Поющие камни - Андрей Посняков

– Верно мыслишь, белобрысая башка, – ярл одобрительно кивнул и потрепал по плечу Херульфа. – Эй, хватит пить, парень.

– Ась?

– Как тебе та девчонка, Ульф?

– Какая девчонка? – парнишка осоловело помотал головой и тут же вспомнил. – Ах, та, что чуть было не отправилась к Регину. Хорошо, что ее не убили – это грех. А так, да – она очень красивая. Чем-то похожа на испанку – черноокая, темнобровая, с волосами, как смоль.

– Значит, одобряешь выбор Рольфа?

– Ага.

Поминки уже перешли в обычную веселую пьянку, уже многие гости забыли, зачем сюда пришли. Кто-то ржал во все горло, словно перекормленная овсом лошадь, кто-то орал, кто-то дрался, а кто-то – пел.

– Вот о чем я подумал, мой ярл, – вполне трезвым голосом промолвил Кривая Секира. – Там, на острове… твоя супруга, княжна… Ей ведь нужна служанка, нет?

– А, вот о чем ты подумал! – Гендальф поискал место, куда поставить недопитый рог. Не нашел, пришлось допивать. – Вот о чем… Да, служанка, я думаю, пригодится. Хитрый ты, Рольф!

Ближе к утру пир был прерван самым неожиданным и тревожным образом. В ворота, ища старосту, ворвались какие-то чумазые люди… все они выкрикивали одно слово:

– Пожар! Пожар, люди! Пожар!

– Пожар? Где пожар? Да что горит-то?

На этот раз занялось на весянском конце, и первым выбежал со двора староста местной ладожской веси Курб, немолодой уже коренастый мужчина с белыми, как лен, волосами и такой же льняной бородой. Все остальные гости тут же побежали за ним. Пожар – такое дело, что касается всех. Занялось на одном конце – запросто перекинется на другой, и так весь город сгорит – и не заметишь!

Пылала чья-то усадьба. Грозные отблески пламени были видны отовсюду. Сквозь распахнутые ворота вытянувшиеся цепочкой люди передавали друг другу деревянные бадейки с водой, которую черпали тут же, из колодца. Колодец быстро мелел, воды не хватало – следовало поливать и соседние усадьбы тоже.

– Река! – Гендальф схватил Курба за руку. – Слышь, староста. В Волхове воды полно. И в притоке.

– Для этого надо открыть ворота! – ужаснулся тот. – Но ведь на дворе ночь, а дружина надежна.

– Я стану в воротах сам, – торопливо заверил ярл. – Вместе со своими викингами. А ты поспеши, ибо может статься так, что и защищать будет нечего. Выгорит весь город дотла!

Курб закусил губу:

– Надо посоветоваться с другими старостами и…

– Пока будешь советоваться… Смотри же! Смотри! Нет, ты глянь только!

Треща, провалилась сгоревшая крыша. Частокол вспыхнул, словно спички. Уже начинал дымиться и соседний забор, не спасала и вода, да и мало ее было, не хватало. Бурное злое пламя рвалось к небу, стараясь распространиться как можно шире и пожрать все вокруг. Горели кусты, тлела под ногами бегущих людей дубовая мостовая, в расположенном невдалеке христианском храме запоздало ударили в колокол.

– Решайся, староста! Живей. Ну!

Староста Курб решился. Махнул рукой, подзывая стражу, и тут же послал гонцов во все остальные городские концы. Впрочем, там уже и без этого все знали, все видели. Уже прибежали люди с пристани, с кораблей, в том числе – и с драккаров Странника. Ярл тут же расставил викингов у распахнутых настежь ворот, пристально следя, чтоб никто не создавал паники и совершенно ненужной сейчас сутолоки.

– Так! Слушать меня всем, живо. За водой, с пустыми ведрами – справа. Я сказал – по правую руку идти, кому не понятно? Обратно с водой – слева, вот тут. Ну, как третьеклассники, право слово. Ульф! Давай-ка регулировщиком встань.

– Что, мой ярл?

– Указывай им, говорю. А кто не будет слушаться – бей дубиной в башку!

– Слушаюсь, ярл! Так и сделаю.

Строгие приказы вождя быстро привели к почти полному порядку. Бесполезная и опасная сутолока прекратилась, пара-тройка паникеров все же получили дубинками по спине и, охая, поспешно ретировались прочь, подальше от городских ворот, от пылающего в ночи пожара и от пришлых варягов молодого пришлого ярла.

Откуда взялись эти молодые парни, Странник не мог бы сказать наверняка. Пришли они с пристани или, может быть, явились по зову с заимок и ближних лесных деревень. Кто знает? Две дюжины человек, чем-то неуловимо похожие друг на друга, они молча шагали к воротам. И шли не каждый сам по себе, держались организованной группой. Так волки преследуют добычу. Так идут воины.

– Хальвдан, что там на плечах у этих дюжих молодцев?

– Похоже, багры… ой, нет! Копья! Клянусь Одином – копья.

– К бою! – тут же приказал ярл. – Не пропустить ни одного… Эй, парни! Я вам говорю, вам. А ну-ка повернули сюда. Живо!

Гендальф быстро пригнулся, пропуская над головою пущенное в ответ копье! Со свистом пронзив воздух, копье воткнулось в створку ворот и зло задрожало. В этот момент ярл уже метнул во врага палицу, и следом за ней, вдогонку – и нож. От палицы молодец уклонился, а вот нож точнехонько вошел ему в сердце!

– Аой! – с воплем размахивая секирой, бросился на врагов Рольф. За ним тотчас же последовали Фридлейв, Атли, Харальд и другие викинги, по приказу своего вождя окружая непонятных парней стеною щитов. Все правильно, врагов нужно было оттеснить, не дать смешаться с толпою. Впрочем, они не очень-то старались смешаться, просто тупо бросились в бой! Две дюжины против полсотни викингов Странника.

И вновь один из парней возник перед ярлом. Увесистая дубина летала в его руке, словно соломинка, а в глазах отражалось желтое пламя пожара. В пустых, подозрительно пустых глазах, без малейшего проблеска мысли. Снова пустоглазые? Как совсем недавно, на Неве? Откуда ж они берутся, инте… Н-на! Получи!

Все ж Гендальф был уже очень опытным воином, получившим боевую закалку во во многих жарких схватках. Вождю ничего не стоило уклониться от дубины врага, притворно отступить шагов на пять… и ударить копьем. Сначала – тупым концом промеж ног – ага, больно! – и сразу же – листовидным наконечником в грудь. Не помогла и кожаная куртка, игравшая роль доспеха. Да и кольчуга бы не помогла против такого удара. Парень пошатнулся, упал, орошая кровью молодую весеннюю траву. Нет, ярлу не было его жалко. Нисколечки! Он вообще никогда не жалел дураков и терпеть не мог глупых. Эти ребятки явились, чтоб посеять хаос и страх. Что ж, получили в ответ смерть! Иного языка они просто не поняли бы.

Вскоре все было кончено, из пустоглазых в плен не сдался никто. Умерли даже раненые… и это показалось вождю весьма странным. Словно этих молодых зомби кто-то запрограммировал умереть. Зомби… Вот именно – зомби!

Между тем пожар утихал, прямо на глазах поддаваясь организованному сопротивлению ладожского народа. Тут уж не считались, кто ты – варяг ли, весянин, славянин, кривич. Все были сейчас заодно, все действовали сообща, вместе, ибо страшная беда пришла на всех – одна. Такая, что грозила погубить весь город.