Метро 2033. Обмануть судьбу - Анна Калинкина

И Айрону, сперва все рвавшемуся куда-то бежать – то ли поглядеть на тело и убедиться в смерти Валентины, то ли искать убийцу, – пришлось признать, что совет дельный. Он заставил себя опуститься обратно на матрас и сидел, обхватив голову руками, размышляя.

– А знаешь, – сказал он вдруг Кроту, – я ведь тогда в парке видел ведьму.

«Еще не хватало, – с тоской подумал Крот, глядя на него. – Сейчас опять про демонов заведет».

– Я вижу, ты мне не веришь, – сказал Айрон, – но с дерева на меня реально глядела ведьма. У нее были темные волосы и жуткий шрам на лице. Теперь я понимаю – встреча с ней была предупреждением. Мы не послушали, нарушили границы – и выпустили смерть. Гибель этой женщины, такой необычной, – дело рук человеческих, но зло разбудили мы. Если бы мы не явились сюда, она могла бы еще жить.

– Вот в этом как раз я уверен, – буркнул Крот, – ее смерть как-то связана с нашим приходом. А в парке ты видел, скорее всего, Танюшку.

И осекся, поняв, что проговорился. Айрон неожиданно трезво и пристально глянул на него.

– Ну-ка, ну-ка, с этого места поподробнее. Какую еще Танюшку?

Крот понял, что теперь Айрон от него не отвяжется. И чертыхнувшись, взяв с него слово молчать, рассказал ему об обитателях усадьбы деда Мороза.

– Вот оно что, – потрясенно пробормотал Айрон. – А я ведь подозревал что-то в этом роде. А ты знаешь, что перед смертью успела рассказать мне Валя?

И он рассказал Кроту о печальной истории станции и уходе детей. Иногда, забывшись, он повышал голос, и тогда Крот выразительно прикладывал палец к губам, боясь, что тонкие стены палатки – плохая преграда для секретной информации.

Когда Айрон окончил рассказ, Крот еще некоторое время пытался переварить услышанное.

– Как же это они ушли? – пробормотал он. – И ведь у кого-то родители остались. Ничего не пожалели. Словно этот Юра их и впрямь околдовал.

– Мне кажется, я знаю – почему, – устало сказал Айрон. – Не в том дело, что околдовал. Может, он, конечно, умеет убеждать, харизма там у него, все дела. Скорее всего, он им что-то смог пообещать, чего не смогли родители.

– И что же?

– Свободу от вечных запретов. Возможность решать за себя, делать свою жизнь самим. Ты видишь, что творится на станции? Они все упали духом, процветают такие хамы, как этот Греков. Все сидят и тупо боятся – радиации, мутантов, призраков, хрен знает чего еще. И медленно вымирают. Старшие пытались привить этот страх и детям. В парк нельзя – там оборотни. За Текстили нельзя – там красотки. Вообще наверх нельзя – там мутанты. В туннели тоже не стоит – а вдруг призраки? А детям надоело, они решили рискнуть. Вот и ушли. И ведь заметь – несколько лет прошло, ни один за это время не захотел вернуться обратно. Это ведь о чем-то говорит?

– Не захотел? Ты уверен? Или не смог? Может, у них с перебежчиками разговор короткий. Удавку на шею – и в садике закопать, возле памятника вождю. И цветочки носят потом – спи спокойно, дорогой товарищ.

Айрон пристально посмотрел на Крота. Пожал плечами.

– В любом случае, нам лучше не вмешиваться. Мы не сможем разобраться в этом, пусть сами решают. Это их дети, в конце концов. Теперь ты понимаешь, что идти туда было нельзя?

– Погоди, – рассеянно сказал Крот, думая о своем, – ты говоришь, что этот Лесик тоже из прежних морозовцев? Может, он поддерживал с ними связь. А когда узнал, что Валентина рассказывает лишнее, убил ее и подался в усадьбу. Скорее всего, так дело и было. Это уже фигово. Вообще-то Юра нас просил молчать обо всем, но если уж его детки начали убивать, какие могут быть договоренности? Хотя точно мы ничего не знаем – Валентину мог убить и какой-нибудь проходимец. Правда, подозрительно, что это случилось именно сейчас. Мне бы с комендантом потолковать, только вот не знаю – стоит ли ему рассказывать все это? Если уж те сидят в усадьбе, хотя знают, что в любой момент могут вернуться, значит, они сюда не хотят. И если после нашего рассказа местные пойдут возвращать их силой, еще неизвестно, во что это выльется. Согласен, нам лучше в их дела не мешаться. Одна уже погибла – не хватало еще трупов.

– У меня такое чувство, что с комендантом толковать смысла нет. Мне кажется, он о чем-то знает или догадывается, но нарочно закрывает глаза. Если мы начнем ворошить эти старые дела, боюсь, окажемся крайними. Тут сам черт ногу сломит. Это их разборки, а нам бы свалить отсюда побыстрее.

– Вот только этот Юра обещал нам какой-то бункер показать – уж не знаю, врал или нет, – вспомнил Крот. – Я, может, все-таки схожу еще раз туда – а потом распрощаюсь с этими местами и, ей-богу, скучать не буду. А ты как – пойдешь с нами?

Айрон, глядя на него покрасневшими, воспаленными глазами, покачал головой.

– Хватит с меня. Не пойду и вам не советую.

– Да ну, – сказал Крот, – может, этот Лесик был ненормальный, а может, это вовсе и не он убил. Юра-то вроде вменяемый, с ним можно дело иметь. Почему мы должны сидеть сложа руки из-за того, что у них тут свои проблемы?

– Нет, я уж лучше тут вас дождусь, вместе потом вернемся в большое метро. Если все будет нормально. – И Айрон суеверно сплюнул через левое плечо.

– Вот и правильно, – одобрил Крот, – а то, если и ты с нами пойдешь, здешние точно что-то подозревать начнут. А так мы вроде как опять за продуктами намылимся.

– Теперь-то я понимаю, – пробормотал Айрон, – почему лицо на рисунке показалось мне знакомым. Значит, я принял за ведьму дочь поварихи.

– Ну конечно, – подтвердил Крот, – а демонов мы там не видали. И глюки Юра объяснил. Там растение какое-то рассыпает пыльцу – а у нее, видно, свойства те еще. Как у грибов некоторых.

– Как сами-то они не боятся? Выпололи бы эту траву к черту.

– Ну, во-первых, сами они в той части парка редко бывают, во-вторых – знают, когда и чего бояться, а в третьих – это дополнительная защита от непрошеных гостей вроде нас. Так что нет там никаких призраков.

– Не смейся над тем, чего не знаешь, – устало проговорил Айрон. – Говорю тебе – в этом парке с древних времен живут духи, и недобрые. Я это почувствовал там, на берегу. Можешь что угодно говорить про растения, можешь смеяться над моими предчувствиями, но я уверен, что не ошибся. Не знаю, зачем вы решили опять идти туда, – оружие можно найти и в другом месте. Боюсь, ваша затея окончится большой бедой. Я останусь тут и дождусь конца этой истории – каков бы он ни был.

Крот и сам в глубине души понимал – лучше бы им не ходить больше в парк. И если бы дело было только в задании, он бы с чистой совестью забил на все это. Но не стоило себя обманывать – ему хотелось подольше побыть возле Искры, а еще билась тайная, бредовая надежда где-то в глубине души: может, все-таки получится остаться там, с ними? Может, на самом деле никто из детей Морозова не замешан в убийстве Валентины? Ему хотелось спросить об этом Юрия – тот наверняка все объяснит. «Черт, – подумал он, – неужели я тоже попал под влияние Дедушки Мороза?»