Масон - Екатерина Неженцева

– Я много лет незаметно просматривала все доклады, которые приносили отцу, – со стороны советника Даркейна раздалось возмущённое шипение, на что Рин лишь издевательски рассмеялась и продолжила: – Вначале меня заинтересовало, зачем понадобилось следить за семейством светлых магов. И я начала внимательно изучать эту информацию. Стоит ли говорить, насколько я удивилась, когда узнала о ветви семейства Даркейн? Но ещё больше заинтересовал тот факт, что они сбежали в империю Лайор много столетий назад и даже сменили фамилию на Дарков.

– Замолчи, идиотка! – прикрикнул на девушку отец, но не получив никакой реакции, выпалил: – Прайм, ты не имеешь права допрашивать мою дочь. Это нарушение закона!

– Действительно, Прайм, – его поддержал ещё один пожилой мужчина. – Если Риннарин Даркейн в чём-то обвиняется, то необходимо заключить её под стражу и провести расследование. А на допрос вызвать защитника. Хватит нарушать законы предков. Может твой отец и был старшим советником, но ты просто временно занимаешь его место. Не забывай об этом.

Я бросила вопросительный взгляд на Джареда, но тот лишь усмехнулся и проговорил:

– А я никого не допрашиваю. И если вы уж так радеете за закон, тогда смею вас уверить, что в данный момент вершится самый настоящий суд по всем правилам, с соблюдением каждой буквы закона предков.

Последнее слово он выделил, что привело присутствующих в замешательство. Советники по очереди переводили недоумевающие взгляды с мужчины на меня, а следом на Рин, с интересом разглядывающую всю эту толпу. В итоге один из советников осторожно поинтересовался:

– Прайм, ты в своём уме?

– Советник Фриан, напомните всем, как звучит закон о допросе обвиняемых в государственной измене, если те принадлежат к высшему тёмному роду, – холодно проговорил Джаред.

Лицо мужчины покраснело, и он язвительно процитировал:

– Допрос проводится в присутствии всего совета и защитника, который может опротестовать или запретить ответ обвиняемого, если считает, что на него воздействуют извне, – он замолчал и самодовольно ухмыльнулся.

– Почему же вы замолчали, советник Фриан? – практически пропел Прайм. – Неужели вы не помните закон полностью?

Вот теперь со стороны тёмных послышался ропот, а мужчина побагровел.

– К чему этот балаган, Прайм? – зашипел советник, но наткнулся на немигающий взгляд Джареда, где клубилась тьма и процедил: – В случае, когда весь род обвиняется в заговоре против короны и измене, то допрос проводит глава рода Нордийских. При этом присутствие совета и защитника не предусматривается, а приговор приводится в исполнение лично главой рода Нордийских. И что же ты хотел этим сказа…

Он замолчал на полуслове и закашлялся, уставившись на меня, как на явление верховного бога. Ропот тут же прекратился и на лицах советников начало проступать осознание. Под пристальными взглядами тёмных, я поёжилась, но при этом вновь повернула голову к Рин и спокойно проговорила:

– Продолжай. Как ты узнала, что у моей сестры есть магия?

– Мне стало интересно, почему Даркейны живут в империи Лайор и не поддерживают с нами никаких отношений. Поэтому я приставила к ним своих наблюдателей в обход отца. И однажды мне пришёл доклад, где говорилось, что Хлоя Дарк трёх лет отроду, заставила свою няню изображать курицу.

– Это можно было списать на то, что женщина захотела повеселить ребёнка, – опровергла я её теорию.

– Да, только не в той ситуации. Ведь няня была очень стара и конкретно в тот момент пыталась догнать девочку, чтобы отвести её на обед, – хмыкнула Рин. – А после, таких докладов стало больше, и я поняла, что у Хлои проснулся очень сильный дар. Поэтому я решила воспользоваться чудесной возможностью. Избавиться от конкурентки в её лице и заодно отправить к праотцам всю эту кучку старых маразматиков.

Я покачала головой, заметив, как скривились от её слов советники. Ну да, неприятно, когда тебе сообщают, что пора уходить на покой, в такой ультимативной форме. Только в чём-то я была согласна с Рин. Конечно, убивать их не надо, но вот заменить не помешало бы. И тут я вспомнила слова Прайма о болезни его отца и вкрадчиво поинтересовалась:

– Рин, а что случилось с отцом Джареда?

Рядом вздрогнул Прайм, и я поняла, что это весьма правильный вопрос.

– Он узнал, что я заключила договор с Арх’Эррат и планирую убрать с дороги совет вместе с Илларинарией Аль’Арин. Пришлось его вывести из игры раньше времени. Если бы не Джаред, то никто бы и не понял, что с ним произошло, – обиженно заявила девушка.

Прайм сжал пальцы на моём локте, отчего я запищала. Хватка тут же ослабла, и мужчина бросил на меня виноватый взгляд. Я грустно вздохнула. Понимаю, насколько тяжело слышать подобные вещи. Внезапно я ощутила ужасную усталость, словно кто-то выкачал из меня все силы. Но мне оставалось задать ещё один важный вопрос, поэтому я собралась с духом и проговорила, уже едва ворочая языком.

– А тебе не было жалко Хлою и меня, когда ты отдавала приказ убить наших родителей? Ведь они тоже Даркейны. Я такая же, как и ты.

Я специально не стала задавать прямой вопрос, потому что силы были на исходе и требовалось вывести Рин из себя. Ведь моя магия могла в любой момент исчезнуть. Насколько я оказалась права, поняла, когда нити энергии начали таять, а я привалилась боком к Прайму.

– Да как ты смеешь сравнивать себя со мной? – зашипела Рин и в её взгляде вспыхнула настоящая ярость. – Я потомок великого рода Даркейнов.

– А кто в таком случае я? – насмешливо поинтересовалась у девушки, которая совсем потеряла контроль над ситуацией.

– Ты и твоя сестра мерзкие твари! Дети жалких предателей, которые не дали настоящим Даркейнам закончить великую миссию! – завизжала она.

– Какую миссию, Рин? – мои слова прозвучали совсем тихо, но их услышали абсолютно все в зале.

– Уничтожить этих выродков Нордийских и заодно вырезать как можно больше светлых тварей!

Вот это она прокричала громко, отчётливо, с расстановкой, и лишь потом осознала, что натворила. Нервно озираясь по сторонам, тёмная решила применить силу, но в этот момент Хлоя открыла глаза и громко произнесла:

– Хель, ну де ты блодишь?! Эта тётя хотеля меня убить.

Она ткнула пальцем в Риннарин, и та упала на пол, как подкошенная. Следом мелкая посмотрела на советника Даркейна и злобно улыбнулась. Заерзав на руках у Прайма, она добилась того, чтобы её поставили на ноги. Затем подошла к отцу Рин и выдала чужим холодным голосом:

– Ты обвиняешься в предательстве, измене, и попытке уничтожить род Нордийских. Наказание за все твои преступления – смерть. Хочешь что-то сказать в своё оправдание?

Я увидела, как Даркейн откинул в сторону удерживающих его стражников, и дёрнулась в сторону сестры. С ужасом поняла, что не могу пошевелиться, словно кто-то сковал меня невидимыми верёвками по рукам и ногам. Затем ощутила, знакомое прикосновение магии – родной и в то же время чужой. Почувствовала, как ко мне возвращаются силы и шумно выдохнула, когда увидела на руке Даркейна фиолетовый шар. Точно таким шаром, совсем недавно всех пугала Рин. А следом это заклинание полетело в Хлою.