Красный Принц - Э. Дж. Смит

– Возьми его с собой, – бросил Бромви Сигурду, поднялся с кресла и торопливо зашагал к выходу.

Хоукин протолкался через толпу простого люда, собравшегося снаружи, и последовал за ними, затем обогнал Брома, спеша открыть перед ним дверь.

– На внешнюю крепостную стену, милорд? – уточнил он.

Бром кивнул и побежал к выходу. Сводчатый деревянный коридор был пуст, и они торопливо пробежали по темно-зеленым коврам мимо закрытых дверей и узких бойниц. Тем, кто не знает дорогу по извилистым коридорам внутренней крепости Канарна, она показалась бы лабиринтом. Тревожный рев эхом отдавался по бесконечным коридорам. Стены здесь только недавно отремонтировали, покрасив в приглушенно-коричневые тона.

В конце коридора виднелся вход на спиральную лестницу, ведущую на крепостную стену. Бром смотрел на него и старался не думать о том, что может показаться на южном горизонте. Судя по многочисленным сигналам горнов, к городу подходила флотилия из множества кораблей, а таких армий в Тор Фунвейре насчитывалось немного. Вряд ли столько торговцев разом решили посетить город, и Бром не мог даже предположить, кто бы это мог быть.

На верхнем пролете лестницы, несколькими этажами выше большого зала, он настежь распахнул деревянную дверь и выбежал на каменную дорожку, которая шла по всей крепостной стене. Звук горнов слышался тут гораздо лучше. Бром бросился к зубцам стены и перегнулся через нее, вглядываясь в горизонт. Между соседними зубцами заняли места его спутники – все, кроме Вереллиана. Он спокойно стоял в стороне, не интересуясь кораблями.

Вдоль горизонта тесным рядом выстроились паруса двадцати транспортных кораблей с осадными катапультами и командой из закованных в доспехи мужчин. Казалось, все вокруг затаили дыхание, увидев над кораблями красные знамена.

– Милорд! – облегченно выдохнув, воскликнул Хоукин. – Это знамена Ро Хейрана! – Он показал на красного ястреба на парусах.

Лорд Канарна, немного успокоившись, наблюдал, как корабли замедлили ход и с одного из них взлетела белая сигнальная стрела, обозначающая, что они пришли с миром. На кораблях спустили паруса, и они выстроились в ряд вдоль побережья Канарна.

– Почему эти ублюдки тоже выбрали красный цвет? – пробормотал Бром. – Сбивают с толку.

– Разве нам не нужно готовиться к битве, лорд Бромви? – спросил Тир Сигурд, глядя на приближающиеся корабли.

– Не думаю, но на всякий случай будьте настороже, – ответил Бром, недоумевая, для чего всем силам армии Хейрана понадобилось приплывать в Канарн. – Хоукин, подай им сигнал. Чтобы не усложнять, сделаем так – пусть к берегу подойдет только один корабль.

Аукер спустился с крепостной стены и направился во внутренний двор крепости, а Тир Сигурд взялся за оковы Вереллиана и встал на страже возле него, неотрывно наблюдая за пленником.

– Если Александр Тирис желает со мной поболтать – кто я такой, чтобы возражать ему? – пробормотал Бром себе под нос.

* * *

Лорд Бромви из Канарна, Черный Страж, ждал. Он сидел в кресле своего отца, окруженный личной охраной, а за ним выстроился отряд в пятьдесят вооруженных жителей города. Уильям из Вереллиана, все еще в кандалах, стоял сбоку от помоста под охраной Хоукина. В зале зажгли все очаги вдоль стен, заливая огромное помещение теплым светом. Другой отряд стражи, включающий нескольких доккальфаров, сопровождал гостей города. Бром нервничал. Он понятия не имел, зачем в город прибыли Ястребы, и не мог придумать для их появления хорошей причины.

Распахнулись двери, стража построилась в два ряда вдоль прохода, а между ними зашагали солдаты в красном, Ястребы Ро. В целом зрелище впечатляло: солдаты с гербом города на плащах тяжело чеканили шаг, создавая ощущение силы. Их возглавлял высокий, хорошо сложенный мужчина с бритой головой, в доспехах и с гигантским полуторным мечом на поясе. Бром узнал Александра Тириса и рядом с ним – его верную жену, Гвендолин из Охотничьего Перевала.

– Приветствую вас, лорд Бромви, – прогудел Ксандер. – В ваши чертоги вернулось тепло.

– Вот только людей стало меньше, – ответил Бром.

Ястребы прошли вперед, построившись тесными рядами перед помостом с креслом Бромви. Вместе с Ксандером пришел Синий священник, пожилой мужчина с тяжелой булавой и небольшим стальным щитом, и Бром снова вспомнил: у него больше нет исповедника.

– Прошу простить, что привел сюда еще одну армию, – улыбнувшись, произнес Ксандер. – Я не хотел напугать ваших людей.

– Красный – действительно популярный цвет в Тор Фунвейре, – заметил Бром, чувствуя свою ничтожность по сравнению с Красным Принцем. – Но вам здесь всегда рады.

– Можете не сомневаться – мы пришли сюда не под знаменами Одного Бога.

Лорд Хейрана славился своим бунтарским духом, сильно отличавшим его от других членов королевской семьи. Он был младшим братом короля и единственным, кому позволили живым уйти из рядов Красных рыцарей – хотя пример Уильяма из Вереллиана заставлял задуматься.

– Тогда почему вы здесь? – спросил Бром. – Вы могли понадобиться Тор Фунвейру и в другом месте.

– Я пришел сюда в поисках союзников. Хотя о деле я предпочел бы поговорить за бокалом вина… и в более тесной компании.

Бром глянул на стражников. Если бы Ксандер хотел его убить – он бы уже это сделал. Пока его корабли на якоре в бухте, большой опасности для них нет. Люди и доккальфары Канарна будут стоять насмерть, чтобы защитить город и отвоевать его жителям свободу и независимость.

– Конечно, – ответил Бром. – Аукер, сопроводи Ястребов во внутренний двор.

Стражник кивнул и ушел, забрав с собой еще несколько человек.

– Следуйте за мной, милорд Тирис, – обратился правитель Канарна к Александру и махнул Тиру Сигурду, повелев сопроводить герцога в соседний зал для приемов.

Гости не выказали никакого удивления присутствием на приеме доккальфара, и Бром радовался в глубине души, что ему не пришлось разъяснять, почему тот здесь.

Лорд Канарна спустился с помоста и прошел к задней части зала. Там находилось помещение, которое когда-то было кабинетом отца, а позже – Мортимера Риллиона. Уютную комнату украшал герб Канарна – ворон, распростерший крылья в полете, над длинным мечом, доккальфарским клинком и топором: символ, имевший особое значение для жителей герцогства. Он символизировал тех, кто пожертвовал жизнью при защите Канарна и сложил головы ради его освобождения из-под власти Красных рыцарей.

– Вы сменили знамя, – заметил Ксандер, когда вместе с женой и исповедником вошел в малый зал. – Это же Бритаг, верно?

Бром кивнул.

– Его мы оставили.

– И я слышал, вы убрали слово «Ро» из названия города, – произнес священник, хотя в тоне его голоса не было осуждения.

– Теперь это просто Канарн, – подтвердил Бром. – Я больше не считаю его частью Тор Фунвейра.

Герцог Хейрана занял место напротив Брома и нахмурился.