Черный диплом с отличием - Катерина Полянская

– При каких именно обстоятельствах? – выговорила на чистом упрямстве.

Пользоваться голосом было больно. И верх толстовки намок. Я тронула его пальцами – и неверяще уставилась на них. Кровь была красной! В ней сияли серебристые частицы, но основной цвет стал естественным!

И… внутри меня будто что-то таяло.

– Ну-у…

– Когда вы с дамой? – помог Лес.

Глава города не ответил, все же человеку его положения следует беречь репутацию, но мы и так все поняли. Ну или почти все. Лично для меня главное пока оставалось загадкой, но спросить я сейчас не могла, поэтому просто вопросительно уставилась на Леса.

– Это не призрак, – правильно истолковал суть вопроса он. – Подселенная и привязанная сущность.

Подозреваю, специально, чтобы испоганить кое-кому личную жизнь. И в данный момент мне совершенно все равно зачем.

Новый вопросительный взгляд.

– Ни за что не позволю какой-то кошке лишить меня черного диплома, – отрезал Анлестен. – Верена, мне нужна твоя магия. В смысле кровь.

Зашибись.

Мне это все тоже нужно. И еще способность нормально говорить.

Однако он прав, иначе мы можем отсюда не выбраться. Я так точно, потому что потусторонняя гадость почему-то признала врагом номер один именно меня.

Еще раз потерла шею и протянула окровавленную ладонь некроманту. Пользуйся сколько угодно.

Надеюсь, я не могу истечь кровью. Сердце не бьется, организм по-прежнему работает в основном на магии. Но я дышу, и кровь у меня теперь красная. Почти нормального цвета. Вопрос в том, есть ли опасность окончательно умереть… А то на фоне такой перспективы даже любовные страдашки и полная неопределенность с будущим выглядят привлекательнее.

Я не хочу умирать! Снова.

Смочив пальцы в моей крови, Лес попытался еще раз. Наверное, и колдовал по-другому, но я совершенно ничего в этом не понимаю.

– Если Госпожа-Герцогиня пострадает, я вам такой диплом устрою… – предупредил мэр с безопасного расстояния. – Шельер, ты у меня до конца жизни будешь мести улицу возле Академии!

Некромант его, кажется, даже не слышал.

Магия прекрасно работала. Кошка жутко зарычала, царапая когтями пол. Медленно от нее начала отделяться уже знакомая черная тень. Это длилось… и длилось… и все никак не заканчивалось. У меня зверски разболелась голова, а у Леса лоб вспотел.

Поймать очередной мой взгляд, теперь умоляющий, Анлестен сейчас технически не мог. Все его внимание приковалось к кошке. Так что мне просто повезло, что он решил рассуждать вслух:

– Как будто что-то мешает их разделить…

Просто так терпеть боль было скучно, и я попыталась сконцентрировать затуманенное внимание на домашней любимице мэра. Кошка вся расплывалась, казалась большим бело-черным пятном, и лишь одну деталь я видела отчетливо.

– Ошейник, – прошелестела, кажется, вообще неслышно.

Секунда раздумий.

– Похоже на то, – согласился Лес. А потом внес вот вообще неконструктивное предложение: – Ты должна его порвать. У меня руки заняты.

Издевается?!

Сидеть на полу среди мерцающих узоров – для меня уже на пределе возможностей. Но… понятия не имею, что именно колдовал некромант, но у него действительно были задействованы обе руки.

Блин.

Я хочу выбраться отсюда как можно скорее. Только поэтому участвую. Ни по какой другой причине.

– Верена, всего один маленький импульс силы! Очень маленький, – наставлял Лес. – Буду должен. Завтра же куплю тебе модную сумку. Или помаду. Что там еще обычно хотят девушки?

Жаль, что он не может обернуть двоюродного брата в подарочную бумагу, перевязать блестящей лентой и подарить мне.

– Не расплатишься, – шевельнула губами почти без голоса, и на глазах выступили слезы от боли.

Как там Эл учил? Четко представить, что именно должно получиться. Разорванный ошейник. Определить, сколько силы собираешься вложить. Контролировать остальное. Никаких лишних мыслей. Кто б знал, как это тяжело! Ненавижу магию! Не промахнуться бы. Не хватало еще угробить кошку и завалить Лесу экзамен.

Я отпустила импульс. Кажется, из носа тоже пошла кровь.

Кожаная полоска ошейника с громким чпоком лопнула, медальон с грохотом покатился по полу. Кошка заверещала и выскочила в распахнутое окно. Снизу сдержанно выругался мэр. Потустороннее создание тоже попыталось удрать, но Лес был готов.

Сопротивляющуюся тень затянуло в светящееся пятно на полу.

Пока некромант запечатывал проход, я валялась поверх потухших узоров и притворялась самым настоящим трупом.

Очнулась, только когда меня осторожно взяли на руки и куда-то понесли.

Вернее, когда Лес покачнулся под моим весом.

Права мама, пора завязывать с тортами.

Свой высший балл мы получили. Это все, что я помню об окончании вчерашней ночи.

Теперь у меня зверски болело горло, на шее наверняка останется некрасивый шрам и… внутри на одну жизнь меньше. Значит, я на самом деле могла умереть вчера. Если бы была полностью жива.

В целом неудивительно.

Мы продрали глаза ближе к вечеру. Есть я тоже не могла из-за боли в горле, так что Лес сходил в столовую один. Ах да, перед этим ему позвонил Баст и рассказал последние подробности насчет вчерашнего. Оказывается, наш мэр вдовец. А ошейник кошке бывшая теща подарила. Вместе с подселенной сущностью. Чтобы память ее единственной дочери хранил и даже не думал таскать других женщин в дом. Утром старая леди давала объяснения в участке, но поскольку она правда очень старая, ее поругали и отпустили.

Рассказал и передал мне привет. Лес включил громкую связь, и я сама все слышала, только говорить не могла, а шептала так тихо, что Баст меня не слышал.

Потом еще моя мама звонила. И долго орала на Леса за то, что подверг меня опасности. Но подробностей я не знаю, потому что трусливо сбежала в ванную.

Вернувшийся из столовой Лес застал меня возле шкафа. В руках я держала мягкую фирменную вешалку, на которой болталось коротенькое серебристое платье в пайетках. Идеально для вечеринки. И босоножки к нему есть подходящие. Черные, с заклепками, на нереальных каблуках. Слегка смущал только кривой красный рубец на шее, но ничего, должно же во мне быть что-то похожее на зомби.

– Верена, ты куда собралась?! – вытаращился на меня некромант.

Неужели непонятно?

Я выразительно потрясла платьем.

– Нет, – припечатал этот бессовестный мучитель страдающих зомби. – И речи быть не может.

Я еще раз потрясла платьем на вешалке и возмущенно топнула ногой в розовой тапочке.