Цена слова - Елизавета Шумская

– То есть из ее земель идешь?

– Почти.

– Ты сказала, что вокруг полно людей Анкела, – подозрительно прищурилась знахарка. – Так как же ты прошла?

Девушка вдруг усмехнулась, недобро, но очень довольно.

– Я – страх. Ночной страх. Нет сил, что могут меня остановить, не пустить или удержать. – Она произнесла это совершенно спокойно, словно сообщала, что в конце недели намечается потепление. Или что-то подобное. Однако одновременно с этими словами в голову юной чародейки пробрались образы. Их было много, но одно их объединяло: они были полны ужаса. Того, что испытывают в ночных кошмарах. А нет людей, которые никогда не изведали чего-то подобного. Страха, беспомощности, отчаяния, потерянности – всего того, чего мы боимся, но в чем редко признаемся даже себе. И не из-за того, что хотим казаться храбрее или сильнее, а потому что даже думать об этом неприятно, а разбираться в себе еще и сложно, больно, страшно. Вот и сидит в нас этот страх – у каждого свой. Иногда даже сами не знаем, что он в нас есть. В голове Ивы пронеслись сейчас эти образы – погони, кровь, голод, одиночество, смерть, люди, звери и какие-то непонятные существа мелькали в ее сознании. Кто-то кричал в ужасе, из кого-то хлестала кровь, иной склонялся над телом любимого ребенка, другого связывали и поджигали, кто-то брел по пустой улице, пытаясь дозваться хоть кого-нибудь, но ответом ему было лишь поскрипывание полуоторванных ставен. Кого-то било холодом, а кто-то не мог оторвать от земли ноги, хотя опасность с каждым мигом приближалась огромными прыжками. Кто-то слышал обрывающие все надежды слова отца, а кто-то читал письмо, в котором аноним сообщал, что любимая ему неверна. Но чаще это были какие-то неясные и смутные видения, общими в которых являлись лишь чувства – сильные и жестокие. Такие режут душу и заставляют даже сильных людей превращаться в испуганных и жалких существ.

Сейчас Иве дали все это почувствовать – не полностью, иначе бы она не выдержала. Это было похоже на образ в зеркале или краем уха услышанную мелодию, но и намека было более чем достаточно.

Знахарка вздрогнула и тут же обняла себя за плечи.

А незнакомка молча, с абсолютно безразличным выражением лица наблюдала за травницей. Чародейка наткнулась на ее непроницаемый взгляд. Посланница Катерины словно ждала от нее какой-либо реакции, хотела по ней что-то для себя выяснить.

– Но почему же ты служишь Кошке? – Губы еле шевелились. Знахарка даже и не думала, что такое возможно. Что страх, ночной кошмар способен принять такую форму, более того – даже выполнять чьи-то поручения. Неужели Катерина настолько сильна и даже такие существа подчиняются ей?

Ее собеседница же только скривила губы.

– Когда-то мы все были людьми. И мне было кого защищать. Близкие – наша самая большая слабость. Любовь, и это не новость, делает нас уязвимыми. А в некоторых случаях и всесильными. Но ни то ни другое не вечно. Даже любовь.

И вдруг она хлопнула по коленям, отчего Ива вновь вздрогнула. Поднялась, убрала чашку в сумку и веселым тоном произнесла как ни в чем не бывало:

– Засиделась я тут с тобой. Указания ты получала, так что моя миссия выполнена. Пора и честь знать, – и, переступив через камень, на котором до этого сидела, направилась к выходу. Правда, внезапно остановилась. Помолчала и добавила уже совсем иным тоном: – Пахнет сиренью…

– Да… – Это было невозможно, но Иве казалось, что она и правда чувствует этот запах. Казалось, с чего бы? Не травень же, но…

Девушка-страх обернулась:

– Говорят, ею пахнет смерть…

«Последний подарок земли. Нечто прекрасное…» – пронеслись в голове неизвестно чьи мысли.

И она ушла. Просто развернулась и ушла. Магические стены не стали ей преградой.

Ива же нескоро, но нашла в себе силы усмехнуться ей вслед.

– Они подходят, мой господин…

Анкел кивнул. Он и сам уже чувствовал приближение армии оборотней.

– Наши войска на позициях?

– Как оговорено.

– Перевалы, тропы?

– Мы с утра проверили – не пробраться. Маги на славу потрудились.

– А их колдуны не смогут это исправить? Оборотни слишком любят нападать с флангов и тыла.

– Наши маги говорят, что если сделать такую попытку – в том числе и нам – лавины пойдут. Завалит всех. И нас, и Кошек.

Анкел удовлетворенно прикрыл глаза. Потом вновь поднял веки и уставился странными, слегка похожими на рыбьи глазами на одного из своих ближайших помощников. Он ни капли не сомневался в нем. В конце концов, тот тоже прошел через Таэцкую долину. Но сейчас хотел услышать подтверждение одного вопроса.

– Все сделано, Анкел, – кивнул тот. – Я по-прежнему думаю, что это слишком опасно, но все готово.

– Это просто жадность. – Уголки губ мага чуть дрогнули, что означало усмешку.

– Должно же было во мне хоть что-то человеческое остаться, – поддержал тот шутку. – При всем этом я думаю, что, несмотря на опасность, это неплохой ход, если все пойдет наперекосяк. Ты уверен, что Кошки имеют какой-то козырь в рукаве?

– Или козырь, или какой-то план, который мы не просчитали.

– Понятно, – еще один наклон головы, – но меня больше беспокоит то, что в бою, по большей части, будут участвовать вейорки. Выстоят ли они против Кошек?

– Мы же их усилим магией.

– Ты усилишь, – недовольно поправил помощник. – Не забывай об этом. Только ты это можешь сделать. Наша магия для них не более чем пожелание удачи. А обеспечить им должный уровень способен только ты, их создатель.

– Мы это уже обсуждали. Я смогу это сделать.

– Я знаю. Меня беспокоит то, что только от одного человека зависит все.

– Как и у Кошек. Если убрать их Главу, то угроза с их стороны сойдет на нет.

– В прошлый раз тебе это удалось. Но тогда ты мог отвлечься от битвы. В ней участвовали ранияры. А сейчас они спят. Кроме тебя, с Кошкой никто не справится.

– Увы. В этом бою придется воевать армиям, а не их предводителям. – Анкел качнул головой, словно в такт своим мыслям. – Мы перекрыли ей все доступы ко мне, к замку. Посуди сам…

Земли Анкела, его замок были действительно неплохо защищены. С одной стороны – территория враждебного Кошкам государства, с другой – горы и болота, с третьей располагались земли, где спали те существа, созданием которых прославился маг. Пройтись по этим землям сейчас означало разбудить их, то есть выпустить тварей, которые в этом случае будут совершенно неуправляемы и, как большинство безумцев, очень сильны. Помимо этого вырвутся те же ранияры, которых так боялись Кошки. И если местное население из окружающих эту довольно большую территорию деревушек знало, как пережить незапланированное пробуждение созданий Анкела (были уже прецеденты. Единственный способ выжить в таких ситуациях – спрятаться в глубоком погребе с крепкими люками), то вряд ли Кошки смогут воспользоваться подобным методом.