакоры, лунной птицы, – объяснил Хануман. – Перо, вырванное из лунной птицы, будет светить ярко, но только мгновение. Если же птица сама сбросит его, оно будет давать вам свет всегда.

Эта Перьевая арка никогда не гасла. С другой её стороны виднелась более крутая и опасная местность. Они заглянули в глубокий овраг, в котором текла широкая река.

На противоположном берегу в воздухе парила сверкающая корона.

– Пандавы! – обратился к ним Хануман, перекрикивая рёв реки. Мини побледнела. Ару вспомнила, что её сестра панически боится высоты. Даже пауки не вызывали у неё такого страха, хотя и в восторг тоже не приводили.

– Представьте, что вам нужно вернуть корону, – сказал Хануман. – Как вы до неё доберётесь?

– Подойдём с другой стороны? – предположила Мини.

– Обманом заставим тот берег перенести корону на этот? – высказалась Ару.

Хануман нахмурился.

– Всегда ищите наиболее легкий способ. Ару, ты всегда выбираешь сложное решение, хотя есть простое.

– А я, например, просто не хочу тонуть, – отчаянно закивала Мини.

– Хм, лично я в таких случаях строил мост, звал на помощь друзей, мы собирали камни и бросали их в воду, чтобы можно было перебраться на другой берег, – объяснил Хануман.

– У меня нет таких друзей, – сказала Ару.

– Эй! – возмутилась Мини.

– Кроме тебя, конечно.

– А как насчет того, чтобы изменить свой вид? – спросил Хануман. – Всегда подумайте, можете ли сами подстроиться под окружающую вас местность. Это лучше, чем приспосабливать её к себе.

– Но… мы не умеем менять свой вид, – удивилась Мини.

– Используйте хвост, – предложил им Хануман, обвив собственным хвостом своё плечо.

– Но у нас нет хвостов! – Она выпятила попу, чтобы он убедился.

– Oй, – расстроился Хануман, и его хвост грустно повис.

В этот момент сработала сигнализация. Хануман напрягся. До сих пор он был размером и комплекцией как обыкновенный мужчина, но теперь начал резко расти. Он схватил Ару и Мини, и теперь они стояли на его ладонях.

– Меня сейчас вырвет, – сказала Мини, свешиваясь с руки Ханумана.

– Ого, – воскликнула Ару. Она не сразу смогла сориентироваться в пространстве, но, когда получилось, вид Ночного базара с высоты птичьего полёта поразил её. Казалось, тысячи городов соединяются друг с другом. Отсюда Ару увидела вход на базар, который тянулся до самых облаков, и пункт досмотра, где вместо ракши с головой буйвола теперь стоял ракша с панцирем черепахи. Она даже различила бриллиантовое украшение, которое было залом Времён Года.

Сигнализация всё орала.

Дневной цвет неба сменился ночным. Сейчас оно стало чёрным.

– Что-то украли, – сказал Хануман, принюхиваясь. – Немедленно возвращайтесь домой. Я пошлю вам весточку к понедельнику.

– Погоди, что украли? – спросила Ару и свесилась с ладони Ханумана, пытаясь разглядеть убегающего вора. Ей, конечно, стало жалко того, у кого что-то украли. Но, по крайней мере, она оказалась не единственной, у кого был «худший день в жизни».

– Это что-то, чего боятся даже боги, – мрачно проговорил Хануман и в три шага преодолел весь Ночной базар. Рядом с каменной дверью, украшенной резьбой со слонами, он опустил их на землю.

Дверь сделали специально для них, когда их мамы решили, что пора начинать обучение.

– Осторожнее, – предупредил Хануман, потрепал их по макушкам кончиком мизинца (который всё ещё был гигантским) и направился в противоположную сторону.

– Ну, хотя бы у нас освободилось время, – сказала Мини.

– Ага, – согласилась Ару.

Но какой ценой!