Темная мишень - Сергей Зайцев

– Хорош уже спецназ изображать, шкет! Перед кем рисуешься? – неожиданно буркнул прямо в ухо Штопор.

Димка вздрогнул. Он отвлекся всего на мгновенье, но этого хватило, чтобы цель бесследно растворилась во мраке. Искатель стремительно поднялся на ноги, и приклад винтовки врезался охраннику в живот, заставив согнуться пополам. Выпавший из рук автомат глухо звякнул на замусоренном мраморе. Не дожидаясь, когда браток придет в себя, Димка схватил его за ворот куртки и рывком припечатал спиной к стенке пилона. Несмотря на однообразную и не располагающую к физическим нагрузкам работу в охране, браток был довольно крепок, но как только попытался дернуться, ему под подбородок тут же уперся ствол винтовки.

– Ты че творишь, я же тебя… – Штопор умолк, когда широкий торец глушителя ВСК-94 вдавился в его горло сильнее.

– А теперь послушай меня внимательно, я повторять не буду, – жутковатым, свистящим шепотом заговорил Димка, холодно глядя Штопору в сочащиеся злобой и страхом глаза. – Ты меня впустил на станцию, помнишь? Ты мне тогда помог, только поэтому я тебя сейчас не пристрелю. Ты нас демаскируешь своей тупой болтовней. Произнесешь еще хоть слово…

– Гонишь, турист, не посмеешь, – храбрясь, через силу просипел Штопор.

– Хочешь проверить? – окончательно заледеневшим тоном осведомился Димка.

Сталкер помнил не только о том, что Штопор впустил их с Наташкой тогда на станцию. Еще эта тварь в облике человеческом пыталась наложить лапы на его девушку, взять плату за проход натурой. И это воспоминание вдруг вспыхнуло с новой силой, обожгло какой-то звериной яростью. Ему и в самом деле вдруг нестерпимо захотелось пристрелить этого типа, аж палец зачесался на спусковом крючке. То ли сработал дар убеждения, то ли инстинкты у Штопора атрофировались еще не окончательно, и в глазах сталкера он действительно увидел свою смерть – напряженная пауза продлилась всего пару секунд, и браток сдался, пугливо опустил взгляд первым:

– Всё, всё, понял я, понял, молчу…

– Теперь впереди пойдешь ты, – приказал Димка, не собираюсь подставлять спину такой сомнительной личности, и когда Штопор попытался что-то возразить, подхлестнул тем же режущим нервы шепотом: – Пошел!

Следующие несколько пилонов миновали без эксцессов, двигаясь четко и слаженно.

Все чаще под ноги среди прочего мусора попадались обглоданные кости – человеческие среди них были не редкость. Неуклюже споткнувшись об одну из таких «деталей пейзажа», Штопор чертыхнулся, а кость, улетев с платформы, звонко бумкнула о железо рельса. Браток боязливо оглянулся на искателя, ожидая еще одной взбучки, но тот лишь коротко махнул рукой – вперед.

Миновав очередной пилон, Димка придержал шаг и покосился в сторону двойки Мокрого – подсвеченные зрением силуэты перемещались уже вдоль намертво заблокированных по правую сторону арок. Было лишь известно, что там брал начало пролегавший над правым путем и ведущий в неизвестном направлении переход, который был вечно закрыт еще до Катаклизма. Пистона с Горелкой, понятное дело, сейчас и вовсе было не видать – они, по идее, двигались с другой стороны под этим самым переходом. А впереди над краем платформы, по которому шел сам искатель, нависала лестница перехода, ведущая к Южному залу. Если двигаться дальше, то и он со Штопором скроется из виду от остальных. Момент опасный – если что, и подстраховать будет некому.

Со стороны платформы раздался громкий металлический звук, и тут же донеслась сдавленная ругань.

Димка резко повернулся. От сердца отлегло, когда он разглядел, что виновниками шума оказались Мокрый с Бакланом – братки задержались возле последней заблокированной арки и что-то там активно химичили. Оба чересчур увлеклись занятием и не смотрели по сторонам, а такая невнимательность – угроза для всех остальных.

Искатель знаком отправил к ним Штопора, чтобы выяснить причину задержки, а сам, миновав арку, немного задержался, осматриваясь. Неприятный холодок скользнул по спине, когда он разглядел метрах в десяти впереди знакомое кострище – напротив ступенек лестницы, ведущей в Третьяковскую-Южную. Круг из закопченных кирпичей, обложенный россыпью обглоданных костей. Никогда не думал, что придется сюда вернуться и увидеть эту жуть снова. Кстати, в прошлый раз костер еще тлел, а сейчас пепел в центре круга чернел холодом. Значит, огонь не разжигали уже давно. Может быть, морлоки и в самом деле ушли, и ему лишь кажется, что кто-то наблюдает за ними из темноты? Но кто тогда чуть не убил Кренделя во время смены? Нет, твари еще здесь. Скорее всего, они одичали и изменились уже настолько, что огонь им больше не нужен, теперь их устраивает сырой рацион.

Тишина не нравилась Димке все сильнее. Была в ней некая тревожащая странность, и он, наконец, понял, в чем дело, – он не слышал естественного фона, характерного для любого туннеля. Звук капель скапливающегося на своде и срывающегося вниз конденсата, потрескивание бетонных стен и шорохи осыпающихся частичек – ничего из этого не доносилось до слуха. Только звуки шагов, бряцанье оружия, шелест одежды, скрип снаряжения и людские голоса. То есть он слышал только те звуки, которые они сами же и издавали. Как такое могло быть?

Еще раз настороженно окинув взглядом все пространство станции впереди, Димка направился к браткам.

Оказалось, что в последнем из заблокированных железом проеме между арками, ведущими в таинственный переход, Мокрый с Бакланом обнаружили приличных размеров дыру, в которую при желании вполне мог просунуться человек или выскочить довольно крупная тварь. И теперь, едва слышно матерясь, братки ставили растяжку – зацепить леску по краям пролома было почти не за что, так что задачка оказалась непростой.

На звук шагов встревоженно вскинулся Баклан, но, узнав Сотникова, облегченно ухмыльнулся и тихо пробубнил из-под рукава, которым прикрывал нос и рот:

– Слышь, искатель, присмотри за тылом минутку, пока растяжку поставим. Мало приятного, если кто зад по самые уши оттяпает.

Стоило остановиться рядом, и Димка сам почувствовал, что из дыры, как из пушки, жутко разит убойным амбре из гниющего мяса и дерьма. Похоже, именно это ответвление и использовалось морлоками для мусорной свалки и отхожего места одновременно.

– Соображаете, что делаете? – тихо спросил искатель, тоже прикрыв нижнюю часть лица рукавом, чтобы хоть как-то ослабить вонь. – Если здесь рванет, вас же и посечет осколками. Нужно глубже ставить.

– Вот сам туда и лезь, советчик хренов. И вообще, наше дело маленькое, Пистон сказал поставить – ставим, – Мокрый пожал плечами, осторожно приматывая гранату проволокой к краю пролома. От жутких запахов его физиономию перекосило, губы кривились, но отвернуться, не закончив работы, было нельзя. – Не нравится – иди с ним сам разбирайся. Он под лестницей развлекается, – в подтверждение его слов громкий металлический звук снова разнесся по станции. – Все, готово. – Мокрый торопливо отодвинулся от установленной растяжки, подхватил прислоненное к стенке оружие. За ним поднялся и Баклан, отряхивая с колен прилипший мусор. – Пошли, глянем, в чем дело.