Мистер Смерть и чокнутая ведьма - Милена Завойчинская

— Могла бы и подождать секунду, — прошептал он мне на ухо. — Я бы ритуальным кинжалом аккуратно надрезал.

— М-м-м!!!

— Я тоже тебя люблю, — сделал он вид, словно не понял. — Пора!

В одну секунду некромант выпустил меня из захвата, невесть откуда вынутым кинжалом надрезал мою руку, поднес ее к своему лицу и слизнул выступившую из пореза кровь.

— Ты-ы-ы!!! — освободился у меня наконец рот.

— Объявляю вас мужем и женой на веки вечные, и даже смерть не разлучит вас! — в это мгновение проговорил глава ВУСВОМа. — Можете поцеловаться.

Я открыла рот, чтобы заорать от злости, но меня немудрено и незамысловато заткнули. Поцелуем.

Нет, я сопротивлялась. Честное ведьминское! Я пиналась, выдиралась, колотила этого… мерзкого англичанина кулаками, но в какой-то момент (сама не поняла, когда именно) сдалась и ответила на поцелуй.

Вот же сволочь все-таки. Никаких нервов не хватает с такой семейной жизнью.

Чуть позднее, когда мое негодование утихло и я смогла осознать случившееся, всё прояснилось.

— Арин, это был единственный способ тебя удержать, — сообщил мне разноглазый тип, который теперь мой муж на веки вечные. — Прости, дорогая, но становиться твоим очередным бывшим я не планировал с самого начала. Ты — моя, и это даже не обсуждается.

— Но… почему так?! — повела я рукой вокруг.

— А разве ты согласилась бы, предложи я тебе заключить магический брак? Я честно выждал два года, которые ты в состоянии вытерпеть, а потом взял всё в свои руки. Терять тебя не намерен.

— Но это же нечестно! Ты обманул меня! Зачем нужно было писать, что якобы ты женишься на другой?

— Чтобы ты приревновала меня, конечно же, — расплылся он в хитрющей улыбке. — Кстати, это придумала моя мама. Она сказала, что ты ни за что не позволишь кому-то другому прибрать меня к рукам и обязательно явишься сюда, чтобы сорвать обряд. Это леди Мортем писала приглашение и записку для тебя. Точнее, текст ее, а писали по-русски под ее чутким руководством.

— Элизабет?! — Я оглянулась. — Ну Элизабет!

Моя свекровь стояла с радостным видом и улыбалась мне издалека. А рядом Белла сидела на спине довольного Еньки и сердито дергала его за уши. Белка явно была возмущена и выговаривала еноту всё, что она думает об их с Мортемом проделках.

— Ксения тоже в курсе, — отвлек меня от созерцания Теодор. — Сказала, что она уже привыкла ко мне и так уж и быть. Лучше зять некромант, чем неизвестный новый простой человек. В общем, и она дала одобрение.

— Авантюристы! — приласкала я их всех.

— Ну что ж поделать, если жена у меня — чокнутая ведьма, которая привыкла сбегать от мужей? — рассмеялся он и обнял меня. — Пришлось действовать радикально и подстраховаться.

(Под утро в квартире Арины и Теодора)

Белка-летяга и енот-полоскун лежали, укрытые разноцветным вязаным пледиком, и шушукались:

— Надо будет через два года придумать что-нибудь еще. А то знаю я Арину, — прошептала белочка.

— Да теперь-то она никуда не денется, — едва слышно отозвался енот.

— Деться-то, может, никуда и не денется, — не согласилась летяга. — Но вдруг заскучает? У нее прямо таймер в мозгах. Два года — бац! — и дурь лезет.

— А давай им ребеночка сделаем? — предложил Евграфий. — Арине как раз через год тридцать исполнится. Уже можно будет забеременеть. Вот как раз через два и малышок появится. Ей не до дури будет с младенцем на руках.

— Знаешь, а давай! — помолчав, отозвалась Белла. — Нужно подумать, как это провернуть. И вот бы им сразу двойню забацать! Крошку ведьмочку и маленького некромантика.

— Ага-а-а, — зевнул енот. — Надо будет поискать в книгах и посоветоваться с тещей и свекровью. Они точно на нашей стороне будут. Обе хотят внуков.

— Не зева-а-ай, — широко открыла ротик белочка. — Каждой по одному тогда. Точно нас поддержат. А еще через два что-нибудь новенькое придумаем.

— Например, можно подстроить, будто Арину похитили, а Теодор ее героически спасет.

— Не-е-е. Он ее один раз уже спасал аки супермен. Пусть в следующий раз она его выручает… от племени амазонок. О!

— Да где ж мы амазонок-то возьмем? Они ж вымерли! — обалдел от полета фантазии своей подруги Енька.

— А неважно, — отмахнулась летяга и завозилась, устраиваясь поудобнее. — Надо будет — найдем. Но это потом, а пока — спать.