Варторн. Воскрешение - Роберт Линн Асприн

Дьявольщина! Рэйвен снова попыталась встать, оттолкнувшись от земли руками. Удар пришелся куда-то возле основания шеи, над правым плечом. Когда она попыталась двинуть плечом, оно не пошевелилось. Боли девушка не чувствовала, но понимала, что должна чувствовать. Казалось, что туда что-то воткнулось и мешает.

Где-то вдали послышались взволнованные голоса. Она увидела много проходящих мимо ног в сапогах, но никто не остановился посмотреть, что с ней. И двигались они жутко медленно. Она слыхала, что время может так растянуться в моменты смертельной опасности.

Где же генерал Вайзель?

Волнение разрасталось, но Рэйвен осознала, что все это происходит не на расстоянии, а совсем рядом с нею, вокруг. Ей вдруг стало холодно, ужасно холодно. Свет угасал, как будто неожиданно настали сумерки. Она напрягла слух, чтобы различить отдельные голоса из общей сумятицы.

– Арбалетный болт!

– Убийство!

Ее тело слабело с каждой минутой. Она едва смогла поднять голову, чтобы не лежать лицом в грязи.

– Эта девушка, младший маг – она заслонила его!

– Она спасла генерала!

Ее мысли туманились и путались, она чувствовала, что уплывает куда-то. Наверное, наступало забытье – или что-то похуже. И все-таки она уловила и поняла эти последние выкрики, и ей на краткий миг снова стало тепло – быть может, последний раз в жизни.

Она обнаружила, что странное растяжение времени позволяет ей подумать над своей жизнью. Она увидела, как бы со стороны, самое себя – запуганную и неуклюжую девочку, вечное разочарование своей матери, потом – себя в Академии, полную решимости стать самым лучшим магом на свете.

Все это вело к одному. Той, какой она стала теперь, Рэйвен нравилась себе намного больше – взрослой, исполняющей важное дело.

Она спасла генерала. Она заступила дорогу болту, выпущенному из арбалета либо случайно, либо намеренно. Он продолжит борьбу за расширение границ Фелькской империи, пока весь Перешеек не окажется под единой властью. Какой прекрасный замысел! Великое предвидение лорда Матокина, ее отца. Она так и не узнала, не заподозрил ли он хоть на мгновение, что она была его дочерью. Может быть, когда-нибудь ее мать сообщит ему. Может быть, он узнает и будет гордиться ее самопожертвованием.

Она спасла Вайзеля, который открыл ей путь к достойной, настоящей жизни. А значит, ее самопожертвование воистину значительно.

И все же она удивлялась, почему никто не спешит помочь ей. Почему… почему Вайзель не поднял ее с земли, не прижал к себе крепко, не утешил? Ей было так холодно теперь…

Только одна связная мысль еще успела мелькнуть в ее мозгу. Рэйвен подумала: успел ли Вайзель дать сигнал к открытию порталов и открыть мертвым путь в мир живых?