Голос Рыка - Сайфулла Мамаев

– Рыков здесь?! – воскликнул Сериков. – А где он?

Управляющий широким жестом пригласил Кока-колу следовать за собой. Он подвел его к дверце и, распахнув ее, показал на пленника.

– Вот ваш… больной!

Сериков взглянул на пленника. Перед ним, развалившись в кресле, спал совершенно незнакомый парень.

Он с недоумением посмотрел на менеджера казино, явно ждавшего похвалы.

– Это кто? – спросил Николай Николаевич. – А Рыков где?

– Так вот же ваш Рыков! – управляющий почувствовал, как у него задергался правый глаз. Что за идиотский день сегодня? – Ваш директор его узнал… Он и сам так себя называл!

– Но это не он! – воскликнул Сериков, закипая. – Я же хорошо знаю…

Тут Кокакола чуть не прикусил язык. А вдруг Должанский что-то задумал, а он стоит здесь умничает и все портит?

– Хотя, если его поставить на ноги, то, мне кажется, он будет похож на Рыкова! – стал изворачиваться Сериков. – Да, точно, как же я это сразу не сообразил!

Менеджер прекрасно понял, что перед ним ломают комедию, но спорить не стал. Чем быстрее все это закончится, тем быстрее в казино вернется спокойствие.

– Ну тогда забирайте его, – сказал он. – Только выносите через служебный выход, я вам сейчас покажу дорогу.

* * *

В комнату голема Должанский влетел на брюхе. Вернее въехал, скользя на животе. Ему помог пинок Родиона. Боевики вошли следом.

– Боже, какие люди! – издевательски-радушным тоном протянул Руслан. – Спасибо, Георгий, посидите у себя! Вы нам пока не нужны! Пока…

Бородач кивнул и вышел. Митяй и Родион – за ним.

– Ну что, козел, доигрался? – Уколов сел на кушетку с гнутыми резными ножками. Голова лежащего генерального директора оказалась как раз у его ног. – Власть почуял? Командовать захотел?

– Господи, Руслан, все же не так! Совсем не так! – простонал Должанский, не вставая с пола. – Простите меня, если я в чем-то провинился, но, клянусь, я не сделал ничего такого, за что вы меня так… наказываете!

– А зов на президента кто направил? – Голем закинул ногу на ногу и подался вперед. – Мразь, власти захотелось? Президентом покомандовать решил? Императором хочется стать? Вадим Первый… Недоделанный! А что? Звучит!

– Да нет же! – Вадим Александрович попытался встать, но, получив каблуком в ухо, ойкнул и прижался к полу. – Прошу вас, не бейте! – залепетал он, плача. – Умоляю, выслушайте!

– Так ты же не говоришь ничего! – удивился Руслан. – И кто тебя бьет? Бить тебя позже начнут… Если не расскажешь обо всем, что натворил.

– Я вынужден был прик… попросить президента помочь поймать Рыкова! Этот программист совсем вышел из-под контроля! Зов на него не действует, а сам он терроризирует весь завод. Но самое страшное, что он может привлечь ненужное внимание к предприятию. Рыков уже встречался с журналистом, который пишет всякие гадости про нас. Они и сегодня должны были встретиться, но я им помешал. В казино…

Должанский говорил ту смесь полуправды и полулжи, которую невозможно было проверить, но которая могла спасти ему жизнь.

– Наш завод три дня лихорадило! – продолжал он. – Столовую разнесли, яму выкопали…

– Так-так, значит, у вас самовольщик-трансформер, а вы молчите?! Прекрасно! Вот ты уже один шаг в могилу и сделал. Посмотрим, будет ли второй… Когда ты узнал о самовольщике?

– Им Зырянов занимался! – Вадим Александрович искал, на кого переключить гнев Бронзового. – Это он все намутил! И меня в заблуждение ввел!

– А охрана твоя чем занималась? – пренебрежительно спросил Руслан. – Травку курили?

– Нет, они тоже пострадали! Зырянов все время помогал самовольщику, а потому тот такое творил… У меня пять или шесть человек сошли с ума! Можешь проверить, они лежат на дурке. Двое мертвы, один в тяжелом состоянии в больнице, – тараторил Должанский, почти не останавливаясь и не делая пауз. Вадим Александрович видел свое спасение только в количестве сказанных слов.

– А зама своего зачем… раствором залил? Он тоже с ума сошел?

– Так ведь Зырянов этот зам и есть! Это он все безобразие организовал и сам же руководил им! Он же программировал и включал зов! И это несмотря на мой прямой запрет! Это могут все замы подтвердить! Проверь, я не вру! – завопил Вадим Александрович. – Он же и программировал Рыкова, который в бега ушел1 А потом усилил зов, чтобы продолжать контролировать самовольщика! А нам всякие сказки рассказывал!

– Слушай, ты хоть сам себе веришь? – Лицо Уколова исказила кривая ухмылка. – Что ты мелешь? Как мог один человек такое сделать? А ты где был?

– Руслан, Зырянова меня заставил взять Бин! Еще когда завода в помине не было! Сам пойми, после этого он не очень-то считался со мной. Творил, что хотел. Без зазрения совести занимался тем, что устраивал заводу крупные неприятности. И если бы я не пресек его действия, ситуация могла выйти из-под контроля.

– Врешь!

– Нет! – завизжал генеральный. – У меня свидетели есть! Прошу, не верь мне, а просто проверь! Спроси у замов, кто запрещал ему запускать зов? Который он все равно включал! Кто организовал нападения на завод? Причем нападали наши же рабочие. Те, которые прошли обработку. А вы сами знаете, что я не имею… не имел доступа к программатору! Это все Зырянов творил!

Руслан задумался. То, что говорил этот червяк, ломало все представления о его виновности. Пожалуй, нужно звонить Бину, пусть он принимает решение.

Голем набрал номер.

– Золотой? – начал он. – Это я, Руслан! Прости, что в такое время, но тут у меня гость… наш великий директор. Он сообщает интересные веши, послушай, пожалуйста!

– А сам не можешь разобраться? – недовольно проворчал Бин, хотя на самом деле был доволен, что Бронзовый понимает, кто должен принимать решения. – Ну давай этого слизняка.

Вадим Александрович взял трубку так, словно его посадили в адский котел и дали в руки тлеющую ветошь. И горячо, и бросить нельзя, вспыхнут сухие дрова под котлом.

Рассказ его был краток, но содержателен. Начав с того, что Зырянов превратил завод в свой гарем, а раствор «Авиценны» использовал как ключ, чтобы добиваться от женщин покорности, Должанский раскрыл весь план ненавистного зама. Как сам он понимал этот план, конечно. Но картина получилась убедительная. И теплеющий взгляд Руслана, и четкие уточняющие вопросы Золотого голема показывали, что Вадим Александрович избрал верную тактику. Ему даже дали возможность подняться с пола и встать на колени.

– А где этот ваш беглец… Рыков? – наконец спросил Бин.

– Так я же его взял сегодня!

Должанский чуть не плача поведал о том, как его в наивысший момент триумфа вырвали из казино и привезли к Руслану. В ответ послышались проклятья. Витиеватые выражения явно нерусского происхождения – ничего похожего на мат – свидетельствовали о том, что собеседник скорее всего родом с Аравийского полуострова. Но чистая, без малейшего акцента, русская речь нанимателя и истинного владельца ФАЗ-МО сбивала с толку. Вадим Александрович встречался с Бином не раз, но до сих так и не понял, с кем имеет дело. Голос тихий, спокойный, речь правильная, образование явно превосходное… а глаза презрительные и холодные. Наверное, так смотрит лев на свою дичь, решая, пообедать ему сейчас или дождаться настоящего аппетита. Как бы то ни было, а в том, что его собеседник – человек важный, сомневаться не приходилось. Лишним доказательством этого было поведение Руслана. Принимая трубку от Должанского после объяснений с начальствующим големом, Бронзовый на мгновение благоговейно замер и лишь потом заговорил.