Чёрный дом - Стивен Кинг

— Ты уверен, что звонил не Патель?

— Да. У него индийский акцент. А этот тип, что позвонил по911— Дейл, вы его слышали. Так говорит каждый.

— Что происходит? — спрашивает Пэм Стивенc. Онадогадывается, они все догадываются. Вопрос лишь в подробностях. — Чтослучилось?

Поскольку это самый быстрый способ убедить их, чтодействовать надо без промедления, Дейл прокручивает пленку, на этот раз черездинамик.

— Я еду к «Закусим у Эда», — объявляет он в наступившейтишине. — Том, ты со мной.

— Да, сэр! — отвечает Том Лунд. Его буквально трясет отволнения.

— За мной следуют четыре патрульные машины. — Большая частьмозга Дейла не функционирует, превратилась в лед, но инструкции он помнит. «Синструкциями и организацией работы полицейского участка у меня все в порядке, —думает он. — А вот с поимкой маньяка-убийцы ничего не выходит». — Поедетепарами. Дэнни, ты и Пэм на первой машине. Выедете через пять минут после нас.Пять минут по часам, без мигалки и сирены. Чем дольше никто ни о чем не узнает,тем для всех будет лучше.

Дэнни Щеда и Пэм Стивенc переглядываются, смотрят на Дейла.Дейл сверлит взглядом Бешеного Мадьяра Храбовски.

Определяет еще три пары, последняя — Дит Джесперсон и БоббиДюлак. Бобби — единственный, кто ему там нужен. Остальные — только на тотслучай, если, не дай бог, придется сдерживать толпу. Все должны ехать спятиминутным интервалом.

— Позвольте поехать и мне, босс, — молит Арни Храбовски. —Можно?

Дейл открывает рот, чтобы сказать, что Арни ему нужен вполицейском участке, но встречается взглядом с умоляющими карими глазами. И пустьу него забот полон рот, он не может не отреагировать на то, что видит в них.Для Арни большая часть полицейской службы — топтание на тротуаре, когда парадпроходит мимо. «Хорош парад», — думает он.

— Вот что я тебе скажу, Арни. Когда оповестишь всехостальных, позвони Дебби. Если уговоришь ее приехать в участок, отправляйся к«Эду».

Арнольд радостно кивает, и губы Дейла едва не расходятся вулыбке. Он понимает, что к половине десятого Дебби будет в участке, даже еслиБешеному Мадьяру придется тащить ее за волосы.

— А с кем мне ехать, Дейл?

— Приезжай один, — отвечает Дейл. — На своем «понтиаке»,который тебе выделили для борьбы с распространением наркотиков. Но, Арни, еслиты уедешь до того, как в участке появится твоя сменщица, завтра ты будешьискать новую работу.

— О, не беспокойтесь, — отвечает Храбовски, и от волнения,Мадьяр или нет, говорит со шведским акцентом. Что неудивительно, посколькуСентралию, где он вырос, раньше называли Шведским голосом.

— Пошли, Том, — говорит Дейл. — Возьмем только…

— Э… босс?

— Что, Арни? — Подразумевая: «Что еще?»

— Позвонить мне детективам из полицейского управления,Брауну и Блэку?

Дэнни Щеда и Пэм Стивенc фыркают. Том улыбается. Дейл — нет.Его сердце, которое уже в подвале, опускается еще ниже. «Подподвал, дамы игоспода, напрасные надежды слева, утраченные иллюзии — справа. Последняяостановка, все выходят».

Перри Браун и Джефф Блэк. Он про них забыл, смех, да итолько. Браун и Блэк, которые теперь-то точно отнимут у него руководстворасследованием.

— Они в мотеле «Парадиз», — продолжает Бешеный Мадьяр, —хотя фэбээровец вернулся в Милуоки.

— Я…

— И округ, — не унимается Мадьяр. — Не забывайте про него.Вы хотите, чтобы я позвонил медицинским и техническим экспертам? — Навооружении технических экспертов минивэн «форд эконолайн», в котором есть все,от быстро застывающего пластика для изготовления слепка протектора довидеостудии.

Полицейскому участку Френч-Лэндинга такое богатство и неснилось.

Дейл стоит, наклонив голову, уставившись в пол. Они отнимуту него руководство расследованием. С каждым словом Хоабовски он это понимаетвсе отчетливее. И внезапно ему хочется держать все нити в собственных руках.Несмотря на ненависть и страх, которые вызывают у него это дело. Рыбак монстр,но он не окружной монстр, не монстр штата, не монстр федерального бюрорасследований. Рыбак — монстр Френч-Лэндинга, монстр Дейла Гилбертсона, и онхочет разобраться с ним сам по причинам, не имеющим ничего общего с личнымпрестижем и даже с шансами сохранить за собой должность. Он хочет пойматьРыбака, потому что этот монстр покусился на все, во что Дейл верит и что ценитв жизни. Скажи он об этом вслух, его скорее всего не поймут, но это правда.Внезапно он начинает злиться на Джека. Если бы Джек раньше вошел в игру,возможно…

Если бы мысли были лошадьми, нищие ездили бы верхом.

Он должен известить округ, хотя бы для того, чтобы на местопреступления прибыл медицинский эксперт, и должен поставить в известность полицейскоеуправление штата в лице детективов Брауна и Блэка. Но лишь после того, как онсам увидит, что там, на поле за «Гольцем». И что оставил после себя Рыбак. Нераньше.

И возможно, ему удастся взять след мерзавца.

— Обеспечь прибытие всех наших машин с пятиминутныминтервалом, как я и говорил, — приказывает он. — Потом посади Дебби в креслодежурного. Пусть она позвонит детективам из полицейского управления и в округ.— От одного взгляда на недоумевающее лицо Арнольда Храбовски Дейлу хочетсякричать, но каким-то чудом ему удается сдержаться. — Мне нужно время, чтобыспокойно разобраться, что к чему.

— Ага, — кивает Арни, а потом повторяет, когда до негодоходит смысл слов Дейла:

— Ага.

— И больше никому не говори ни о телефонном звонке Рыбака,ни о нашей реакции. Никому. Иначе начнется паника. Ты понимаешь?

— Конечно, босс, — отвечает Мадьяр.

Дейл смотрит на часы. Восемь двадцать шесть.

— Пошли, Том. Нам пора. Время не ждет.

***

Бешеный Мадьяр никогда не проявлял такой прыти, и все идет,как по маслу. Даже Дебби Андерсон соглашается подежурить в полицейском участке.И при этом он не может забыть голос в телефонной трубке. Грубый, скрипучий,практически без акцента, голос этот принадлежал человеку, всю жизнь прожившемув этих краях. Голос как голос, а не выходил из головы.

Бешеного Мадьяра не задело, что говоривший обозвал егоподтиральщиком. Субботним вечером в баре могли обозвать и похуже. Не дают покоядругие слова. «Кнуты в аду и цепи в преисподней. Имя мне — легион». Понятнопочему. И аббала. Что такое аббала? Арнольд Храбовски не знает. Ему толькоизвестно, что от одного этого слова по коже бегут мурашки. Словно это слово изтайной книги, которой пользуются, чтобы вызвать демона.