Расцвет магии - Нора Робертс

– И какое же? – осведомился Саймон.

Фэллон рассказала им в основных чертах идею про островные тюрьмы. Идею, которой Дункан помог придать форму.

– Одни места можно использовать для переселения самых несговорчивых и буйных, а другие наоборот – для тех, кто может построить там новую жизнь. Как мы надеемся.

– Довольно радикальное решение, – начал было Трэвис.

– Прецеденты уже случались, – покачал головой Саймон. – Англичане отправляли в ссылку людей. В колонии, в Австралию.

– Причем, не дав выбора, пожизненными слугами, – добавила Фэллон. – Мы же поступим иначе, предоставим возможность решать самим. Там военнопленные будут иметь подобие свободы. Пожалуй, варианты не такие уж и идеальные: переселение или тюрьма. Нужно создать какой-то совет, ответственный за определение, готовы ли добровольцы к такому испытанию и следует ли им вообще предлагать подобное. А еще этот совет должен решать, кому дать возможность вернуться и когда. Потребуется рассчитать, какие припасы отправить вместе с переселенцами. Думаю, нас ждет немало сложностей и возражений. В первую очередь против того, чтобы давать врагам выбор.

– Но так будет правильно, – впервые за обсуждение подала голос Лана. Она внимательно слушала, взвешивала сказанное и пыталась понять, как оно отзывается в сердце. – По пути в Нью-Хоуп много лет назад я повидала множество людей, с магией и без, поступки которых ничем нельзя оправдать, а души – спасти. И даже до Приговора дело обстояло так же. Но еще встречались и просто напуганные и отчаявшиеся беглецы, действия которых диктовал страх и которые в иных обстоятельствах никогда бы не пошли на преступление. Я сама пользовалась силами, чтобы убивать, причинять вред, и, не колеблясь, сделаю так снова. С этим нам всем придется жить, потому что по-другому врагов не одолеть. Но мы не станем уподобляться им, если есть хоть малейшая возможность выбора. Хоть малейшая возможность поступить по совести. И так будет правильно.

– Отлично сказано, – поддержал жену Саймон и отсалютовал ей стаканом с пивом. – Давайте подумаем, каким образом снять любые возражения против предложения. Дочка, ты не хочешь пригласить Дункана на обсуждение?

– Э-э… – протянула Фэллон и метнула угрожающий взгляд на хихикающего Итана.

– Что я такого сказал? – растерянно спросил Саймон.

– Ничего, милый, – улыбнулась Лана, одновременно посылая с помощью магии Трэвису материнское предупреждение молчать. – Уверена, Кэти не захочет отпускать сына, который только-только вернулся домой. Лучше отложим обсуждение с ним до завтра. Так где находятся эти острова, дорогая?

– Сейчас покажу, – ответила Фэллон, доставая из сумки карты и расстилая их на столе.

Позднее, когда она спускалась в свою спальню, то ощущала себя гораздо спокойнее, благодаря поддержке родных, которые помогли найти часть ответов на возможные возражения. Единство – великая сила против несогласных.

Открыв дверь в комнату, Фэллон застыла на пороге: в кресле сидел Дункан и что-то рисовал. Заметив ее, он отложил альбом и встал.

– Долго же ты возилась.

– Я же не знала, что ты ждешь здесь. Мы с семьей прорабатывали детали переселения пленников на островные тюрьмы. Нужно было подняться и присоединиться к обсуждению. Хотя…

– Показалось странным появляться из твоей спальни. У меня сложилось ощущение, что если бы Саймон меня здесь застукал, то задал бы жару по полной программе. Но…

– Но… – согласилась Фэллон, заперла дверь и скользнула к Дункану.

Когда прибыли командующие баз, Фэллон задумалась, долго ли продержится атмосфера всеобщего ликования после того, как будет озвучена повестка совещания.

Избранная тепло приветствовала Мика и дернула его за косичку на виске, выкрашенную в ярко-синий цвет. Давно это приятель увлекся пижонскими прическами?

– Это эльфы подговорили, у них так принято, – пояснил он.

– Поверю тебе на слово.

– А оборотни почти все набивают татуировки своего животного как способ показать…

– Принятие наследия, – закончила Фэллон и осмотрелась, внимательно изучая колоритную группу собравшихся. – Как способ сделать заявление, что Уникумы не станут прятать присущую им природу. Мне нравится.

– Привет, – поздоровался Дункан, подходя к Фэллон и так многозначительно обнимая ее за плечи, что улыбка Мика тут же увяла. – Прикольный цвет. Маллик только что явился.

– Ясно, – кивнула девушка и оглянулась, высматривая наставника. – Не ждала его сегодня… – Вернув внимание приятелю, она заметила промелькнувшую в его глазах боль, ощутила ее, но до того, как успела что-то сказать, напряженный Мик уже сделал шаг назад и сдержанно проговорил:

– У меня дела.

– Нелегко чуваку приходится, – прокомментировал Дункан, когда они с Фэллон остались вдвоем.

– Тебе-то откуда знать? – она повернулась к нему.

– У меня есть глаза вообще-то. И я вижу, как он на тебя смотрит. Особенно это заметно, потому что я наверняка смотрю на тебя так же.

– Ты подошел, чтобы рассказать о прибытии Маллика или чтобы заявить на меня права?

– И то, и то, пожалуй.

– Ну ты и гад. – Дункан пожал плечами, ничуть не обиженный оскорблением. Фэллон же направилась к Маллику, прокладывая путь через толпу. – Ты решился оставить пчел без присмотра?

– Они прекрасно проживут, покамест я займусь делами здесь. Сердце подсказывает, сегодня тебе понадобится поддержка.

– Так и есть. Я рада, что ты решил посетить совещание. Наверняка найдется немало возражений на мое предложение.

– Дозволь осведомиться, что именно ты планируешь предложить?

– Хочу обсудить то, что увидела в Вашингтоне, не считая сражения. В домах тех, кто был облечен властью. Мы не станем такими же. – Фэллон подумала о синей косичке Мика, о татуировках оборотней. – Многие племена заявляют о себе, требуют уважения к наследию, просят услышать их. И все же…

– Их нужно объединить, дабы направить к высшей цели. Нужно огласить законы, иначе завоеванный мир рухнет вновь. Таково твое бремя, дитя.

– Значит, чем скорее я очерчу границы, тем лучше. Ты поддержишь меня?

– До скончания века пребудет с тобой поддержка моя.

Фэллон поймала взгляд отца, пока шла к большому столу, и кивнула. Саймон махнул Колину, обнял Лану, и они заняли свои места.

Остальные последовали примеру хозяев дома.

– Я знаю, вас всех переполняют эмоции после сражения в Вашингтоне, вам всем есть что сообщить, – начала Фэллон. – Мы похоронили павших, оказали помощь раненым. Позвольте выразить признательность за ваши лидерские качества и неоценимую поддержку. Именно благодаря им мы и одержим верх в Нью-Йорке. – Она переждала гул победных возгласов и боевых кличей, стук кулаков по столу, подумав, что племена все ярче демонстрируют свою уникальность, чему немало способствовали военные заслуги, после чего продолжила, повысив голос: – На захват Вашингтона мы повели десять тысяч воинов. На Нью-Йорк же двинемся еще бо́льшими силами. Там обосновались Темные Уникумы, которые ревностно охраняют свои границы, и Мародеры, которые разграбили и сожгли все вокруг. Хотя правление Харгроува окончено, остались отдельные военные группы. Они не делают разницы между всеми, кто обладает сверхъестественными способностями. А еще пополняют ряды не-магами, вербуя их против воли. Помимо того, не следует забывать о Праведных воинах и их обычаях угонять в рабство и казнить всех Уникумов.