Загадка для гнома - Крис Райландер

Ари медленно прошла через толпу, израненная, перепачканная, истекающая кровью. Она взобралась на насыпь вокруг кратера, улыбнулась мне и бросила свой топор (который выковала собственноручно много лет назад) в озеро лавы. После этого она сняла всю свою амуницию и бросила её следом. А затем молча спустилась и отошла в сторону.

Несколько мгновений спустя на край кратера вскарабкалась Ликси и тоже скинула своё оружие в огненное озеро. Лейк, Иган, Тики и Пламялис сделали то же самое. За ними потянулись и остальные воины.

Вскоре образовалась целая очередь, в которой все – и гномы, и эльфы – швыряли свои орудия разрушения в кипящую лаву. Я даже видел, как к ним присоединились Данмор и старейшины. Многие из Верумку Генус (причём не только эльфы, но и монстры) вернулись – и даже они решительно избавлялись от своего оружия. И никто не протискивался вперёд и не пытался влезть без очереди. Наоборот, люди и твари уступали друг другу место, хотя и отпускали шуточки по этому поводу.

После того как десятки тысяч орудий смерти и разрушения были переплавлены в жидкий металл, остался только Эдвин. Он по-прежнему стоял, сжимая свой меч.

Затем взглянул на меня и безмолвно поднялся по склону.

Остановившись передо мной, Эдвин посмотрел мне в глаза и ухмыльнулся:

– А лавко это у тебя получилось.

Пока я смеялся над его тупым каламбуром, он повернулся и бросил меч Андурил в озеро лавы.

Толпа, окружавшая нас, проводила его ликующими воплями.

И это положило начало новому миру.

Миру без войн, разрушений и жестокости. Миру, в котором содружество, покой и доброта возобладали над всем.

Миру, где эльфы и гномы ходили под ручку с орками, гоблинами, троллями и блобами.

И мы жили долго и счастливо, улыбаясь солнышку, сиявшему нам день ото дня.

Конец[27].

Ну вот, а теперь вам придётся решить, что вы за человек.

Вот именно, вам придётся решить. Не важно, где вы родились, кто ваши родители и кто вы по происхождению. Вам придётся выбрать путь, по которому пойти.

Усекли?

Ну и отлично.

Если вам понравилось то, как это закончилось для меня, Эдвина и всех нас, то закрывайте эту книжку прямо сейчас и никогда не берите её в руки снова (только если не захотите поспорить с другом о том, какая она замечательная (отвратительная), или чтобы использовать её вместо подставки под горячее, и всё в таком духе). Если вам нравится всё как есть, то не читайте дальше.

А вот если вы смотрите на жизнь как гномы из этой истории и хотите знать ДРУГУЮ концовку (или, если хотите, НАСТОЯЩУЮ концовку, это как посмотреть), то тогда продолжайте читать. Но я должен вас предупредить. В ней всё не будет таким миленьким, радостным и обнадёживающим. И потому, если вы относитесь к первому типу и всё ещё читаете это, я снова прошу вас не читать дальше и пойти прогуляться.

Но если вы из тех, кто хочет, чтобы всё было реалистично, что ж, читайте дальше. Я вас предупредил, и вы самостоятельно приняли это решение. Встретимся на следующей странице.

И не говорите, что я вас не предупреждал.

Конечно же, всё закончилось совсем не так.

В жизни всё работает по-другому.

То есть я, конечно, бросил Кровопийцу в озеро лавы, где он моментально и бесповоротно расплавился.

Я действительно произнёс мотивационную речь.

Но дальше всё случилось немного по-другому. То, что случилось дальше, было гораздо более по… гномьи, по-другому не скажешь.

Так вот что произошло дальше.

После того как я бросил Кровопийцу в озеро лавы, я повернулся и посмотрел на застывшую толпу. Я набрал побольше воздуха и начал славную, героическую речь, которая должна была всё изменить.

– Я призываю вас сделать то, что сделал я, – крикнул я в толпу солдат. – Оружие создано лишь для одной цели: убивать. Вы можете сказать, что и ради обороны…

– Именно это я и скажу! – выкрикнул кто-то. – Я держу этот меч только на тот случай, если мне придётся защищать свой дом и семью от монстров. Именно этим я сейчас и занимаюсь!

Я вздохнул.

– Да, вы правы, – сказал я. – Но оно было создано для того, чтобы убивать и…

– Точно. Создано для того, чтобы убивать того, кто пытается убить тебя! – поддержал другой голос. – Парень, мне очень не хочется произносить этого вслух, но мы бы все были сейчас мертвы, если бы не оружие, которое ты только что уничтожил.

– Знаю, – крикнул я в ответ, начиная заводиться. – Но я хочу сказать, что если бы оружия вообще никогда не существовало, то мне бы и не потребовалось моё!

Затем наступило короткое молчание. Потом маленький гномий воин, с виду не старше меня, выступил вперёд. Я уж было решил, что он поднимется и через силу выбросит свой меч в огонь, спровоцировав цепную реакцию, которую я ожидал.

Но вместо этого он громко фыркнул.

– Да будет мне позволено сказать, – произнёс он достаточно вежливо, учитывая, что начал он с фырканья. – Мне нравятся твои доводы, Грегдруль. В теории. Но на практике это не сработает. Потому что оружие существует, и с этим приходится считаться. Нам этого не переменить. Ты прав: здорово было бы жить в мире, где его нет вообще. Но это уже невозможно. Оно уже есть, и нет никакого способа заставить всех его уничтожить. Что-то подобное требовало бы большой решимости. То, о чём ты просишь, просто невыполнимо. Спасибо за внимание.

Многие поддержали его убедительные доводы аплодисментами.

– Ладно, я вас услышал, но мир может стать лучше, чем сейчас! – выкрикнул я. – Мы ведь все можем…

– Нет, не можем! – перебил меня ещё кто-то. – Мы уже кровью доказали, что вечно совершаем ошибки. Никто не идеален, и мир таким никогда не будет.

– Ради бороды Одрика, я тут пытаюсь толкнуть героическую речь! – крикнул я. – Хватит меня перебивать!

Но было слишком поздно. Толпа заволновалась и загомонила, а между некоторыми солдатами уже вспыхнули ссоры.

И тут рядом со мной возник Эдвин.

Я решил, что он пришёл, чтобы избавить меня от унижения. Может быть, «голова с плеч» было лучшим решением. Но вместо этого он стукнул кончиком меча Андурила по земле. Отчего земля содрогнулась и во все стороны полетели искры. Это мгновенно усмирило толпу.

– Позвольте вам всем напомнить, – прогрохотал он своим от природы повелительным голосом, – что Грег сегодня спас ваши жизни. Он – герой! И мы обязаны хотя бы выслушать то, что он скажет!

Теперь вся толпа снова готова была меня слушать.