Железное испытание - Кассандра Клэр

– Я не хотел… – забормотал он. – Это вышло случайно…

– Встань! – рявкнул Враг. – Встань, Коллам Хант, и посмотри мне в глаза.

Колл медленно поднялся и встретился взглядом с мужчиной в серебряной маске. Мальчика била крупная дрожь, его трясло от боли в ногах и напряжения во всем теле, а также от страха, адреналина и дикого желания броситься бежать. Лицо Врага скривила гримаса ярости, его глаза блестели от гнева и печали.

Колл хотел открыть рот, сказать что-нибудь в свое оправдание, но не нашел слов. Дрю с потухшими глазами лежал неподвижной куклой на полу, усеянном осколками от взорвавшегося стеклянного сосуда. Он был мертв, и в этом была вина Колла. Ему нечего было сказать, нечем было оправдаться. Перед ним стоял Враг Смерти, в прошлом уничтожавший целые армии. Едва ли жизнь одного мальчишки заставит дрогнуть его руку.

Колл выпустил рукоять Мири. Впереди ждало неминуемое.

Сделав глубокий вдох, он приготовился умереть.

Он надеялся, что Тамара и Аарон смогли благополучно миновать Охваченных хаосом, вылезти в окно и сейчас были уже на пути назад в Магистериум.

Он надеялся, что, раз Хэвок тоже был Охваченный хаосом, Враг не будет с ним слишком жесток из-за того, что волчонок не был кровожадным псом-зомби.

Он надеялся, что отец не сильно разозлится на него, что, отправившись в Магистериум, Колл все-таки погиб, как он и предсказывал.

Он надеялся, что мастер Руфус не передумает насчет Джаспера.

Маг подошел уже достаточно близко, чтобы Колл мог чувствовать тепло от его разгоряченного дыхания, разглядеть кривую линию рта, заметить блеск в глазах и то, что его всего трясло.

– Если ты собираешься убить меня, – сказал Колл, – то валяй. Вперед.

Маг поднял трость и… отшвырнул ее в сторону. Он упал на колени и ударился головой об пол, словно хотел вымолить у Колла прощение. И он на самом деле зашептал хриплым прерывающимся голосом:

– Господин, мой господин… Молю тебя простить меня. Я был слеп.

Колл изумленно воззрился на него. О чем это он?

– Это проверка. Проверка моей преданности и послушания. – Враг судорожно вздохнул. Было видно, что он держится из последних сил. – Если ты, мой господин, решил, что Дрю должен умереть, значит, его смерть послужит великой цели. – Слова словно застревали у него в горле, и ему приходилось с болью выдавливать их из себя. – Теперь я тоже заинтересован в успехе нашего общего дела. Мой господин мудр. Мудр, как и всегда.

– Что? – не выдержал Колл. Его голос дрожал. – Я ничего не понимаю. Твой господин? Но разве ты не Враг Смерти?

К полнейшему ужасу Колла, маг поднял руки и снял серебряную маску, явив ему свое лицо. Старое морщинистое лицо в шрамах. Оно казалось странно знакомым, но оно принадлежало не Константину Мэддену.

– Нет, Коллам Хант. Я не Враг Смерти, – сказал он. – Враг Смерти – ты.

Ч-чт о? – зап нулся Колл. – Кто ты? Почему ты мне это говоришь?

– Потому что это правда, – ответил маг, не опуская маску. – Ты Константин Мэдден. И если ты присмотришься ко мне получше, то вспомнишь, как меня зовут.

Губы мага, продолжающего стоять на коленях перед Коллом, скривились в горькой улыбке.

«Он сумасшедший, – подумал Колл. – Это точно! То, о чем он говорит, не имеет никакого смысла».

Но он не мог отрицать, что это лицо было ему знакомо – Колл уже видел его раньше, по крайней мере на фотографиях.

– Ты мастер Джозеф, – сказал Колл. – Ты учил Врага Смерти.

– Я учил тебя, – поправил его мастер Джозеф. – Ты разрешишь мне встать, господин?

Колл ничего не ответил. «Я в ловушке, – лихорадочно думал он. – Я в ловушке в компании сумасшедшего мага и трупа».

Приняв его молчание за согласие, мастер Джозеф с трудом поднялся на ноги:

– Дрю сказал, что твои воспоминания утрачены, но я не мог в это поверить. Я думал, что когда ты увидишь меня, когда я расскажу тебе правду о том, кто ты такой, ты что-нибудь вспомнишь. Но это не важно. Пусть ты ничего не помнишь, но я уверяю тебя, Коллам Хант, та искорка жизни – душа, если хочешь, – все, что управляет твоим телом, этой оболочкой, принадлежит Константину Мэддену. Настоящий Коллам Хант умер еще в младенчестве.

– Это бред, – пролепетал Колл. – Такого не бывает. Нельзя просто взять и поменяться душами.

– Ты прав, я бы не смог, – подтвердил маг. – Но ты можешь. Ты позволишь, господин?

Он протянул ему руку. У Колла ушла секунда, чтобы сообразить, что он спрашивает разрешения взять его ладонь в свою.

Колл понимал, что не должен касаться мастера Джозефа. Существовало множество разновидностей магии, которые накладывались через прикосновение: тот же принцип, когда, сблизившись со стихией, ты мог вобрать в себя ее силу. Но пусть все, о чем говорил мастер Джозеф, звучало безумно, его слова не давали Коллу покоя.

Нехотя он поднял руку, и крупные, покрытые шрамами пальцы мастера Джозефа сжали маленькую на их фоне кисть Колла.

– Смотри сам, – прошептал он, и Колла словно пронзило током. Перед глазами возникла белая пелена, вдруг превратившаяся в своего рода экран в кинотеатре, по которому кто-то пустил нарезку из сцен.

Он увидел голое поле и две воюющие армии. Шел магический бой – сражающиеся подрывали противников огненными залпами, стреляли ледяными стрелами и сбивали их с ног бешеными порывами ветра. Колл заметил несколько знакомых лиц: мастера Руфуса, только значительно моложе, Лемуэля-подростка, мать и отца Тамары, а во главе их, оседлав огненного элементаля, была Верити Торрес. Она бросилась в атаку, раскинув руки в стороны, и из ее ладоней вырвались сжиженные черные клубы магии хаоса.

Мастер Джозеф вышел вперед, держа в руке что-то тяжелое, напоминавшее хищную лапу с выпущенными когтями и поблескивавшее медью. Маг вызвал порыв ветра, и «лапа» взлетела и сжалась на горле Верити.

Девушка завалилась на спину. В воздух брызнули струйки крови, а огненный элементаль, который вез ее на себе, взвыл и подался назад. Из его когтей вырвалась молния, она ударила в мастера Джозефа, и тот упал. Серебряная маска сместилась, и стало видно его лицо.

– Это не Константин! – закричал хриплый голос. Голос Аластера Ханта. – Это мастер Джозеф!

Новая сцена. Мастер Джозеф стоял в комнате из красновато-оранжевого мрамора. Он кричал на группу магов, съежившихся под его гневом:

– Где он?! Я вас спрашиваю: что с ним?!

Из открытой двери послышалась тяжелая поступь нескольких пар ног. Маги разошлись, давая дорогу четырем Охваченным хаосом, несущим чье-то тело. Тело совсем еще молодого парня со светлыми волосами. В груди зияла глубокая рана, вся его одежда пропиталась кровью. Четверка опустила юношу на пол перед Джозефом.