Эра Отмены - Лев Пучков

Было ещё множество сюжетов о различных локальных катастрофах, происшествиях и о леденящих душу случаях массовой гибели людей, но всё затмевали несущиеся отовсюду сообщения о пожарах.

Непонятно пока, каким именно образом, но Паузы заметно повлияли на статистику возгораний.

Москва, например, город по большей части кирпичный и бетонный, горела в эти сутки так плотно и активно, словно бы сплошь состояла из дощатых домишек с соломенными крышами.

Взлетали с запасной полосы: основную так и не расчистили.

Пока набирали высоту, Лиза с Алёнкой, сидевшие у борта, смотрели в иллюминатор на ближайший пригород.

В самом деле, пожаров было аномально много. Над городом стояли густые клубы дыма, повсюду виднелись сполохи мигалок разнообразных спецмашин, а все шоссе, несмотря на то, что час пик давно миновал, были сплошь забиты транспортом.

«И это только после трёх Пауз, – подумала Лиза. – А что же тут будет твориться, когда грянет Отмена?»

Потом борт поднялся над грозовым фронтом, землю больше не стало видно, и как-то сразу всё успокоилось.

Алёнка с Виолеттой стали смотреть кино на планшете, а Лиза устроилась немного подремать, прозорливо полагая, что этой ночью поспать не удастся.

Когда уже засыпала, мелькнула грустная мысль: «Последние деньки, когда можно полетать на самолёте… Очень скоро эти красивые «птички» станут бесполезными реликтами уходящей эпохи…»

* * *

В Волгограде пожаров было в разы меньше, чем в столице, а пробок не было вообще. Мигалок, однако, хватало, а кое-где за городом были заметны возгорания большой площади.

Хотя, может быть, у них там просто ковыль горел, тут же рядом степи, полно сухой травы.

Пока садились, Лиза оценила обстановку под крылом и пришла к неожиданному выводу: чем меньше город, тем проще его жителям пережить катаклизм любого характера.

«А ведь, пожалуй, жителям мегаполисов будет куда как труднее, чем людям, живущим в небольших городах и посёлках. Многим придётся бросать свои квартиры и выбираться куда-то за город. Хотя бы по той причине, что в Москве, например, при массовых пожарах невозможно будет жить из-за критического задымления. Это ведь какой-то кошмар будет: всё вокруг горит, и ни одна пожарная машина не работает, ни один гидрант! В фильмах про апокалипсис обычно показывают пустые мёртвые города с множеством целых домов, но судя по тому, что творится сейчас в Москве, скорее всего, большие города будут выгорать дотла целыми кварталами…»

Основную полосу, как и в Москве, расчищали от самолётных обломков, поэтому садились на запасную.

Народу на местном аэродроме было во много раз меньше, а порядка намного больше. Хотя здесь имелось некоторое количество военных и так же, как на Чкаловском, грузили сразу два борта МЧС, но все спокойно занимались своими делами, никто не бегал, не орал без толку и не нагнетал обстановку.

Не в укор будь сказано нашим военным, но складывалось такое впечатление, что чем их меньше, тем больше порядка.

Борт для команды Карла был уже готов, осталось только переждать Паузу, и можно лететь дальше.

Карл решил, что в преддверии Паузы всей толпой находиться на поле неразумно – вдруг что-нибудь свалится сверху, поэтому оставили часового и ушли в здание аэровокзала.

Несмотря на кондиционеры, там стоял тяжёлый и резкий запах гари. Персонал гулял в марлевых повязках, у всех через плечо висели противогазы, и это наводило на разные тревожные мысли.

Регулярные рейсы были отменены, как и по всей стране, летали только «те, кому можно»: военные, МЧС, большие начальники по неотложным делам и «ВИПЫ», которым вообще никакие законы не писаны.

Вот один из таких «ВИПОВ» и грохнулся минут через пять после наступления Паузы. Только Лиза подумала, что у них тут порядка больше, чем в Москве, и как будто сглазила!

Лиза много чего повидала за свою недолгую, но насыщенную событиями жизнь, однако авиакатастрофу воочию наблюдала впервые.

На фоне огромной мертвенно-бледной луны, перевитой косматыми облаками, возникла чёрная точка и стала стремительно увеличиваться в размерах, приближаясь к аэродрому и обретая очертания крылатой машины. Легкомоторный самолёт, лишённый навигации и вообще всех приборов разом, вроде бы дотянул до подсвеченной горящими бочками полосы на ручном управлении, но… Пилот не рассчитал высоту, и самолёт жёстко плюхнулся на брюхо – только шасси брызнули в обе стороны, и, напоровшись на бульдозер, который не успели убрать до наступления Паузы, с жутким треском и грохотом раскололся надвое.

Обе половины в момент разделения вспыхнули нестерпимо ярким пламенем.

– Это не кино? – недоверчиво уточнила Алёнка.

– Это не кино, – подтвердила честная Лиза. – И лучше тебе на это не смотреть.

– Почему?

– Глаза испортишь, – подсказал Карл. – Темнота кругом, а горит ярко…

Хорошо, что у отца есть прибор, который определяет время наступления Пауз. Время между Паузами и продолжительность самих Пауз – нелинейные величины, высчитать прогноз и составить график невозможно, так что без прибора путешествовать самолётом сейчас крайне рискованно.

Необычно и странно было наблюдать, как со всех сторон к месту крушения бегут люди с топорами, баграми, вёдрами и канистрами с водой.

Въевшийся в сознание современного горожанина стереотип – вереница пожарных машин, под вой сирен и сполохи мигалок несущаяся по полосе к горящему самолёту, – на глазах становился мифом уходящей эпохи.

Ёмкости с водой, крепкие руки, багры и топоры и множество объединённых общей бедой людей, сбегающихся со всех сторон к пожару, – вот он, новый стереотип надвигающейся Эры Отмены.

* * *

Выждав пятнадцать минут с начала Паузы, Лиза отвлеклась от лицезрения доисторического пожаротушения и под защитой Германа подготовилась к сеансу связи с отцом.

Отец, единственный из Рода, умел «читать» своих детей дистанционно, независимо от расстояния.

Для этого ребёнку достаточно было погрузиться в медитацию, держа в фокусе образ отца, и «раскрыться», чтобы позволить ему считывать информацию.

До наступления Пауз это было возможно только на дистанции визуального контакта.

Однако в первую же Паузу отец связался с Андреем, находящимся в плену у Ордена, и стало ясно, что теперь это возможно независимо от местонахождения «абонента». Жаль только, нельзя было определить местоположение этого «абонента». Будь возможно и это, удалось бы в один присест решить массу проблем.

Сеанс связи, как и обычное контактное «чтение», длился считаные секунды. За это время отец успел «считать» всё, что видела Лиза с момента убытия из родного дома.

Затем отец провёл такой же сеанс с Алёнкой.

Разумеется, можно было дождаться конца Паузы и просто позвонить по телефону. Но Лиза прекрасно понимала, зачем отец устроил этот сеанс.