Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

Колгримом. Оба описывали Тенгеля Злого как маленького, неприятного человечка с клювоподобным носом.

Маттиас кивнул:

— Говорят, что и Суль в ее наркотическом сне он предстал в том же облике.

— Я понял, — ответил Андреас. — Тогда остаются только два варианта: либо это и впрямь сатана собственной персоной либо…

Он не закончил. За него продолжил Никлас:

— Либо речь идет о другой ветви рода Людей Льда.

Такая возможность никого не вдохновила. Все впали в уныние.

— Но такого просто не может быть! — сказал Маттиас. — Они же все умерли! Но я думаю о другом. Думаю, что это поможет нам найти ответ. Калеб, ты ведь сказал, что Тарье и Колгрим поднимались на чердак Гростенсхольма незадолго до отъезда в долину Людей Льда?

— Именно…

— Нет, подождите, — это был голос Никласа. — Почти все из нас пробовали. Мы искали и так ничего и не нашли. Искало несколько поколений. Однако когда туда поднялась Виллему в сопровождении Ирмелин, она почувствовала сильное сопротивление, исходящее из угла чердака. Они подумали, что, скорее всего, их хочет предупредить Суль. Видимо, Виллему хотела там что-то найти и, скорее всего, нашла бы, но это было опасно для нее. «Она предназначена для будущего», — подумали девушки. Я совершенно с ними согласен. Было бы еще хуже, если б туда поднялся Доминик. Ведь у него потрясающая интуиция. А вот мы бы все равно ничего не нашли. И нам это известно.

— А я бы попробовал, — в юношеском запале воскликнул Альв.

— На твоем месте я бы отказался от этого намерения, — предупреждающе произнес дед Андреас. — Да, к тому же, ты и не обладаешь особыми свойствами. Впрочем, пусть пробует.

— Помни, неизвестно, что там нашли Колгрим и Тарье. Но это очень опасно. Не забудь, что оба поплатились жизнью! — закончил Калеб.

— Давайте закончим обсуждать этот вопрос, — сказал Андреас. — Как вам кажется, чудовище направляется сейчас к нам?

— Ничто не указывает на это, — ответил Маттиас. — Говорили только о Кристиании.

Вошла горничная, и все сразу просветлели лицом. Эллиса была дочерью Ларса и Марит, что вели небольшое крестьянское хозяйство в лесу. Она приходилась внучкой Йеспера и правнучкой Клауса и Розы.

В ту ночь, когда они нашли раненого дворянина Скактавла и спасли сто от верной смерти, Элиса тоже была с ними. В то время Элиса была жизнерадостным годовалым ребенком. И сейчас, двадцать лет спустя, она оставалась псе той же жизнерадостной и веселой девчушкой с легким характером. Приятное личико обрамляло морс светлых кудряшек. Светились ярко-голубые, внимательные глаза. Блестели в улыбке белоснежные зубы. Небольшой вздернутый нос, весь в веснушках, создавал радостное впечатление. В ней, конечно, не хватало интеллигентности, но ее никто и не требовал. Но умственное развитие девушки было явно выше, чем у прочих жителей поселка. Мышление у нее было гибкое и быстрое, но мысли никогда не витали слишком высоко. Все в Линде-аллее просто боготворили Элису. После смерти всеми любимой Эли именно Элиса взяла на себя все заботы по хозяйству. Именно от Эли досталось Элисе ее собственное имя.

Она повернулась к Андреасу:

— Господин Андреас, на сколько человек рассчитывать обед?

— На всех присутствующих.

Элиса пересчитала всех своим мягким голосом:

— Шесть человек.

— Послушай, Элиса, как это ты интересно считаешь? Нас ведь всего пять, — возразил Калеб.

Девушка засмеялась, и комнату словно озарило светом:

— А я всегда считаю господина Альва за двоих, ведь он так много ест.

— Да, но это по нему не видно, — улыбнулся Андреас. Он просто души не чаял в своем внуке. — Накрой еще на двоих. Похоже, что скоро подойдут Ирмелин и Габриэлла.

Элиса вышла.

Калеб продолжил:

— Пока Никлас получит ответ от Виллему и Доминика, у нас будет время все как следует обдумать.

— Конечно, — ответил Маттиас. — Обязательно напиши, Никлас, что мы очень ждем их. И как можно быстрее!

— Мне кажется, время не терпит, — раздумчиво произнес Калеб. — Очень рад скорой встрече с ними, но, признаться, страшно за них боюсь. Мы все ждали этого момента, а они готовились к нему всю жизнь. Это так, но теперь я боюсь. Я никак не ожидал, что все случится и…

Он вздрогнул. Хотел сказать о смерти, но язык не повернулся.

— Бедные наши дети, — пробормотал Андреас. И никто из них не знал и не ведал, что ждет Людей Льда. Кто из них останется в живых, а кто погибнет.

2

В одну из летних ночей неизвестное существо добралось до Кристиании.

Хозяин одного из трактиров утверждал, что он смутно видел нечто, передвигавшееся по улице. Но когда выглянул на улицу, никого не увидел.

«Это нечто было гигантских размеров», — докладывал он позднее властям во дворце Акерсхюс. О размерах хозяин мог судить наверняка, так как часто смотрел в окно и мог сопоставить рост человека с оконной рамой. Проходя мимо трактира, существо закрыло собой нее окно. Больше хозяин ничего не мог сказать, так как стекло в его окне было неровным и почти непрозрачным. А еще он пережил чувство страха, возникшее невесть откуда.

Скоро никто не сомневался в том, что трактирщик сказал правду. Пару дней спустя в сточной канаве нашли девицу легкого поведения. На ней не было найдено никаких следов насилия, но глаза смотрели в пустоту с ужасом и недоверием. А если точнее, то когда ее нашли, она лежала и глядела на главную улицу, свой «район работы».

А затем сообщения посыпались одно за другим, причем порой самые невероятные. Но все сходились в одном: свидетели видели Зло. Или мертвых, что оно оставляло за собой. Кристиания была парализована ужасом. Нечто продолжало посещать жителей столицы по ночам, и все повторялось снова. Существо выходило в поисках еды, а если встречало на своем пути человека, то последнего ждала смерть. Как правило, не было видно никаких следов борьбы. На теле жертв не было синяков. Казалось, что их просто напугали до смерти. У тех кто, вероятно, подошел слишком близко, были переломаны шейные позвонки. Впрочем, встречались повреждения и иного рода.

В качестве приманки люди выкладывали еду и устраивали засаду. Но существо никогда не подходило к приманке. Безошибочный звериный инстинкт всегда подсказывал ему, где поджидает опасность.

Теперь его видели уже многие, мельком, убегая что, есть силы, по ночам чудовище бродило по улицам, но никто не знал, где оно прячется днем. Среди небольших, узких и грязных улочек города нетрудно было затеряться: как молния исчезал он в подворотнях и проулках.

Описывали его все одинаково: нечто огромное и дикое. Некоторые, видевшие его лицо, говорили, что оно достаточно красиво, но