Алебардист - Владимир Кучеренко

Бордово-фиолетовая ворона размером с теленка, издающая звуки двигателя на реактивной тяге, добралась до нас первой. За пару шагов до столкновения она обернулась клыкасто-сисястой вампиршей с алыми губами, в вишневом глубоко декольтированном корсете и длинном плаще из сиреневых перьев. Яркая внешность и соблазнительные формы не произвели на нас должного эффекта, поэтому дама сдохла тоже первой. Каталина ловко чиркнула по протянутой длани кинжалом, а я тупо разрубил птицу-девицу пополам.

Вторым доскакал одинокий предводитель скелетов, но не на мертвом костяном коне, как встречавшийся нам ранее подобный индивидуум, а на исполинском хитиновом и вполне живом богомоле. Где бедняга растерял свою гвардию и не приложил ли к этому лапы его диковинный транспорт, выяснять мы не стали.

Скелета я укокошил по знакомой схеме (плашмя по лбу Синим Носорогом) и ничуть не удивился выпадению с него дубликата беззубого черепа. Поднимать предмет не имело смысла — нам хотя бы один клубок завершить. Да и времени на это не было, потому как подползала кобра величиной санаконду.

— Определенно у программиста, ответственного за фауну данной области, комплекс неполноценности, — поделился я подозрениями с соратницей.

Но лучница ничего не ответила, так как полностью сосредоточилась на насекомообразном питомце. Каталина и богомол с переменным успехом кромсали друг друга, пока я не вмешался и уже острыми краями алебарды решил вопрос в нашу пользу.

— Тс-с, — обидевшись на то, что на нее не обращают внимания, зашипела за спиной змея и зашаталась в знаменитой стойке.

Пока раздувшая капюшон гадина выбирала, на кого напасть сначала, а кого оставить на потом, я, не особо заморачиваясь, снес огромную башку с раздвоенным языком, после чего подзадорил напарницу:

— Вот так-то! Мы не лыком шиты — повоюем еще!

— А то! — подмигнула в ответ тезка собственного чара, хотя тоже отчетливо понимала, что на этом наше победоносное шествие подошло к концу и сейчас нам отплатят сполна.

И все равно человек — такое существо, которое будет трепыхаться до последнего. А посему, не дожидаясь, покуда очередные мобы перехватят инициативу, я выстрелил в ближайшее Око Зла, потом в дальнее.

Первая игла вонзились в черную зеницу до того, как глазище успел моргнуть щитами. Уже знакомое верещание приятно огласило окрестности. Но в крике обескураженного монстра присутствовали и новые нотки — он возмущался! Еще бы — полоска жизни убавилась почти на четверть. Вероятно, по мнению чудища, такая букашка, как я, не должна наносить столь ощутимые повреждения. Ха! Лети поближе, моя пушка на плюс двенадцать объяснит, в чем тут загвоздка. Эх, жаль, что зарядов так мало и нет «автоматическо ведения огня», а то бы всем на этой полянке досталось!

Вторая дистанционная атака, увы, не увенчалась успехом — заостренный стальной прут попал в бронированное веко. Поскольку с перезарядкой алебарды туго, а последний «патрон» особой роли уже не сыграет, я решил его не тратить попусту и приготовился к рукопашной.

РБ почему-то подключаться к драке не спешил. Точнее, не спешила, ибо существо обладает признаками женского пола. Этакая добродушная пожилая дама с иссохшими костлявыми пальцами, в балахоне окраса ночи, с неприятно поблескивающим в лунном свете сельскохозяйственным орудием для скашивания травы и злаков. Из-под капюшона леди босс с незатейливым именем Хозяйка Тьмы недобро поблескивают глубоко впавшие органы зрения. Глаза карги вразнобой меняют колер и в определенный момент бытия имеют то голубой с зеленым, то красный с желтым, то пурпурный с черным цвета. «А палитра-то, как у Очей Зла!» — заметил я интересную связь.

Свита рейдового чудовища представляет собой девять ее миниатюрных копий. Коэффициент соотношения крохотных воплощений смерти к оригиналу навскидку равняется где-то пяти сотым. Старушки кружат хоровод, оберегая начальницу, имеют аналогичную «двухлампочную» цветомузыку в головках и, что несказанно радует, без одобрения госпожи тоже трогать нас не торопятся.

«Может, все-таки не задела их Каталина и сюда ведьмы не за компанию прилетели, а просто маршрут их движения через эту полянку пролегает? Сейчас мы с напарницей расправимся с черноглазыми, освободим место, и Хозяйка Тьмы дальше отправится», — «любовался» я главным врагом с зародившейся робкой надеждой на благоприятный исход.

— Похоже, твоя стрела пролетела мимо рейд-босса. Если так, то он не опасен и остались только Очи Зла, — поделился я догадками с Каталиной и велел: — Бери то Око, у которого меньше здоровья, а я другого поковыряю.

— Лады!

— Только осторожнее, не смотри ему в глаз, — предупредительно скаламбурил я.

— Тогда не загипнозит, что ли? — уточнила эльфийка.

— Понятия не имею. Но на всякий случай не пересекайся с ним взглядом.

— О'кей! — кивнула подруга по несчастью и испуганно вскрикнула: — Змея ожила!

Действительно, гигантская кобра вырастила взамен утраченной головы две новых и собирается отомстить. Но это еще не все — вампирша тоже срослась и угрожающе обнажила клыки.

— Не отвлекайся. Сам разберусь с ними! — пообещал я и одним критом скосил сразу и хладнокровную, и кровососущую гадину.

Но через пару секунд у первой раздулись уже четыре капюшона. Блин, знал бы, что такие дела, — какого-нибудь пета-мангуста приобрел. Вторая поверженная также упорствовала моим попыткам отправить ее в мир иной, правда, с чуть запоздалой регенерацией по сравнению с ядовитой заразой. А на эту осинового кола не хватает!

После следующего отсечения на хвосте кобры шипело уже восемь пастей с длинными раздвоенными языками. Вампирша же, прежде чем проворонить третьего «дровосека» и очередной раз выбыть на скамейку запасных, успела чиркнуть по моим доспехам скрюченным ноготком. На качественной гномьей стали осталась глубокая искрящаяся борозда.

Нет, надо кардинально изменить тактику! Ибо шестнадцатиглавую змею я еще худо-бедно одолел, а вот тридцать две ядовитые башки уже не потяну — обязательно какая-нибудь ужалит. Да и с другой ярой представительницей Мира Бессмертных — красоткой из фильмов ужасов, так и норовящей раздеть меня путем разрезания брони на железные лоскуты и жаждущей впиться в мою привлекательно пульсирующую шею, тоже пора заканчивать, не то Каталине самой туго приходится с двумя… О нет!

По шоколадным глазкам девушки расползлась чернота, поглотив не только радужную оболочку, но и белки. На милом, улыбчивом прежде лице эльфийки застыла перекошенная недобрая гримаса. Б-р-р, у меня будто кто-то с жутко холодными босыми ступнями промчался вдоль позвоночника и обратно. Ночь, заполнившая пространство между ресницами и разум Каталины, превратила ее в зомби. Только не в привычного тормознутого, а очень опасную и виртуозно орудующую кинжалом штучку.

Надо ли говорить, что загипнотизированная союзница набросилась на меня с диким остервенением? Конечно, грех на нее за это обижаться, но почему мне кажется, что сейчас подружка лупит меня активнее, нежели до этого тыкала мобов?